Чтение онлайн

Долгих расспросов не понадобилось. Кватернох выглянул из воды сам. Он похоже расстроился, что жертвы исчезли так внезапно. Морда у квартерноха миленькая. Эдакий водяной динозавр в помеси с противной акульей физиономией.

– Но почему так?
– я спрашивал про способ охоты. Кватернох как-то загоняет жертв к себе путем первобытного гипноза.

– Он недвижим, - Миур постарался продемонстрировать манеру охоты квартерноха, что чрезвычайно развеселило детей и женщин.

Как я понял, эта тварь сидит на большой и толстой заднице и вынуждена использовать свои супер способности, чтобы добывать пропитание.

– Нам туда, - указал Икрых. В воде потерялся его левый кроссовок, но этот упрямец теперь ходил в одном. На мои возражения, что неудобно и что он может повредить ноги, Икрых лишь тыкнул пальцами мне в глаза. У них это заменяло нечто привычное нам "не хочешь, не смотри, а я в советах не нуждаюсь". Причем эти варвары могли вполне выткнуть глаза. Институт советников здесь не поощрялся.

Я попытался себя уверить в своей избранности. Ведь я очнулся раньше всех, то есть я единственный очнулся. Это лишь мелкий штришок моей исключительности. Но замечание Рыва разбило мою манию величия в щепки.

– Слишком много жертв, не удержала водная тварь, - весьма ругательно заявил он.

Что ж и это возможно. Но тогда я лишь тешу себя глупостями.

"Туда" означало по берегу озера до следующего леса, точнее рощи. И дорога нормальная. Я бы сказал, что специально сделанная и поддерживаемая. Роща встретила меня стрелой в зад. Я бы назвал это стрелой, но это скорее маленькое копье, которое метают. Среднее между стрелой и дротиком.

– АУААА!
– я не мог поверить в этот ужас.

– УАУАА!
– вдруг радостно ответил весьма высокий, но худой абориген, появившийся откуда-то с дерева.

Затем он ловко выдернул свое страшное оружие и приложил к моей попе какой-то зеленый лист. Такой же неприятной процедуре подверглись все, даже козы. Икрых объяснил, что проверяют на то, человек ли пришелец. Мой затуманенный мозг решил, что здесь уже бывали инопланетяне. Боль под действием сока этого целебного листа прошла. Кровь перестала выделяться, и мне выдали еще один подобный зеленый лист. Так мы шли: медленно, можно сказать, величественно и прижимая листики к нужному месту. Лишь козы жаловались, что их никто не любит.

– Зачем Икрых?
– я обращался к нему, потому что не ожидал ответа от таких ужасных аборигенов.

– Здесь много не моих, - сообщил он.

Я нечего не мог взять в толк. О чем он говорит. Глупости какие-то получаются, или это я плохо понимаю язык. Мы прошли по тропинке еще шагов сорок и оказались в их поселении. Это были пещеры в холмах. Странно, что глядя сверху на долину, я их не заметил.

– Сьша!
– весело послышалось справа. Это был Тлен. Я осмотрелся. Вроде бы это тот краснокожий, что начинал Большой сбор. А это еще один. А вот этих я тогда видел тоже. Значит, вот в чем был вопрос. В миграции. Теперь только интересно, зачем именно нужна была миграция и почему сюда.

Здесь был огонь, и это стало для меня подлинным счастьем. Я подумал о горячей пище. Кстати, и одеты здешние были лучше нас. Но все равно Икрых выделялся этим страшным кроссовком на правой ноге.

Нам выделили весьма неплохие апартаменты. Целых три пещеры. Пусть и маленькие, но получались индивидуальные апартаменты. Детей забрали в подобие детской группы. А нам предоставили возможность отдохнуть. Козами велели заниматься самим.

Я надеялся, что на следующий день или через день или через два что-то будет. Но все было самым обычным. Мы сходили на рыбалку. Причем рыбачить можно было со спины кватерноха. Там опасности не было. Женщины собирали дикоросы и жарили рыбу, активно интересовались козами, сплетничали, шили шкуры и занимались детьми. Вот и вся жизнь, наступившая после столь длинного пути. Динозавров мы гоняли, но в меру. Те не ходили за озеро. Получилось, что сферы влияния поделены.

Я занялся подсчетами населения. Всего получилось четыре тысячи триста сорок два. Затем я занялся подсчетами нор, то есть входов. Их было на семьсот больше. Так прошло три недели. Я зверел. Моих вопросов про то, что дальше никто не понимал и не разделял. Всем было достаточно хорошо жить просто вот так.

А потом я понял, что уже не верю ни во что в жизни. Я мечтал утопиться. Может быть в брюхе кватерноха мне будет не так противно спокойно. Скука заедала меня, сжирала и радостно надо мной еще и издевалась. Свои пустые теории, что я избранный, я отбросил.

Я пытался заняться выяснением обстоятельств прошлой жизни Икрыха, но никто ничего не знал. Я хотел знать, почему мы мигрировали, но и здесь никто толком ничего не знал, или я не мог понять их объяснений. А еще я обдумывал и искал доказательства, что здесь где-то есть пришельцы из нормального мира. Я верил, что та бумажка не могла мне пригрезиться. Икрых же оправился от такой тяжелой травмы. Но и здесь был тупик.

Как можно жить, когда смысла в этой жизни нет. Я прикинул, что особо ничему полезному для одиночного выживания в лесу, я научиться не смогу. Мне было страшно уходить просто так в неизвестность. Может быть раньше бы я и ушел, но не сейчас. Тогда бы ушел потому, что не видел земель вокруг. А здесь мы уже прошагали достаточно, добираясь сюда. Нигде не было таблички с указанием "выход здесь". Я могу бесконечно ходить и ничего не найти.

Сознание, что я пленник в этом мире, стало самым страшным испытанием. Нет, точнее не сознание, что я пленник, а мысль, что я здесь местный. Из плена можно вырваться, а вот из дома вряд ли. Двери открыты, но идти-то не куда. Везде одно и тоже. Я плакал по ночам. Татьяна не понимала в чем дело, но жалела меня. Я объясниться не мог.

Она ждала ребенка, но случилось несчастье. Она оступилась и упала. Выкидыш, причем с тяжелыми последствиями для нее. Она стала чахнуть на глазах. Теперь уже мне пришлось ее утешать и развлекать. Но и это ей не помогало. Своих любимых коз она забросила. Всем процессом теперь руководила Грей. Таня могла часами сидеть, тупо уставившись в одну точку. Иногда по ночам у нее поднималась температура. Я так и не знаю, это от болезни тела или духа. Она крепко подсела на листики одного желтого цветочка. Эффект антидепрессантов.

Одной из ночей меня осенило. Здесь очень низкая смертность. Этого просто не может быть. Я воспрял духом. Если я прав, то значит, что мой шанс есть. Я просто его пропустил. Ночью я занимался Татьяной, а днем пытался разобраться с этим вопросом. Ни в том, ни в другом успехов не наблюдалось.

– Нужен смех, - так сказал Икрых.

Он приходил почти каждый день, проверить состояние Татьяны.

– Как?
– я перепробовал много разных вариантов, но все чего мог добиться, была лишь слабая улыбка. Какая-то бледная ее тень.

– Ищи, - Икрых хлопнул меня по заду. Стремился поддержать. Но это мне не помогло.

Очередной ночью я попытался рассказать Татьяне кто я и откуда. Понятий не хватало, да она вроде и не слушала, но мне становилось легче.

– Ищи, - утром разрешила она.

Я искал, но не находил.

Мне захотелось поговорить с Тленом. Найти его не представляло труда. Он командовал очередным походом за мясом, то есть за динозаврами. В этой общине предпочитали загонять этих больших зверей, чем бегать от маленьких, но очень саблезубых тигров. Огромных волков здесь почитали и не истребляли. Но за ними охотились летучие динозавры. Разок я видел картину, как большой синеватый летун тащил тяжелого серого волка.