Мери-Сью
Шрифт:
– В вас никогда не стреляли?
– Нет, - в меня не стреляли, и надеюсь, что больше не будут. Больше на такое я не пойду, да и жизнь буду вести мирную.
– А за что вас пытались убить?
– Мителица мне сейчас больше понравилась. Пребывание в доме, ее преображало. А может это мягкий свет делал ее более спокойной, симпатичной и не такой жесткой.
– Меня зовут Сьша, а вас моя спасительница?
– я предпочел проигнорировать вопрос стрельбы. По тому как она попыталась скрыть замешательство, я догадался, что она не ожидала такого вопроса.
– Мета, - представилась девушка.
– Мета, я благодарен Вам. Вы - настоящее чудо в моей жизни, - я попытался вытянуть руку и потянулся к ней.
– Лежите, - обеспокоено попросила она.
– А то рана может открыться.
– Мета, а вы чудесная магичка, - я решил дальше гнать картину, что не понимаю из какого рода она.
– Так вы говорите, что это была стрела великого рода Ильиков?
– Я такого не говорила, - быстро очень и суетливо Мета стала запихивать в сумку какие-то мешочки. Она что собирается уходить? Нет, мне надо ее остановить, а, значит, заинтересовать.
– Значит, Ильики и перед этим не остановились, - я весь погрузился в себя. Мне надо ей излагать какую-нибудь вразумительную историю, а я еще ее не придумал.
– Ильики ваши враги?
– на этот вопрос я бездумно кивнул.
Я лежу в какой-то розовой комнате с кучей рюш и бантиков. Куда она меня притащила интересно?
– Мета, я и сам не знал, что они мои враги, - начал я вдохновенно. Девушку, я имею в виду любую девушку сюда приплетать нельзя. Надо говорить о другом. Кровная месть или там что такое не для этого рассказа. Так что же выдумать. Вдруг меня осенило. Не иначе, как великое вдохновение битвы.
– Я пытался спасти из их гнета одного молодого человека.
– Человека?
– Да, он еще очень юн и тяжко ему там живется. Вы бывали в доме Иль... Откуда, конечно, нет, - я сделал вид, что и сам понимаю, какие глупости несу.
– Ему там плохо. Там боль и ненависть. Видимо, в великих родах это привычно.
– Я знаю, - Мета опустила голову, и я не видел ее глаз. Но могу поклясться, что там тоже была боль.
– У меня был план, как вызволить его оттуда. Но, похоже, что они узнали, и попытались мне помешать, - я, конечно, и сам знаю, что нес полную фигню, но она верила мне. Как-то стало неудобно и противно от самого себя.
– Сьша, ..., - не знаю, что она пыталась сказать, но тут дверь открылась и заглянула препротивная рожа. Мителица быстро удалилась, пожелав мне спокойно доспать ночь.
Что я и сделал. Раненному шляться по чужому дому не самый лучший вариант времяпрепровождения.
Утро же началось с хороших новостей. Спина хоть и болела, но я смог встать.
Комната уже не казалась столь противно розовой. Весьма похоже, что все эти великие дома с сильными психическими отклонениями. Но меня это не должно волновать. Я так и повторял себе раз за разом, пока слова не стали бессмысленным набором звуков. Итак, мне надо дойти до сейфа, взять золотые, выйти и дальше жить себе счастливо и спокойно, забыть об этом моральном ужасе. Я нашел чистую белую рубашку и натянул ее. Неудобно, конечно, было, но хоть стало не так холодно. Теперь надо поглядеть, может сейф есть здесь.
– Мастер Сьша, - в дверях уже стояла Мета.
Прямо на меня она не смотрела, что меня насторожило.
– Да, Мета?
– я чуть было не проговорился, что знаю, как ее зовут.
– Мне надо с тобой поговорить, но не здесь, - Мета жестом позвала меня в коридор.
Было замечательно убраться отсюда, только вот жаль, что я не осмотрелся толком. Ладно, будем надеяться, что здесь нет ничего интересного. Хоть я и надеялся, но далеко мы не ушли. Мета привела меня в другую комнату, соседнюю с той. Здесь было гораздо лучше. Все белое, но опять-таки эти противные рюши, куклы и вазочки с цветами.
– Садись, Сьша, - Мета уселась на кровать.
Я поискал глазами свободный стул или кресло, да хоть табуретку. Ничего подобного. Здесь шкафы, столы и кровать. Издевательство какое-то. Пришлось мне усесться рядом с ней.
– Сьша, я хочу тебя спросить, - Мета явно волновалась. Это самое волнение делало ее не такой сушеной воблой. Но все равно девушка мне не нравилась. Смущала она мою душу. Я попытался сообразить, что меня так выводит из себя. Мета тем временем стала мне что-то излагать. Она переживала и заламывала пальцы.
– Ты должен понимать, что я давно это собиралась сделать.
На этой фразе я включился в ее речь. Но что именно она там собиралась сделать, я не знал. А сообразить я сообразил. Моему сознанию или там подсознанию казалось, что обмануть Мету это плохо. Это все равно, что обидеть ребенка.
Я выругался на то, что ни к селу ни к городу у меня проснулась какая-то там мораль или может это нравственность.
– Так ты согласен?
– Мета взяла меня, наконец, за руку. Она так проникновенно смотрела на меня, что я загипнотизировано кивнул. Согласен или не согласен, роли это не играло.
– Скажи мне, - мягко попросила она. Глаза у девушки оказались неимоверно глубокими и синими. Может она применила ко мне свою магическую силу. Не уверен, но я сказал ей.
– Я согласен.
– Я так рада, - Мета преобразилась. Теперь она сияла надеждой. Я не стал биться головой об стену, но очень хотелось. Надо выяснить, что такое я ей наобещал.
– Так пойдем?
Мне совершенно это вот не понравилось.
– Я прямо сейчас не могу, - я как-то рассчитывал здесь задержаться. Идиотизм ситуации начал действовать на нервы.
– А что тебе нужно? Ты должен помочь тому мальчику?
– Мета похоже восхищалась мною.
– И это тоже. У меня есть другие обязательства, и пока я их не исполню, то ничего другого делать не могу, - я постарался элегантно отмылить от этой ненормальной девицы.
– А сколько тебе времени нужно, чтобы их исполнить, - Мета расспрашивала меня терпеливо, как ребенка.
– Чем больше у меня будет золотых, тем быстрее я их исполню, - я отчаялся избавиться от Меты.
– Подожди, - попросила она.
– Я сейчас.
– Она выскочила в коридор. А я сообразил, что Мета принесет мне деньги. Не знаю, что на меня нашло, но я не стал ее дожидаться. Я выскочил в окно и, насколько мне позволяла больная спина, побежал к воротам.
Выпустили меня без вопросов. Я так понимаю, что зайти в резиденцию этих Сильбау трудно, а вот выйти легко.
До дома Ильиков я добрался минут за пять. Я пребывал в глубоком смятении, хотя смятение еще слабо сказано. Это было смущение и тревога. Весь мой гениальный план провалился с треском и грохотом.
– Ну?
– Леврок разглядывал меня, как восставшего из мертвых.
– Ээээ, - я еще не придумал, что сказать.
И здесь у меня сложности.
– Молодец!
– хлопнул меня по больной спине Всеслус.
– Чего?
– Да, ты просто ВЕЛИКИЙ!
– мальчишка пребывал в состоянии шока.