Чтение онлайн

Учительница поправила очки на носу, хотя по идее за счёт горбинки очки не должны были постоянно спадать. К счастью, из-за хладнокровности и равнодушия ко всему отношение мадам Браун к Мэриан почти не изменилось.

Ученицы встали каждая возле своей парты, при входе учительницы сделали книксен и хором поздоровались:

– Здравствуйте, мадам Браун.

– Здравствуйте, здравствуйте, – коротко улыбнулась она, с шелестом складывая учебники и какие-то ещё листки на учительский стол. – Открывайте тетради, записывайте тему урока. Сегодня вы у меня напишете конспект. Да, у вас уже написано это в учебниках, да, зачем писать, если можно выучить материал из книг, но там всё довольно расплывчато, а сегодня мы поговорим об очень интересной личности, поэтому, я бы хотела, чтобы вы, девочки, знали всё досконально, именно самое важное и интересное я выделю для вас, а вы запишете.

Не сказать, что мадам Браун была красива. Она выглядела как обыкновеннейшая женщина средних лет: уже не молодая, но ещё и не старая. Но в то же время это была самая неконфликтная учительница из всех; не то что бы она отличалась какой-то особой добротой или милосердием и потому всех прощала – скорее, ей просто не хотелось ни с кем связываться или отчитывать очередную провинившуюся. Вероятно, ей было лень.

– Думаю, вы все знаете, как вызывать Кровавую Мэри, – сказала мадам Браун, оборачиваясь к ученицам.

Мэриан вздрогнула, когда она произнесла «Мэри». Вроде имя как имя, и легенду она эту знает, но «кровавая» в сочетании с милым, домашним именем, как звали её мама и Мишель, доводило её до дрожи. А ещё и этот Эллингтон, за счёт которого Мэри-Мэриан вполне могла сойти за «кровавую»…

За исключением О’Коннор все сидели, не шелохнувшись, хотя сама Мэриан так и чувствовала, как их подмывает обернуться к ней.

– Подождите, когда наступит ночь, зайдите в ванную, закройтесь, зажгите свечу, взгляните в зеркало и скажите «Кровавая Мэри, приди ко мне» три раза, потом и должен появиться её призрак, – продолжала учительница, вышагивая по классу. – Много кто думает, что Кровавая Мэри – это про жертву маньяка, который вырезал ей глаза, или про Мэри, которая умерла от потери крови из-за того, что ей разодрали лицо, или это Мэри Уорт, которая убила своих собственных детей, или про Мэри, которая… – она внезапно замолчала, не закончив фразу.

Мэриан сглотнула и нервно хрустнула костяшками пальцев. В тишине класса это прозвучало очень громко.

Мадам Браун кашлянула и продолжила:

– И очень мало тех, кто знает, что Кровавая Мэри – это про Марию Тюдор, первую коронованную королеву Англии, – довольно потёрла ладони она. – Но теперь и вы будете это знать, – гордо сказала, окидывая класс внимательным взглядом. – Рада, что вы теперь не будете входить в число невежд, напридумавших себе всяких Мэри, при этом совершенно закрыв глаза на реальную историю, из-за которой вообще-то и возникла легенда, – она зловеще улыбнулась.

Как-то странно, она уже так много сказала. Ей это несвойственно. В обычное время она бы давно уже начала говорить «по делу». Или креатив сегодня преобладает над лаконичностью? Возможно.

– Итак! – она хлопнула в ладоши, призывая слушать внимательнее, видимо, заметив, как некоторые начали считать ворон. – Мария Тюдор родилась восемнадцатого февраля в тысяча пятьсот шестнадцатом году, её отец был очень… – начала она свой долгий рассказ, но Мэриан её уже не слушала. Бездумно записывала то, что диктовала мадам Браун, из-за невнимательности путала слова и часто перечёркивала только что написанное, благодаря чему в её некогда чистой тетради развелись тёмно-синие грязные пятна от чернил.

Она не пришла в себя даже когда зазвенел звонок.

На перемене Мэриан по-прежнему сидела за партой и всматривалась в доску, на которой белым мелом были записаны самые важные даты.

Все уже встали и куда-то пошли: кто на обед, кто подышать воздухом, а Мэриан всё сидела и сидела.

Грейс резко смахнула рукой все учебные принадлежности Мэриан с парты на пол. Это подействовало на О’Коннор так же отрезвляюще, как если бы её облили ледяной водой.

– Что ты делаешь?! – непонимающе вскрикнула она, выскакивая из-за парты и поднимая упавшие вещи. – Ты же староста, ты не должна так делать! – уже чуть спокойнее произнесла Мэриан, но всё ещё на повышенных тонах.

– Я посчитала, что учебник истории слишком залежался у тебя на парте, – заявила Грейс, облокачиваясь на краешек деревянного ученического столика. – Скоро английский, – зевнула она. – Кровавая Мэри.

– А? – переспросила Мэриан, настораживаясь.

– Кровавая Мэри, говорю. О, не переживай, скоро так все тебя будут называть, уж я об этом позабочусь, – хихикнула Грейс.

– Что тебе это даст? – устало спросила Мэриан. – Ну зачем тебе это? Какой смысл в том, чтобы так сделать?

– Просто. Чтобы тебя позлить и напомнить, что ты натворила. Все мы знаем, что тебе не хочется думать об этом, если, конечно, ты не бесчувственная тварь и не сделала это намеренно.

– А ты ещё строишь из себя хорошую, Грейс. Лезешь из кожи вон перед учителями, а сама-то…

– Это не твоё дело, кого я из себя строю, – отрезала Грейс.

– Моим делом будут все дела, какие я захочу, – прошипела в ответ Мэриан.

Грейс вытащила ручку из пенала О’Коннор и пристально начала разглядывать её, вертя в руках. Мэриан сильно сжала запястье Грейс, пока у той не начала белеть кожа вокруг того места.

– Положи на место, – процедила она, отделяя слова друг от друга, что ей не было свойственно: обычно она говорила быстро, запинаясь и изредка заикаясь.

Грейс выпустила ручку и вырвалась из хватки Мэриан.

– Жди, когда тебя выгонят из школы, – напоследок пообещала она, быстрым шагом выходя из класса.

Мэриан медленно заморгала.

За что выгонят? Что она-то сделала Грейс за все восемь лет? Испортила конспект, схватила за руку? Всё. Но ненавидела её Грейс всегда. Ещё с первого класса. Да и у Мэриан никогда не было подруг, разве что приятельницы, с которыми потом общение всё равно медленно сходило на нет. Словно они все чувствовали, что Мэриан в будущем убьёт человека, и, чтобы этим человеком не стали именно они, всеми силами избегали её и сторонились, чтобы не попасться в час икс под горячую руку.

По логике они должны же теперь подумать, что опасность миновала, убит Джексон Эллингтон, а не кто-то из них, поэтому можно наконец-то начать дружить с Мэриан, уже никому не грозит быть убитым. Но по иронии судьбы сейчас к ней все относятся ещё хуже.

Грейс сказала, что всех настроит против Мэриан. Куда ещё-то? Что ж, посмотрим.

Она лежит в своей кровати ночью, и перед сном мечтает вовсе не о лучшей жизни, не о прекрасном принце, не об отличных оценках в школе или миллионах фунтов стерлингов с розовым единорогом в придачу. Она могла бы мечтать об этом. Но всё это не сделает её в глазах людей прежней Мэриан, которой она раньше была. Это не сделает её лучше. Разве что стереть всем память, но она-то всегда сама будет помнить обо всём. В глазах самой себя она уже никогда не сможет стать прежней. Мэриан могла бы попытаться забыть, но такое вряд ли забудешь, да и волшебного аппарата, стирающего память, всё равно не существует. Ещё не изобрели.

«Если до того, как я умру, стиратель память изобретут, я сразу же воспользуюсь этой возможностью», – обещает она самой себе, на что маленькая Мэриан в её голове качает головой и грустно улыбается, понуро засунув руки в карманы платья.

Как долго все ещё будут ненавидеть её? Как долго Мишель будет избегать её и общаться только по делу? Как долго родители будут обвинять её и продолжать стоять на своём, что это она во всём виновата? Да, виновата, но они ещё ни слова не сказали о том, что Джексон мог бы и не лезть в их машину.