Чтение онлайн

Слушая догадки и предположения Авроры, Альбус все больше уходил в размышления, ведь её вариант случившегося был наиболее логичным. Но знала ли шестнадцатилетняя Аврора, находясь в Малфой-мэноре будущего, что она на самом деле будет являться его первой хозяйкой?

— Звучит правдоподобно, — спустя пару минут, которые, казалось, тянулись вечность, согласился он. — Но что нам дает это знание? — этот вопрос, скорее, он задал самому себе.

— Я думаю, что тебе стоит поскорее изобрести зелье, восстанавливающее память, а до тех пор нам остаются только предположения, — озвучила Аврора очевидное. — Я… не знаю, своевременно ли сейчас, но… Ты узнал что-то про этих пчел? Ты вспомнил, где ещё их видел?

Альбус еще несколько месяцев назад упомянул, что где-то видел подобные брошки, только не мог вспомнить где.

— К сожалению, да, Аврора, но, боюсь, ответ тебе не понравится, да и не даст ничего, — но он не мог промолчать, видя в её глазах надежду. — Я видел похожую брошь всего единожды, когда встречался с Геллертом Грин-де-Вальдом в кругу его «друзей». Один из его последователей, имени которого я не знаю, носил нечто подобное…

Взгляд Авроры вновь загорелся огнём; получив новую ниточку, пускай и ничего не значащую деталь не желающей складываться головоломки, она вновь готова была до посинения копаться в тайнах жизни Глории Лесовской, что очень настораживало и снова ставило её на изначальный путь, отдаляя от мужа. Альбус лишь надеялся, что она учтет сказанные им сегодня слова и больше не будет так беззаветно отдаваться поискам.

— Дедушка, мне очень нужно поговорить с Эзраэлом Уидмором.

— Ты с ума сошла! — охнул он, проигнорировав мольбу в её глазах.

Аврора потупила взгляд и склонила голову набок, в очередной раз жалея о высказанной просьбе.

— Именно так началась наша ссора с Абрахасом, — повинно призналась она, поскребя ногтями затылок. — Он мне тоже самое сказал. Но… Уидмор — единственный человек, который сможет рассказать о Глории больше, чем остальные…

========== Sport! Young! Fresh! ==========

Детский плач вонзился в уши, заставив Аврору отпрянуть от раскачивающейся из стороны в сторону колыбельки. Погремушка выпала из рук и неприятно стукнула по ноге, прежде чем отскочить в сторону и улететь к шкафу. Сквозь истошный вопль ребенка незаметен был хлопок, с которым домовой эльф аппарировал в комнату, следом за ним в детскую влетела Друэлла и с бешеными глазами оглядела происходящее. Домовик раскачивал малышку на руках, убаюкивая её, тряс перед ней поднятой с пола погремушкой.

— Что стряслось, Аврора? — строго спросила Друэлла; осторожно приняв верещащую девочку из рук эльфа, она прижала дочь к себе и начала успокаивающе поглаживать её по кудрявой голове.

— Я просто хотела подоткнуть одеяло, у неё были руки холодные, — испуганная, оправдывалась Аврора, размахивая перед собой руками. — А Беллз, она… Как завопит, я не ожидала…

Икая после истерики, ребенок, как будто осознанно с подозрением поглядывал на Аврору, пока не меньше испугавшаяся мамочка оценивала ситуацию.

— Может, я ей не нравлюсь? Или просто напугалась, когда проснулась и увидела перед собой не твоё лицо, — руки Авроры до сих пор подрагивали. — Беллз, это же я, твоя будущая крёстная.

Но ребенок, которому едва исполнилось два года, снова стал кричать, большими тёмно-карими глазищами вглядываясь в опешившую Аврору.

— Тебе, наверное, лучше выйти, скоро начнётся церемония. Передай Цигнусу, чтобы он зашёл, а вам с Абрахасом лучше подготовиться, — неуверенно попросила Друэлла; но, видя, как осунулась побледневшая будущая крестная её дочери, поддерживающее добавила: — Ничего страшного, Аврора, думаю, что ей приснился какой-то сон, ты просто не вовремя оказалась рядом.

Выдавив из себя не очень бодрую улыбку, та кивнула и покинула комнату, бросив на ребенка тоскливый взгляд, в котором читались извинения и немного обиды. Чего толку обижаться на ребёнка, которому и двух лет ещё нет? Может, Друэлла права, и Белле просто приснился дурной сон…

— Что с Авророй, дорогая? — спросил Цигнус шёпотом, войдя в детскую. — Она бледная, как Серая Леди, Абрахас даже предложил ей успокоительного, — приглаживая темные кудряшки дочери, посасывающей крохотный пальчик, он с улыбкой поцеловал жену, но Друэлла, скривившись, отмахнулась.

— Когда ты уже побреешься? — она потрепала мужа по небольшой бородке, делая вид, что вырывает волосы.

— Мне идёт такой стиль, — он величаво разгладил тоненькие усики, переходящие в бородку.

— Мне не нравится, — фыркнула Друэлла на полном серьёзе, но, взглянув на успокоившуюся малышку, с интересом копающуюся в её волосах, вздохнув, сказала: — Абрахас тебе ничего не рассказывал? Просто Аврора тоже молчит, я подозреваю, что у них есть кое-какие проблемы… Она завязала с профессиональной деятельностью больше двух лет назад, а они до сих пор не…

— Он тоже молчит, не распространяется на такие темы, скорее всего, это задевает его гордость, — с таким же горестным вздохом ответил Цигнус. — Полагаю, что это не наше дело, Друэлла, — он положил руку на её предплечье. — Думаю, нам пора в зал, гости уже заждались…

… После традиционных крестин Белла всё-таки далась Авроре, видимо, посчитав, что опасности она не представляет, даже уснула, укачиваемая на её руках. Стоя чуть поодаль, в компании гордого отца кудрявого ангелочка, Абрахас наблюдал, с какой неподдельной любовью его супруга смотрит на крестницу, поправляя складки её чудесного белого платьица и крохотные шелковые носочки. Полюбоваться маленькой Беллой подходили все приглашенные гости; умиленно рассматривая её кругленькое личико с пухлыми щечками, они спорили о том, на кого из родителей она больше похожа. Друэлла, заметив, как Аврора старательно прячет слёзы, переглянулась с мужем и сказала, что Белле пора в кроватку, и если новоиспеченная крёстная хочет, то может помочь уложить её. Всё грустнее становились серые глаза при взгляде на умиротворенное личико Беллатриссы — принявшей все самые лучшие черты внешности от семьи Блэк и Розиров: цвета воронова крыла волосы Друэллы, которые, о чём никто и не подозревал, вились так буйно, что на укладку уходил иногда целый час, черные глаза — наследство от Поллукса Блэка, милые ямочки возле губ от Цигнуса, и, конечно же, его чуть вздорный характер.

— Спасибо, что предоставили нам с Абрахасом такую возможность, — негромко, чтобы не разбудить спящую девочку, произнесла Аврора. — Чарис выбрала в роли крёстных для Барти Вальбургу и Ориона, я понимаю, семья… — так и не договорив мысль, она осторожно уложила Беллу в её прелестную резную колыбельку, внутри со всех сторон устланную маленькими мягкими матрасами и подушками. Запахнув крошечный балдахин, она в последний раз взглянула на малышку и повернулась к Друэлле.

— Не хочешь прогуляться? — спросила та, будто читая мысли о нежелании возвращаться на праздник. — Я что-то устала от толпы.

— Это же праздник в честь Беллы, а вы…

— Цигнус справится, — отмахнулась Друэлла, ненавязчиво подталкивая Аврору по коридору к двери в сад. — Давай расположимся в беседке, я бы не отказалась от чашечки мятного чая.

Друэлла никогда не думала, что сможет принимать Аврору Уинтер за равную себе — эту странную девочку, когда-то мозолившую глаза всему женскому составу Хогвартса тем, что постоянно липла к Тому, а тот, как это выглядело со стороны, был вовсе не против. Её манеры, внешность — всё изменилось. Никто бы не подумал, что когда-то она наряжалась, как рождественская ёлка, и носила странные, дурацкие сережки, сделанные из всякого хлама. Сейчас, превосходя Друэллу положением в обществе и размером кошелька, Аврора выглядела абсолютно сообразно своему статусу. Ещё несколько лет назад никто не мог бы и помыслить, что у этой бледной моли вдруг появится тонкий вкус на одежду, что её невообразимые патлы, больше похожие на саван привидения, могут при должном уходе превратиться в идеально уложенные блестящие локоны, что лёгкий умелый макияж превратит её блёклые глаза навыкате в выразительные серые, а тощая фигура на самом деле стройная…