Мертвая бабочка
Шрифт:
– Например, каких?
– Что ты делала у Даниэля дома?
– в лоб спросил он.
– А ты хочешь поиграть в "Яго"?
– съязвила я.
– Значит вот как, - задумчиво протянул он, - моим советам не следуешь, плохо...
– Каким советам? Твои слова о возвышенной и низменной вампирской любви?
– усмехнулась я, - это не слишком отличается от того, что говорят люди. Мне нравится Даниэль, и я не понимаю, почему ты то за, чтобы я с ним общалась, то против, потом опять за, а потом снова против! Мне кажется или я чего-то не понимаю в наших с ним отношениях?
– Мне не нравится отсутствие реакции его создателя на ваши отношения, - спокойно ответил он, - и, пожалуйста, без истерик, хорошо?
– Да я спокойна, как удав, - раздраженно бросила я, - а что не так с его создателем?
– Я разрешил тебе сказать, как меня зовут Даниэлю только потому, что хотел бы пообщаться с его создателем. Я думал, что он выйдет на контакт, что было бы разумно, учитывая, что ты общаешься с его сыном, но он этого не сделал, что странно.
– Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты сам говорил, что создатели спящих кукол предпочитают не разглашать своё имя до обращения ребенка, или я не права?
– Лишь относительно. Так было раньше, сейчас ситуация немного иная. По крайне мере среди вампиров. Мальчик не обладает никакими интересными талантами и для меня он бесполезен. К тому же он уже занят.
– Если я не ошибаюсь, чтобы это определить, тебе нужно быть рядом с объектом. Когда это произошло? Я знаю, что ты приказывал Принцу следить за мной, но не думала, что ты и сам этим занимаешься!
– Мне просто нужно было увидеть твоего нового мальчика. Интересно, какой типаж тебе нравится, - неожиданно я почувствовала, что Константин мне врет. Или не говорит всей правды, уклоняется от неё, стараясь застигнуть меня врасплох последними словами. Интересно, если он не встречался лично с Даниэлем и не наблюдал за ним со стороны, то, как же он узнал, что парень не обладает никакими способностями?
– А с каких это пор тебя волнуют такие вещи?
– настороженно спросила я, выдыхая дым прямо ему в лицо.
– Ты же моя дочь, я должен знать тебя лучше всех остальных, - недовольно поморщившись, ответил он, - и пока мне это удается.
– Рада за тебя, - холодно ответила я, откидываясь на диване, - а теперь ты можешь мне сказать, что мы будем здесь делать?
– О, это совсем просто. Сейчас у меня образовалось немного свободного времени, которое я потрачу на твоё обучение. На твоё физическое обучение.
– Что?
– не поняла я.
– Как боец - ты мертвец, и прости, что в рифму.
– Не правда, я же уделала того... метаморфа, - мои слова всколыхнули горькие воспоминания о том дне. Интересно, почему я поверила Константину на счет новой семьи, заботы и любви? Какая блажь ударила мне в голову? И чтобы было, если бы я всё-таки не пошла бы с ним? Силой потащил, да в цепи заковал, или же попробовал бы уговорить по-другому?
– Это был всего лишь молодой и беззащитный метаморф, - растроганно сказал он, - он даже не знал полностью о своих возможностях. Милый, сумасшедший мальчик, интересный в виду отсутствия других представителей его вида.
– Ладно-ладно, я поняла, ты захотел меня чему-то новому научить, что же, хорошо. Я готова, когда начнем?
– устало махнув рукой, сказала я.
– Завтра с рассветом и начнем, - благодушно кивнул он, - а теперь, если ты не против, я тебя покину.
– Подожди, ты же говорил, что сначала я отвечу на твои вопросы, а потом ты ответишь на мои!
– запротестовала я.
– Но я же не сказал, когда это будет. Просто добавь их в свою копилку вопросов, вот и всё, - негромко рассмеялся он, направляясь к выходу, - а пока, София, ложись спать. Чувствую, ты ещё долго будешь мозги себе вскрывать, пытаясь определить, в каком месте я тебе соврал. Что приятно, ведь это значит, что какие-то способности вампира просыпаются в тебе.
– Так что ты скрыл от меня, Константин?
– Спокойной ночи, моя малышка, сладких снов. И не забудь - рисовать лучше наяву, а не во сне. Там ты должна отдыхать.
– Пока-пока!
– ушла я от ответа.
Он печально вздохнул, стоя в дверях, а затем вышел, оставив меня в долгожданном одиночестве.
Быстро докурив сигарету и допив кофе, я решила немного прогулять перед сном и подумать. И не о том, что скрывает от меня Константин, а о вещах гораздо более серьезных, чем, кажется на первый взгляд.
Самая важная из них - моя чувствительность, вернее её постепенное угасание.
Выбравшись из дома, я прямиком направилась в джунгли. Что может быть лучше, чем прогулка в полной темноте в неизведанных джунглях? Только прогулка в полной темноте, совершаемая вампиром, который прекрасно всё видит и может любую тварь уничтожить ещё на излете.
А, казалось бы, прошло совсем немного времени с тех пор, как я была человеком. Каких-то несчастных девять месяцев! А ведь изменения произошли кардинальные, просто я не давала себе о них думать. Права была Ангел, когда говорила, что я как страус прячу голову в песок и притворяюсь, что я всё ещё человек, просто немного больна. Можно подумать, что вампиризм это болезнь! Даже с учетом паразита плохо смахивает на правду. Слишком много всего я успела увидеть за прошедшее время. И встреча с Кроносом, колдуном, самое наглядное подтверждение, что я никогда не стану прежней. Да и нужно ли это мне? Что хорошего было в моей человечности? Я была слабой, беспомощной девочкой, которую любой слишком сильный ветер мог сбросить с крыши. Любая болячка могла меня убить, я могла умереть от рака, от шальной пули или от лап какого-нибудь маньяка. А могла дожить до глубокой старости и превратиться в маразматичку старуху со склерозом и артритом. Разве это хорошо? С другой стороны моя смерть тогда носила бы естественный характер, например смерть во сне не самый худший выбор. Теперь же его у меня нет. Когда придет старуха с косой, она будет в компании какого-нибудь охотника или же природной катастрофы или ещё чем-нибудь таким. В любом случае смерть будет насильственной.
Глубоко вздохнув, я присмотрелась к окружающей обстановке и заприметила высокое дерево с прочными ветвями. После чего, разбежавшись, запрыгнула на нижний сук, и как кошка забралась наверх, в удобную развилку, где и устроилась. С тех пор, как я стала вампиром, появилась любовь ко всяким деревьям, мне нравится сидеть на них. Может быть, это инстинкт из прошлого паразита? Может быть, раньше вампиры так и охотились? Черт, ну, почему Константин вообще ничего мне не рассказывает! Я даже не знаю, от кого произошли вампиры! Всё, как в теории Дарвина с небольшими отклонениями или же есть другие варианты? Казалось бы, чего проще рассказать мне об этом. Ведь нет никаких объективных причин, чтобы скрывать от меня такую информацию, она не навредит и не поможет мне. Так почему он молчит?
Я раздраженно фыркнула и вновь закурила. Но самое главное, что меня беспокоило, это эмоции. Со мной за последнее время, да что там, за последние девять месяцев произошло столько всего, но при этом я себя чувствую слишком спокойной и расслабленной. Я столько раз видела смерть, столько горя и боли, но при этом моя эмоциональность, как у чайника на плите - нулевая. Почему так? И если в первые месяцы, пока я была у охотников, моя чувствительность была в относительной норме, любое даже незначительно событие могло меня привести в состояние истерики, то сейчас... я вновь собственными руками убила человека. Непросто человека, а маленькую девочку. Я видела, как на моих глазах Влад свернул шею Алисе, а потом я сама убила его. Меня бил Константин, сажал на цепь, я тонула, на моих глазах погиб в огне человек, а мой... друг, Даниэль, стал превращаться в вампира, испытывая при этом адскую боль, так почему, черт возьми, я ничего не чувствую? Почему всё это словно бы не со мной происходит?