Чтение онлайн

— А может, с того, что кто-то перестарался с эксгибиционизмом?

— Мое родительское эго, конечно, греет то, что ты знаешь такие длинные и сложные слова, но эксгибиционисты обычно демонстрируют детям другие части тела.

— Тем больше разыгралось их воображение, — хмыкнула Настя. — Слушай, хочу спросить…

— Да?

— Вот, глянь… — она достала смарт и застучала ногтями по экрану, — сейчас, сейчас…

— А почему вирпа не попросишь?

— Тьфу, надоел, отключила.

— Чего так?

— Он… — она на секунду зависла, формулируя, — какой-то странный стал.

— В смысле чего?

— Знаешь… Как будто вырос, что ли? Такой стал… Другой. А еще ему от меня как будто что-то надо все время. Достал. Отдохну от него. А, вот, нашла. Смотри.

Настя развернула смарт экраном ко мне. На нем были фотографии, слитые с фотоаппарата — в основном, портреты воспитанников «Макара» и городские пейзажи. Виды города дочь выбирала самые мрачные, пытаясь снять как можно готичнее, а портреты были неплохи. Больше всего Виталика, который пыжился и выпячивал цыплячью грудь, но и остальных тоже немало.

Она быстро пролистала галерею до группового снимка в холле:

— Вот, посмотри, кто это? Вообще ее не помню… — ногти цокнули, приближая изображение.

— Это же Катя, — удивленно сказал я.

— Какая еще Катя?

— Сестра Виталика.

— У него нет сестры, — уверенно сказала Настя, — я бы знала.

— Теперь нет. Но была.

— Но ведь я ее снимала… — она подхватила с кровати фотоаппарат и защелкала кнопками. — Да, здесь тоже есть.

Она показала маленький экранчик камеры.

— Значит, я ее видела? Но почему не помню?

— Совсем не помнишь? Ничего-ничего?

— Ну, такое… Вот теперь, когда ты сказал… Как будто бы должна, но… Смутно, тенью. Что-то очень печальное, да?

— Печальней некуда. Мы прощались с ней в крематории. Неужели не помнишь?

— Нет… Хотя… Гроб! Картонный гроб, я еще удивилась. Как будто понарошку, как для куклы! И лицо такое… Бр-р-р… Как я могла забыть?

Настя растерянно забрала у меня смарт и ушла в свою комнату. Я снял простыню, которая так и висела у меня на зеркале, но никаких призраков под ней не нашел. В мутном, с пятнами отслоившейся амальгамы стекле отражалась комната. И я в ней. Наверное, у призраков тоже есть занятия более интересные, чем в занавешенном зеркале торчать.

Забавненько. Или нет.

Делать было особенно нечего, и я покрутил в руках VR-очки, раздумывая, не зайти ли в игру, поглядеть, как развиваются события. Потом решил, что без Клюси не стоит. Лучше бы нам действовать синхронно. Но сами очки навели меня на неожиданную мысль, и я написал Лайсе.

«Привет. А почему в описи изъятого в квартире Андрея Левицкого, по ул. Бирича нет VR-очков?»

Ответ пришел не сразу.

«Наверное, потому что их там не было. Привет.»

«Должны были быть», — ответил я.

Фиктор без очков? Нонсенс. Он там работал, очки у него наверняка были.

«Это важно?»

«Точно не скажу, но вполне вероятно. Это аномалия».

«Подъезжай в управление, я покажу тебе все изъятое».

В хранилище вещдоков оказалось темновато и совсем неинтересно. Стеллажи с коробками, вот и все. Лайса, сверяясь с записями в смарте, нашла по номеру нужную, и я оттащил ее на стол под лампу. Содержимое было расфасовано по пакетам с зип-локами: одежда, белье, предметы гигиены, обувь, ключи… Вещей на удивление немного, у меня и то больше. И — вот оно, то, на что я надеялся!

— Видишь эту коробку? — я показал Лайсе изделие из вторичного картона. — Это от очков. Особая серия, не для продажи, рабочие прототипы. У меня такая же.

— Она пустая, есть в описи. А от чего она, никто, разумеется, не знал.

— Могу я ее достать и открыть?

— Да, все отпечатки сняты. Но на всякий случай перчатки все-таки надень.

Я натянул латексные перчатки, расстегнул застежку пакета, вытащил коробку и снял крышку. Разумеется она, как и было указано в описи, пустая. Но на обратной стороне крышки, как и у моей, пропечатан серийный номер и активационный код. Сфотографировал их смартом.

— И зачем это?

— Есть идея, — уклончиво ответил я, — возможно, дурацкая, но мы ничего не потеряем, если попробуем.

— Хочешь поискать устройство? — догадалась Лайса.

— Попробую. Не уверен, что это возможно, надо проконсультироваться, но вдруг?

— Если что-то выйдет, не вздумай идти туда без меня!

— Не имею склонности к дурному героизму, — заверил ее я.

Вернувшись в «Макара», застал дочь сидящей на моей кровати и нетерпеливо меня дожидающейся.

— Пап, ты представляешь, — торопливо сказала она, — Виталик не помнит, что у него была сестра. Вообще, просто стена какая-то. И Антонина не помнит, что у нее была дочь! Я выглядела полнейшей дурой, они, наверное, решили, что я с ума сошла или издеваюсь. Мы даже поссорились с Виталиком. Ну, немного. Теперь я и сама не уверена, что правда, а что нет… Может, они правы, а нам с тобой что-то померещилось? Но фотографии…

— Любопытный феномен, — сказал я. — Интересно, а что в документах? Она же была тут на довольствии, жила, училась… Не может быть, чтобы ничего не осталось в базе.

— Это какой-то заговор! — воодушевленно сказала дочь. — Ты же помощник полиции, давай его раскроем!

— У Невзора в кабинете есть компьютер с данными воспитанников.

— Мы его взломаем?

— Я могу взломать компьютер, только переломив об колено, — признался я, — но я знаю, кого можно попросить. Иди в комнату, мне нужно сделать звонок.

Петрович нелюбезно спросил: «Ну, чего тебе еще?» — но я не смутился.

— И я рад тебя видеть, коллега. Возникла пара технических вопросов.

— Задавай.

— Первый — можно ли найти VR-очки так же, как я искал часы? У меня есть серийник и активационный код. Я вбил их в поиск устройств, он, вроде, заработал, но ничего не нашлось.

— В них нет автономного сетевого модуля с геопозицией. Нафига бы он там сдался?

— То есть, никак?

— Только на расстоянии ближней связи. Ну, если ты их, к примеру, за диван уронил, то они в ответ запищат.

— И это какое расстояние?

— От прохождения гигагерцового диапазона зависит. До сотни метров в идеальных условиях. В зданиях — десяток, ну два десятка метров.