Чтение онлайн

* * *

В тёмное время суток дозорная башня светится, как маяк в ночи, капли дождевые подсвечивает (это чтобы мёртвые путешественники впотьмах с пути не сбились). Волшебные огни не ослепляют и самих смотрителей, позволяют зорко глядеть на вверенный их наблюдению участок Большой тропы мёртвых.

Вечерней порой по мокрой дороге, мощённой серым камнем, на плохонькой бескрылой живой лошадке приехал Стрё - старейший дозорный прилегающего к Цанцу участка Большой тропы мёртвых. Старейший - и по должности, и по годам. А уж болтлив! То-то ежедневный объезд своего участка (а в нём четырнадцать дозорных башен) занимал у Стрё весь день без остатка.

Как добрался старый Стрё до последней башни, расположенной у поворота на Цанц, тут же затеял разговор с младшим смотрителем. Обрадовался, гриб старый, новым ушам, и давай язык чесать. И о чём? О Большой тропе мёртвых!

Мол, длинна Большая тропа мёртвых - живому путнику и до середины её не дотащиться. Отчего же? А не для живых сия тропа, и не живыми выстроена. Вымостили её мертвецы в начале Второй эпохи, весь здешний мир пересекли навылет с запада на восток. Живые при ней служат лишь смотрителями на дозорных башнях, да и то из великой милости. Работа-то ума большого не требует. Днём просто смотришь, кто проехал, ночью - жжёшь на башне яркие волшебные огни. То ли дело раньше...

А раньше-то что? Было время - Опасное Лихолетье - когда на этих дозорных башнях вдоль дороги неусыпно стояли мёртвые наблюдатели - и обстреливали из арбалетов всякого живого, выходившего на дорогу. Ибо ясно, зачем живым было здесь появляться: для грабежа и диверсий, не иначе. Но Опасное Лихолетье прошло, грабители да диверсанты повывелись, дорога стала безопасной. Особенно - близ обоих Порогов Смерти, да ещё в пещерных городах.

Пещерные-то города - Цанц, Бегон, Глукщ, Карамц, Уземф и ещё многие - все вдоль Большой тропы мёртвых тянутся. И служат для обитания мёртвых в мире ещё живых. Так-то.

А как вымощена Большая тропа мёртвых - заглядение! А ведь идёт через горы, леса, степи, пустыни и огромные варварские кладбища, те, что от середины Первой эпохи сохранились. И ведь далеко не везде сыщешь для дороги серый камень. Где же сыщешь? А в Отшибине - местности, откуда родом сам старый Стрё! Точнее, в каменоломнях Серогорья.

Так что без Отшибины - мертвецам никуда! Славься же, Отшибина, славься на века. Будешь ты, Отшибина, домом мертвяка. Сгинут над Отшибиной злые облака!..

– Отшибина, это сильно далеко?
– невпопад спросил новенький парень.

Старого Стрё его вопрос слегка обидел и заставил вспомнить о цели приезда. Ежедневная проверка записей в журналах наблюдений. Смотрители - народ сельский, совсем простодушный, их писанина в журнале нуждается в особом контроле...

И ведь верным было предположение!

– Ну и что прикажете делать с вашей записью?
– спросил Стрё, буравя выцветшими глазами обоих юнцов. Что за дуралеи поставлены смотрителями на дозорную башню у заворота на Цанц, важнейшую во вверенном ему участке Большой тропы мёртвых!

Смотрители потупились. Мол, кто ж его поймёт, что такое мимо них проехало - а в отчёт включить было необходимо. Точный учёт всех проезжающих по дороге - главная обязанность смотрителей. Вдруг какую важную проезжающую персону развоплотят разбойники - так чтоб было ясно, на чьём участке.

– Что я скажу господам некромантам?
– продолжал старейший дозорный, тряся седой гривой.
– Что мои смотрители не в состоянии отличить живого от мёртвого? Как это так: "местами мёртвый, местами живой"? Какими такими местами?

– Ну, может, они вдвоём ехали на коне: живой и мёртвый; но только мёртвый рассыпался, а живой его собрал и дальше поехал!
– уточнил младший из юнцов, недавно поступивший на службу смотритель.

– Что за бред? Как это мёртвый может рассыпаться? Да он покрепче нас с вами будет!
– горячился старейший дозорный Стрё, листая журнал наблюдения проезжающих.

– Это был неправильный мёртвый. И конь был неправильный. Мёртвый, но какой-то слишком мёртвый - он тоже вместе не держался.

– Вы понимаете, что некроманты пришлют инспекцию?
– спросил старший дозорный, поёживаясь от холода.
– А инспекторам только дай прицепиться. Того гляди, выгонят вас в шею, да мертвяками заменят. Те уж посообразительнее будут! Только и меня тогда уж с участка погонят: разве может живой командовать мёртвыми? Значит так: последний лист мы из журнала выдираем, пишем заново!

– А что нам написать?

– Пиши: "В пятом часу пополудни из Отшибины проехал господин посланник Смерти (мёртвый) в чёрном плаще на вороном крылатом коне (также мёртвом). Удалился в сторону Цанца". Написал?

Велик, слишком велик участок старого Стрё. Того и гляди, чего не заметишь - и прощай мечты старческие. А ведь мечтаешь о мелочи: заработать себе на посмертие. То ли дело - полузабытые мечтания заносчивой юности (стать посланником Смерти, заглянуть за Порог Смерти, побывать в Нижнем мировом ярусе)... Тьфу!

Так и умрёшь, как есть весь умрёшь, прежде чем мертвецом стать сподобишься. Особенно если твоё непосредственное начальство ведёт свои игры непонятные, участие в которых может закончиться не только повышением - вплоть до немедленного обряда причисления к мёртвым!
– но и страшно подумать, чем. А зависит всё в конечном счёте от того, кто же таковы эти самые Лимн, Зунг и Дулдокравн, и какова их подлинная миссия.

Глава 2. Город мечты

Лимн, Зунг и Дулдокравн - так звали карликов, из которых состояли Чичеро Кройдонский и его конь. Дулдокравн обычно ехал сверху - но лишь потому, что бежать в качестве коня он умел гораздо хуже своих товарищей. Лимн и Зунг происходили из династий разведчиков, и многими шпионскими навыками владели настолько лучше, чем посланный вместе с ними отпрыск выродившейся ветви аристократической фамилии Краунов, - что видели в нём лишь обузу.

Стоило им остаться наедине, как они давали волю своему гневу, накопившемуся за весь период вынужденной конспирации. Они старались друг друга не зарезать (хотя у них было чем), ведь иначе их миссия пришла бы к неминуемому провалу, потому пускали в ход лишь тяжёлые кулаки. Дулдокравну уже который раз перебили нос и свернули на бок скулу, Зунгу - вмяли внутрь лица нижнюю челюсть, но карлики Великой Отшибины, - народ живучий. К тому же, помимо конспиративной магии эти трое худо-бедно владели и магией восстановительной.