Чтение онлайн

Во главе армии — на самой большой и уже мёртвой карликовой лошади — ехал вождь Врод Занз-Ундикравн со своим любимым серебристым топором на перевязи. Когда вождь заметил впереди Чичеро и Флютрю, то небрежным жестом руки остановил свою армию и — с небольшим отрядом телохранителей — выехал вперёд.

Как вождь, так и телохранители, а скорее всего — и вся армия, были свежеиспеченными мертвецами. Только вот применённые бальзамы, конечно, отличались ценой и качеством. Вождь, не в пример своему окружению, щеголял отличнейшим бальзамом с красителем того самого изящного тёмно-красного оттенка, которым в Цанце мог похвастаться один лишь Фальк.

— Я прибыл из Цанца с вестями о свершившемся некрократическом вече, — сказал Чичеро подъехавшему вождю. — Отшибина восстановлена в своих правах…

— Вы припозднились, посланник, — перебил его Занз-Ундикравн, — я сам теперь еду в Цанц. Надеюсь поспеть пораньше, пока эти долговязые сопляки не опомнились.

Тут вождь о чём то задумался, и посланник терпеливо ждал, когда оформится его ценная мысль. Ведь ясно было, что это за мысль: как дальше быть с выполнившим задание Чичеро и его карликами.

— Да, благодарю вас, Чичеро, за труды, — сказал вождь наконец, — благодарю… и прощайте! Лимн, Зунг, выходите наружу, вы поедете со мной; нам придётся весь Цанц обыскивать, а у меня недостаток в хороших разведчиках. Вас, Дулдокравн, я более не задерживаю; до свиданья, езжайте к себе в долину Збуш Книл, передавайте привет родне. Ну а вы, Флютрю, ступайте-ка в аудиториум; вас ждут ученики — не забудьте перед ними извиниться.

— А что будет с останками Чичеро? — спросил Лимн, кивая на лежащий на дороге чёрный плащ и прислонённое к стволу сосны тело крылатого коня.

— Это уж не твоя забота! — одёрнул его Занз-Ундикравн. — Дранг, приблизься! Завернёшь эти останки в большой мешок — с собой повезём! Мало ли, вдруг пригодятся?

Дулдокравн на прощание обнялся с Лимном и Зунгом, и долго смотрел им вслед, когда по сигналу вождя они бодро зашагали в сторону Цанца под многочисленными жёлто-розовыми стягами Великого народа Отшибины.

…Ув Отшибиназ гыр гын ув гы! Хылмантыз Занз фылбуту пхы. Ылыы сурбум эзь. Щу ных фымырылы Ундикравн. Трузпрону кэзн арьо Смерт. Гыдгылбы Оз. Гыдгылбы Мо. Гыдгылбы Былб…

— Что за чушь? Разве есть такой — отшибинский язык? Впервые слышу. Безобразие какое-то!

— Отшибинский язык, мой дорогой Отт, есть — это одно из варварских наречий языка Эузы.

— Но скажите, Фальк, зачем нам, образованным западным мертвецам, изъясняться на этой эузской варварской тарабарщине?

— Такова воля управителя Занз-Ундикравна.

— Вам легко, Фальк, вы слышали этот язык раньше, — вмешался голос некромейстера Гны, — но я, при всей своей любви к языкам, не в восторге!

— Восторга от нас пока не требуют.

— С них станется! — раздражённо бросил Гны. — Я тут недавно пролистал «Отшибинскую грамматику» и «Словарь географических соответствий» Гноба. И получил потрясающие впечатления. Собственные селения этого народа названы хоть и неблагозвучно, а всё же без злобствования. Но стоит этим Великим карликам узнать о каком-то чужом городе, они начинают его название переводить на свой язык без всякого милосердия, — в паузе раздалось шуршание перелистываемого пергамента. — У меня создаётся впечатление, что они просто кривляются, когда называют иноплеменные города. Город Цанц нам теперь придётся называть «Занз», Дрон — «Дрын», Клям — «Глям», Карамц — «Кырымць», Уземф — «Юзюмф», Бегон — «Бигэн», Адовадаи — «Ыдовыдыу», Глукщ… — кажется, так и будет. Луговое королевство будет теперь «Лыговое», город Приз — «Брызь», а город Циг — «Зыгь»! Кто язык не сломает, тот это воспроизведёт. А уж как они извращаются, называя особенно ненавистную им Эузу — это они сами затруднились выразить письменно.

То же самое и с именами. Умбриэль Цилиндрон теперь звучит как «Ымбриул Зулиндкравн», и боюсь, мы теперь будем путать его с Цилиндианом, имя которого также переводится как «Зулиндкравн».

Да, Фальк, вряд ли нам когда случится обращаться так к Цилиндрону, тем более, что его набальзамированное тело уже доедает плесень, но если кто думает, что его собственному имени повезло больше, тот в конце концов позавидует Цилиндрону. Имя Фальк имеет несколько транскрипций: это и «Фульк», и «Фылькь», и «Хылькь»; первый вариант в ходу в Серогорье, второй — в Нижней Отшибине, третий — в Западной (то есть как раз у нас в Цанце, если кто не понял!).

— Что ж, пусть меня переименуют, лишь бы не перекрашивали! — сострил Фальк.

Разговор происходил в овальном кабинете и вполголоса: ведь неподалёку в Зеркальном зале на высоченном стуле, когда-то принадлежавшем Цилиндрону, теперь восседал сам Занз-Ундикравн.

Карлику очень нравилось это высокое положение, и он, в отличие от предшественника, забиравшегося в подпотолочную высь лишь на время приёмов и аудиенций, сидел там почти постоянно. На этом стуле он принимал пищу, пятная его бальзамными соусами, здесь же он, говорят, и укладывался спать. Может, он боялся, что этот стул у него кто-то отберёт?

Занз-Ундикравн, Управитель новообразованного Отшибинского воеводства, действительно не мог слышать, о чём шептались его сторонники из числа прежней власти. Зато слышал Зунг. Его обычный наблюдательный пост располагался под столом, за которым сидели собеседники. Им бы под этот стол и при всём желании не заглянуть: ростом велики, а отойти некуда.

Определённо, великий вождь, направляясь к Занзу, не зря укрепил свою армию разведчиками такого класса, как Лимн и Зунг. Армия ему, в сущности, и не понадобилась. Может, потому и не понадобилась, что пришла, но — ни в каких военных действиях не участвовала.

Мертвецы Цанца, как и других местностей, причисляющих себя к западной некрократии, были людьми долга. Им могли не нравиться заключённые договоры, или принятые законы, но они их всегда выполняли. Потому и речи быть не могло, чтобы кто-то, кроме нескольких тупых трактирных спорщиков, усомнился в решении некрократического вече.

Спорщиков, однако, уняла и скрутила стража самого Занза. Некрократическое вече постановило, что Занз принадлежит Отшибине, поэтому вождя карликов сначала приняли в его верном Занзе, как дорогого гостя, а после рассмотрения Жилоно, Киномро и Фопоном его полномочий — и как Управителя всего воеводства.

Вступая в подземную часть Занза, куда никому живому Мертвецкий приказ пропуска не выписывал, новоиспеченный мертвец Занз-Ундикравн чувствовал себя не слишком уверенно. Великий народ Отшибины в городах никогда не жил, только — в селениях, а в пещерные города на протяжении столетий никому из карликов проникнуть и вовсе не светило. Право же, есть от чего растеряться! Тут-то ему и пригодились разведчики.

Лимн и Зунг уже бывали здесь — в составе посланника Чичеро — и сравнительно неплохо ориентировались. Оставалась одна незначительная загвоздка: как Лимн, так и Зунг были ещё живыми (как и ранее, в составе Чичеро), и на входе в пещерную часть Занза их могли бы попросту задержать. Но не таковы разведчики Великого народа, чтобы так бездарно попасться. Лимн и Зунг легко затерялись среди других карликов из Отшибинской армии, — а те были мертвы поголовно.