Чтение онлайн

– А может, это был кто-то, с кем вы пересеклись в пабе? – поинтересовался Доусон.

Ковальски покачал головой.

– Не пью. Нет денег, – сказал он и попытался улыбнуться.

– А что вы делали в том месте, Хенрик? – спросил Кевин, решив наконец попытаться выяснить что-то конкретное.

Брайант знал, что сейчас они думают об одном и том же. Наркотики.

– Работа, – просто ответил поляк.

Доусон поднял глаза. По ним было видно, что он в недоумении.

– Хенрик, но Центр занятости обычно закрыт в десять часов вечера.

Пациент покачал головой и вновь скривился от боли.

– Не… такая… – негромко произнес он, а потом потер большим пальцем указательный. – За наличные…

Ах, вот в чем дело! В этом было гораздо больше смысла.

Иммигранты, как легальные, так и нелегальные, часто брались за незаконную работу, чтобы заработать денег. Считалось, что около полумиллиона приезжих использовались мошенниками в качестве источника дешевой рабочей силы в больницах, на строительстве и в сельском хозяйстве. И мужчины, и женщины работали в опасных условиях без всякого обучения, и делали это за гроши, потому что вынуждены были содержать свои семьи.

– Нет. Выхода. – В голосе поляка звучало отчаяние. – Жена. Дети. Голодные.

Брайант постарался забыть о своем негодовании. Как мужчина, налогоплательщик и офицер полиции, он ненавидел этот подпольный рынок занятости. Но в последние двадцать лет сержант был основным добытчиком в семье, так что он был далеко не уверен, что не поступил бы точно так же, если б ему нечем было кормить семью.

Может быть, им стоит поискать среди людей, знающих, где собираются подобные гастарбайтеры?

– А еще что-нибудь они говорили? – решил Брайант поторопить Хенрика.

– Если. Женщина. Не… – поляк отрицательно покачал головой.

– Вам не о чем волноваться, Хенрик. Вам здорово досталось, но теперь вы вне опасности…

– Но. Я. Видел. Нож. – По щеке Ковальски покатилась слеза.

– У нападавших был нож?

Пациент кивнул.

– Хенрик, а почему вы появились там в такое время? – вновь вступил в разговор Доусон.

– Эсэмэска… – ответил Ковальски. – Я получил… эсэмэску.

Его глаза стали закрываться, а сестра уже махала полицейским, появившись на входе в блок. Боже, и она еще говорит, что ему лучше! Его хватило ровно на пять минут.

– У вас есть телефон? – спросил Брайант, отодвигая стул. Возможно, Стейси сможет отследить, кто послал сообщение.

Хенрик в изнеможении покачал головой.

– Потерял. Украли.

Доусон понимающе кивнул. Он проверит у полицейских, которые нашли этого мужчину, не находили ли они мобильник.

Попрощавшись, коллеги направились к выходу из отделения.

Когда дверь за ними закрылась, Брайант остановился.

– Нож и электронное письмо, чтобы выманить его на место, – сказал Доусон.

– Ты сейчас думаешь о том же, о чем и я? – уточнил его напарник.

– Сначала скажи мне, о чем думаешь ты.

– Это не просто нападение, – вздохнул Брайант. – Это попытка убийства.

Ким почувствовала, что успокаивается, как только они оказались в машине. В ее машине.

Теперь к ней вернулась уверенность, что она контролирует ситуацию и что расследование движется вперед со скоростью, которую выбрала она сама.

Сидящий рядом с ней Тревис делал какие-то заметки.

Приятный и представительный мужчина, которого детектив видела в помещении отдела криминальных расследований, там и остался. В машину к ней уселось его бледное подобие.

Ким не могла не подумать, как здорово было бы, если б сейчас рядом с ней сидел Брайант. Они обменивались бы теориями, фонтанировали идеями, обсуждали, спорили… В общем, работали бы над расследованием.

Инспектор резко свернула налево, на грунтовую дорогу. Тревис уронил ручку и неодобрительно посмотрел на нее.

Пора бы ему понять, что без присмотра ее оставлять не стоит, а то она может начать развлекать себя сама.

Том засунул ручку в проволочную спираль, соединявшую листы блокнота, и закрыл его. Они как раз проехали мимо парковки перед пабом, на которой расположилась пресса. В первых рядах стояла Трейси Фрост, которая разговаривала с пареньком, одетым в куртку от «Файертрэп» [32] . Прервав разговор, Трейси слегка кивнула проезжающей мимо Ким.

– Вот уж по ком я совсем не скучаю, так это по этому жалкому подобию человека, – заметил Тревис.

Стоун ощетинилась, хотя три месяца назад это вполне могло бы стать единственной темой, по которой у них бы не было разногласий.

– Она не так уж плоха, – сказала детектив, вспомнив все, что узнала о Трейси Фрост.

– В этой женщине нет ничего, что могло бы оправдать ее существование, – продолжал настаивать ее коллега.

Ким раскусила его игру. Том почувствовал, что надавил ей на больную мозоль, и теперь тыкает в нее вилкой, ожидая, когда она начнет кусаться. Он с удовольствием вовлечет ее в спор, а потом бросится к своему начальству с рассказом о том, как трудно с ней работать. И начальство ему поверит. Черт побери, даже ее начальство ему поверит! Стоун так же, как и Тревис, ненавидела саму идею совместного расследования, но не собиралась становиться причиной его провала. По крайней мере, не в первый же день.

– Так вот, создавая прецедент для нашей дальнейшей совместной работы, Том, давай сразу же согласимся с тем, что мы не во всем согласны друг с другом, – предложила она.

Паркуясь, детектив заметила выражение разочарования на лице своего соперника.

Выбравшись из машины, Стоун направилась к раскопу, нимало не волнуясь, успевает ли он за ней. А когда Том поравнялся с ней, она увидела, что он прижимает к животу папку для бумаг, будто защищаясь от кого-то.

– Тебя здесь никто не обидит, – заметила Ким, взглянув на этот щит.

– Слушай, ты делаешь по-своему, а я…

– Как можно более неуклюже, – перебила Стоун Тревиса.

Она заметила, что на небольшом клочке земли толпилось не менее двадцати человек, но при этом они говорили приглушенными, благоговейными и уважительными голосами. Все понимали, что они находятся рядом с могилой.

Над раскопом был натянут белый тент – для защиты этого места и для обеспечения приватности. Таким образом, техники-криминалисты получили возможность обследовать территорию вокруг раскопа без боязни атмосферных осадков. Кроме того, хотя пресса и была остановлена в полумиле от могилы, случаи появления в воздухе вертолетов новостных телеканалов были хорошо известны.