Мертвые канарейки не поют
Шрифт:
В компании отца-психопата.
– А с ним… что? – по-прежнему тихо произнесла Рита, а Гоша, вздохнув, ответил:
– Тут отличная звукоизоляция, так что он нас не услышит, можно говорить во весь голос и даже кричать… А что касается твоего вопроса… Ну, сама видишь: мой старик – владелец самой крутой юридической фирмы города, богач, на короткой ноге с сильными мира сего, а по совместительству псих.
Произнес Гоша эти слова будничным тоном, без злости и горечи, что только прибавило смыслу сказанного ужаса.
– И давно он… псих? – продолжила Рита уже нормальным тоном, и Гоша ответил:
– Думаю, с самого рождения. Это для всех прочих он гениальный адвокат, блестящий стратег, выдающаяся личность. Качества, которые вполне присущи некоторым психопатам. А для меня он… Самый ужасный человек на свете!
Рита прижалась к Гоше, чувствуя, что ей до слез жалко этого зеленоглазого красавчика, которого все прочие считают представителем золотой молодежи, баловнем судьбы, богатым наследником.
Который, как выясняется, уже давно живет в кошмаре. В аду, где заправляет всем его отец-психопат.
– Он… Он что, бьет тебя? – произнесла в страхе Рита и почувствовала, как молодой человек напрягся.
– Бил, когда я был маленьким и не мог дать сдачи. Потом перестал. Впрочем, и не только бил…
Холодея от ужаса, Рита простонала:
– Что ты хочешь этим сказать?
Гоша, отодвигаясь от нее, вздохнул:
– Тебе лучше не знать. Еще раз извини, что я притащил тебя сюда. Но он убедил меня, точнее, заставил привезти тебя…
Рита взъерошила короткие волосы Гоши и поцеловала его в щеку. Нет, после того, как они расправятся с психом-адвокатом и начнут новую жизнь – далеко отсюда и вдвоем!
– Но почему ты не уйдешь? Почему ты не обратишься в милицию? – произнесла она, и Гоша простонал:
– Ты его просто не знаешь. У него все схвачено. Даром что психопат, все главные менты в городе – его лучшие друзья.
– Но теперь у тебя есть я! – заявила девушка. – Я помогу тебе, я дам показания. Они не смогут игнорировать очевидные факты…
Гоша встал и, пройдясь по комнате, произнес:
– Он ведь монстр. Да, это не преувеличение. Он убил мою маму!
Рита поверила его словам сразу и безоговорочно.
– Причем убил ее на моих глазах. Это было… Это было так ужасно…
Он опустился на кресло и закрыл лицо руками. Рита подошла к нему и, став около Гоши, прижала к себе его склоненную голову, поцеловала в макушку.
Отняв от лица руки, молодой человек глухо произнес:
– Еще раз извини, что втянул тебя в эту мрачную историю. Ничего, мы переждем, потом я тебя через гараж выведу и отвезу обратно в город. А затем вернусь сюда и… И убью его!
– Ничего подобного! – энергично заявила девушка. – Когда мы отсюда выберемся, то я тебя обратно, конечно же, не отпущу. Да, твоему отцу место в тюрьме, возможно, в психушке, но вот тебе за решетку попадать уж точно не надо!
– Я и так живу, как в тюрьме… – горько усмехнулся Гоша, а Рита заявила:
– Но теперь все изменится! Ты получишь свободу, а твой отец понесет заслуженное наказание, в том числе и за убийство твоей мамы. Я тебе это обещаю!
Лицо Гоши, долго смотревшего на нее, вдруг осветилось обаятельной улыбкой.
– Спасибо тебе, Ритка-маргаритка, за то, что ты у меня есть! С тобой так легко и спокойно…
Поморщившись, девушка сказала:
– Только не называй меня так. Потому что твой… твой отец использует это обращение. И я тебе обещаю – все будет хорошо!
Тут он ее поцеловал – напористо, почти грубо. Рита вдруг ощутила небывалый прилив желания и, к своему стыду, поняла, что жаждет одного: чтобы Гоша взял ее прямо здесь и сейчас.
Только вот почему она должна этого стыдиться?
– Ты меня хочешь? – произнес хрипло Гоша, и Рита хрипло ответила:
– Да, да, да!
Подхватив ее на руки, молодой человек перенес ее на кровать и, склонившись над ней и продолжая целовать, принялся стаскивать с нее платье. Рита застонала, вдруг осознав, что готова буквально на все.
Во всяком случае, с Гошей.
– Я хочу, чтобы так было всегда!
Молодой человек, рассмеявшись, заявил:
– За это надо выпить! Вообще-то шампанского, но у нас его здесь нет, а если бы и было, то пить бы не стали, так как мы оба не употребляем алкоголь… Тогда давай отметим это водой!
Он разлил из стоявшего на столике графина воду по двум бокалам и протянул один Рите.
– Ну что же, за новую жизнь!
Осушив бокал до дна (она только сейчас ощутила, насколько у нее пересохло горло, видимо, от пережитого стресса), Рита произнесла:
– Какая вкусная… Я вообще-то подозревала, что в ту воду, которой твой отец накачивал меня за столом, что-то подмешано.
Гоша, поставив на столик свой бокал, произнес:
– Нет, не в воду, а в вино… В воду он обычно добавляет афродизиак и дает его уже после того, как накачает жертву вином. А в вино он подсыпает одно занятное средство, которое подавляет силу воли и вводит в своего рода транс наяву. Он так поступает, когда заманивает сюда свои жертвы. Понимаешь, они все обожают алкоголь. Ты единственная, кто потребовала воды. А к такому повороту событий мы… я хотел сказать, он оказался не готов.
Рита, уставившись на Гошу, ощутила, как в висках у нее застучало. Он что, в самом деле только что сказал «мы»? Нет, она наверняка ослышалась!
– Жертвы? – переспросила девушка, которой вдруг сделалось жутко. – Он что… убивает их?
Гоша хмыкнул, и Рита, переведя взор на его бокал с водой, вдруг поняла, что он к нему не притронулся.
– Ну нет, он психопат, но не серийный убийца! Так, любит проявить насилие в сексе, обожает, чтобы жертвы его боялись и умоляли о пощаде. Раньше по проституткам ходил, а когда одна чуть не умерла, переключился на студенточек или аспиранточек типа тебя. Тем более, что ему с некоторых пор девственниц подавай, а таковых среди девиц с большой дороги, сама понимаешь, просто нет.