Мертвые тоже хотят жить
Шрифт:
– Марк?
– вылетев в коридор, схватила ботильоны и вздрогнула, когда практически над ухом раздалось удивленное хм-м-м.
– Ты всегда так носишься?
– Нет, только когда опаздываю... Ты уже готов?
– застыв с ботильоном в одной руке, оценила внешний вид собеседника. Неплохо, очень даже неплохо. Узкие темно-синие джинсы, черный тонкий свитер и черная куртка. Везет мне на красавчиков. Смертельно можно сказать.
– Все нормально?
– Да, - пробурчав, отвернулась и быстро обулась.
Может брату позвонить? Он старше, опыта больше, в конце концов, ему ни Вадим, ни Глеб не понравились. А это что-то да значит. И вообще, надо же поинтересоваться, как там у него с личной жизнью? Вот и я думаю, надо.
– Значит, поехали. Сейчас я тебя завезу, а заберет Сергей.
– Зачем? Я и сама могла бы...
– Мариш, - Марк недовольно качнул головой.
– Ты после больницы - раз, район для тебя новый - это два, ну а три, давай-ка исключим встречу с Глебом.
– Но...
– Пойдем, пойдем.
Уже сидя в машине, я раздумывала над третьим аргументом. Если первый я принимала и соглашалась, второй откровенно считала чушью. Ну я же не маленькая девочка, чтобы заблудиться в трех соснах? А третий же вводил меня в уныние. С Глебом встречаться не хотелось. Категорически. Ни под каким предлогом. Меня до сих пор в дрожь бросало, как я вспоминала его выходку. Но если рассуждать здраво, он же не совсем идиот, ведь правда?
– Если что, звони сразу. Договорились?
Мы уже подъехали к автобусной остановке, напротив которой находилась дорожка главного входа в универ, и Марк, заглушив мотор, скептически оглядывался по сторонам. Не знаю уж, что ему не нравилось. Студенты, как студенты кругом. Как обычно: торопятся, ругаются, смеются, чудят, но между тем он все же вытряс с меня обещание звонить, а на вопрос "что может случиться", туманно пояснил:
– Ну мало ли...
– Хорошо, договорились, - вздохнув, потянулась к ручке блокиратора.
– Ты ничего не забыла?
– А?
– развернувшись на насмешливый голос, поймала короткий поцелуй.
– Вот теперь все, маленькая.
– Ага...
Кивнув китайским болванчиком выпала из машины и , сделав несколько шагов, обернулась. Машина марка все еще стояла возле остановки , а сам он, облокотившись на руль, внимательно смотрел на меня. Нервно улыбнувшись, помахала рукой и побежала к универу.
Осталось минут десять до звонка, а мне еще расписание надо бы уточнить на кафедре. Подруг к сожалению у Манечки не было и в этот "страшный" мир знаний и подводных течений мне придется вступать в одиночку.
Минут через пять я стягивала куртку и внимательно вчитывалась в расписание пар. Первой значилась историография, второй шла новейшая история стран Америки, а третьей - иностранный язык. Вчитываясь в эти три строчки, судорожно пыталась вспомнить хоть что-то по первым двум, и если по новейшей истории я еще могла наскрести в голове хоть какие-то мысли, то что такое "историография" откровенно не понимала. Это историческая география, или что?
– Мари?
– А? Анна Васильевна? Здрасти...
– за моей спиной поблескивая серыми глазами в окружении пушистых черных ресниц стояла не мертвая.
– Решилась таки? Я уж подумала после вчерашнего..., - чему то нахмурившись, она встрепенулась и бодро скомандовала: - Пойдем в кабинет.
– У меня пара...
– Ничего, скажешь Алексею Палычу, что я задержала, - развернувшись, женщина уверенно направилась к своему кабинету, и если я огибала и обходила возникающих словно из ниоткуда студентов, то Анна плыла королевой, те сами расступались, образуя перед ней четкий просторный коридор. Я даже позавидовала. Вот это женщина!
– Проходи, - кинув уже на знакомый стул, сама она села в свое удобное кресло и с удовольствием расслабилась.
– Чай будешь?
– Нет, спасибо.
Замерев, она окинула меня быстрым взглядом и хмыкнула:
– Мари? Давай сразу договоримся, сейчас ты здесь не как студентка Александрова, а как ... ну пусть будет родственница. А родственникам нужно помогать. Понимаешь?
– Ага...
Но почему то это ее "родственница" меня еще больше напрягло.
– Да-а-а, ничего ты не понимаешь. Ладно, оставим. Значит так, на кафедре все знают об аварии, коме и маленькой проблеме.
– Эм?
– С памятью...
– уточнив, Анна потянулась и взяла лежащую с лева длинную тонкую ручку, которую при желании можно было бы использовать вместо указки.
– Поэтому спрашивать и наседать сильно не будут. До сессии как-нибудь дотянешь, а там уже и дипломная. Кстати писать ее будешь у меня. С темой позже определимся. Твоя задача, - острый конец ручки указал в мою сторону.
– Присутствовать по возможности на каждой лекции и внимательно слушать, если что не понятно, подходишь к преподавателям или ко мне. Договорились?
– Ага...
Где-то это уже было... Про договорились... Но черт с ним. Анна предлагала замечательный вариант, с ее помощью я действительно могу закончить курс, а потом и диплом написать.
– Вот и ладненько. И да, в неформальной обстановке зови меня по имени, Анна. А теперь давай, топай, бедный Алексей Палыч заждался.
– Спасибо.
– Иди, иди, - женщина отмахнулась и открыла толстый журнал с записями.
Уже подойдя к двери и взявшись за ручку, внезапно вспомнила, куда именно я иду, а раз предложили обращаться с разными вопросами, то почему бы не начать с истори чего-то там?
– Анна? А что такое "историография"?
– О?- она улыбнулась и чуть наклонила голову набок, отчего стала казаться моложе и ... теплее?
– Это такая гадость. Ну кому интересно знать как развивалась история и сравнивать труды каких-то замшелых дедов?
– Анна передернула плечами и поморщилась, а потом заговорчески прошептала: - Но не вздумай об этом говорить Алексею Павловичу и тем более на экзамене. Тебя даже проблемы с памятью не спасут.
Хихикнув, я закрыла за собой дверь. И почему я считала ее холодной снежной королевой? Да красивая, да уверенная, да... классная? О, да!