Мёртвый лысый папа
Шрифт:
Вы спросите: где была мать?
Ну, для меня тоже загадка, ибо жила она с моим папой, но я почему-то не видел её практически никогда.
Была ли она плохой мамой?
Думаю, что она была той, кто… Впрочем, я не знаю, что у неё было на уме, так что вернёмся к Чеддеру…
А-а-а, Чеддер…
Чеддер – пёсик моего бати – лабрадор. Он как раз бежит на меня, блюющего на пол.
– Ой, какой симпатуля! – растрогалась Кристина. – Как его зовут?
– Чеддер, – ответил я, вытирая рот салфетками, которые принёс Валериус. – Он очень умный пёс, – выдумал я прямо на ходу. Я решил, что раз он смог додуматься не облизывать заблёванного человека, то в нём есть капля интеллекта. И это в его-то возрасте.
Дело в том, что батя очень любил собак, особенно лабрадоров, а для него расставание с лучшим другом, прожившим долгие годы, очень тяжело переносятся. Поэтому им же было решено покупать дрессированного чёрного лабрадора в возрасте одного года, называть его Чеддером, и, ещё через год, менять на нового лабрадора, точно такого же, давая ему такое же имя.
За мои 33 года у бати было 33 Чеддера, и этот будет последним. Но для него все они – это один единственный Чеддер, который живёт бесконечно.
– А у твоего папы отличный вкус, – похвалила Кристина, играя своим носом с мордочкой Чеддера. – Ути мой сладенький! Дядя Саша совсем охренел, правда? Заблевал наш пол. Заставил тебя обходить препятствия, да?
– Тебе лабрадора подарить, что ли? – перебил я.
– Сэр, Ваш отец лежит в своей спальне, – решил встрять Валериус. – Я взял на себя смелость помыть его и одеть в подобающий этому чёрному, очень слёзному для Вас и для меня дню. Примите мои соболезнования по…
– Валера, хватит. Он всего лишь умер. Не стоит так сильно распинаться.
– Простите, сэр! Если я буду Вам нужен…
– Я тебе крикну, – закончил я. – Оставь Чеддера, – перевёл я на Кристину, – и пошли к моему бате.
Мы поднялись на второй этаж, в ГЛАВНУЮ спальню ГЛАВНОГО из Бабловичей… Короче, полный ГГ.
Мой папа всегда любил длинные волосы, но сейчас… о-о-о, передо мной лежал труп с такими же длинными волосами, как у Рассела Брэнда из «Побег из Вегаса», только седыми.
– А он у тебя стильный мужик, – подметила Кристина. – Борода белая, голова белая, костюм чёрный… осталось только туфли поменять на белые, чтобы сочеталась с башкой.
Нам стало очень смешно, и я решил воспользоваться таким «смешным» настроением Кристины.
– Надо его побрить, – кинул я, и тут наступила тишина, причём резкая.
Через несколько секунд Кристина заржала ещё сильнее.
– Прости! – продолжала смеяться она. – Фух!.. Сейчас рёбра треснут. Извини! – Она немножко успокоилась и добавила спокойным тоном: – Ты же понимаешь, что здесь мертвец лежит, а мы с тобой ржём? – Она снова хихикнула. – Прости! Всё, давай, говори: зачем я здесь?
– Надо его побрить, – повторил я.
– Так… Это уже не смешно! – скорчила помощница рожу. – Придумай что-то другое.
– Я не смеюсь сейчас, – со всей серьёзностью заявил я, как мне показалось, хотя с моей рожей очень тяжело показывать «серьёзную серьёзность». – Единственное, о чём он меня просил, – побрить ему голову, когда он умрёт.
– Он никогда, сколько я помню, не был с бритой головой? – задала вопрос Кристина, но он был адресован больше не мне, а как вопрос в её голове, который она задала сама себе, только вслух. – Ты ВСЁ ТОЧНО понял? – А вот этот вопрос был адресован уже мне, ТОЧНО МНЕ.
– Да, – кивнул я. – Ты же знаешь моего батю. Как только он отдал мне свою компанию, так сразу же началось: тое-сёе, туда-сюда, а потом ещё и эти дебильные требования.
– Значит, всю свою жизнь он ходил с этими патлами, а перед смертью решил стать как «лысый из Браззерс»?
– Кристина, я понимаю, что тебя к этому жизнь не готовила, но прояви хоть каплю уважения к этому отморозку. Каким бы он ни был придурком, он всё-таки был крутым мужиком. Просто эта жизнь сделала его слишком развязным. Когда я был маленьким, то он находил время, чтобы со мной поиграть, несмотря на то, что он был слишком занятым человеком. Он жертвовал миллионами, когда не приходил на совещания, чтобы побыть со мной и уделить мне время.
– Да я знаю, что он прикольный дед. Давай лучше думать, как нам его побрить.
– Вот здесь я и хотел бы остановиться, – опустил я голову. – Дело в том, что под «кое-что ещё» я подразумевал…
– Так-так… – «недружелюбно» настроилась Кристина.
– …попросить тебя аккуратно подстричь его машинкой, а потом я его подержу, и ты побреешь ему голову, – выдохнул я. – Всё очень просто, – улыбнулся я и поспешно добавил: – Я тебе новый айфон куплю, а?
– Ты издеваешься?! – криком выдала Кристина. – Да я не притронусь к нему, каким бы крутым он не был… этот айфон. – И начала снова смеяться, потому что хорошо пошутила, как ей показалось.
– А у тебя с юмором всё нормально, молодец! – оценил я. – Ну хорошо… ты МНЕ предлагаешь это сделать?
– Можешь попросить дворецкого, – намекнула Кристина.
– Нееет! – категорично отрезал я. – Папа ему, ещё когда я был ребёнком, запретил его брить, ибо думал, что дворецкий перережет ему горло… Короче, свои прикольчики были у нашего Владимира. Я это к тому, что Валериус не согласится на такое.
– Папка твой умер. Может, попробуешь спросить ещё раз? К тому же брить нужно голову, а не бороду.
– Валера?! – крикнул я.
Дворецкий быстренько прибежал.
– Да, сэр!
– Слушай, а ты не мог бы подстричь моему папе…
– Нет-нет, сэр, я не могу этого сделать, – выдал Валериус, даже недослушав меня. Он встал на колени, головой в пол, и добавил: – Простите, но этого не могу. Ваш отец НИКОГДА не допускал меня до таких дел, поэтому…
– Я понял, ничего страшного, – завершил я страдания бедолаги из Италии. – Можешь быть свободен. Спасибо!.. – Валериус медленно поднимался с пола. – И это, Валер… подгони какую-нибудь большую тачку, чтобы я батю мог на заднее сиденье посадить…
– Куда Вы, сэр? – дрожащим голосом перебил дворецкий.
– Это тебе знать не обязательно. Не хотел брить ему голову, значит, я не захочу поделиться с тобой информацией касательно того, куда… В общем, иди за большой машинкой… Чтобы стояла у входа в дом, слышишь?
– Да-да, сэр!
Валера ушёл.
– Реально, ты куда? – заволновалась Кристина, когда увидела, что я начинаю рыскать в шкафу своего папы.
– Поеду в парикмахерскую.
– Да ты бы лучше сам его подстриг, побрил, если машинка и бритва есть, – предложила помощница.