Чтение онлайн

– Я не шпион!

– Прости, милашка. Я опять оговорился. Не шпиона, а шпионку.

– Я не шпионка!

– Это надо доказать.

– Вам доказывать, а не мне.

– Ты находишься на нашем корабле. Поэтому, для того, чтобы остаться здесь – доказывать невиновность придётся тебе.

– Интересно, куда вы меня денете? – задорно тряхнула своими чёрными волосами Гоппс.

– Космос нигде не заколочен досками, – Стенк поднял вверх свою палочку и вокруг людей замерцала голограмма сферы звёзд. – Можешь идти на все четыре стороны, то есть лететь на все шесть… Мы от доброты душевной выделим тебе даже разведочный шаттл. Их у нас два.

– Неужели вы решитесь?

– Есть другой вариант – высадить тебя на Компьютере.

– Только не это! – невольно вздрогнула Гоппс. – У них же нет даже земного посольства! Эти чудовища ненавидят нас! Они распылят меня на молекулы.

– Не такие уж они кровожадные!..

– Или я умру от голода… Я не умею пить машинное масло и закусывать железной рудой.

– Горе какое, – притворно огорчился Стенк. Его малоподвижное, узкое лицо исказила лёгкая гримаса удручённости.

– Вы надо мной смеётесь?

– Нисколько…

– Это противоречит принципам гуманизма!

– Да. Зато полностью отвечает твоему представлению об ошанах, как космических пиратах, мутантах.

– Хватит, Стенк, – поморщился Сказочник. – Плетёшь своим языком ерунду. Андрей! Что дала проверка компьютера?

– Его не вскрывали. На замке моя пломба… Приказа с компьютера Гоппс в бортовой на внешнюю передачу не поступало.

– Ну и что? – гневно сверкнула глазами Гоппс. – Надеюсь услышать от вас извинения.

– После зондирования, – не сдался Стенк. – Твоя очередь, Сказочник.

Психолог колебался:

– Если Вы, мисс Гоппс, против, зондирование можно не проводить.

– Нет уж. Я хочу, чтобы всё между нами было ясно. Только я настаиваю, пусть при зондировании присутствует один Сказочник. На мой взгляд, он единственный порядочный среди вас человек, за исключением, разве что… Пьера. Надеюсь, вы доверяете Сказочнику?

– Вполне.

– Мисс Гоппс, пройдёмте в кают-компанию. А вы, космические сыщики, вернитесь-ка лучше на свои рабочие места…

– Ну, к Рубикону мы подойдём не скоро. Лучше ты забирай из кают-компании свой аппарат в медотсек, – возразил Андрей. – Благо, компьютеры на нашем «Вороне» расставлены где ни попадя – подключайся к любому.

– Тогда я принесу ПЗ сюда, если вы не возражаете, мисс Гоппс.

– О, нисколько. Я благодарна вам за внимание. Только заберите отсюда этих наглецов…

– Мы с удовольствием сами уйдём, – парировал Стенк, исчезая за дверью.

– Вы не очень обижайтесь на Стенка, – немного помолчав, сказал Сказочник. – Он видел в детстве как его мать убили корнукраки в одном из пиратских налётов. Потом гибель вырастивших его истинных ошан тоже при налёте корнукраков… С этим нельзя не считаться…

– Но при чём здесь я? – вспыхнула Гоппс.

– Характер у Стенка как броня. Он бы и хотел помягче, но, как не повернётся – со всех сторон жёстко, – пояснил психолог.

Через час, когда все члены экипажа собрались в столовой на обед, последним появился Сказочник.

– Ну, как? – поинтересовался Влад, с удовольствием уплетая за обе щёки жаркое из мяса цеткаля планеты Нубис.

– Всё в порядке. Она, действительно, не шпион… шпионка, – поправился Сказочник, взглянув на Стенка. – Хотя есть некоторые отклонения от нормы.

– Какие отклонения? – спросил Келвин, неловко справляясь с вилкой левой рукой.

– Двойной сигнал… Это бывает у шизофреников.

– О-о! Так она ещё и шизофреник, – покрутил головой Стенк и осуждающе посмотрел на капитана.

– Сигнал расплывчатый, едва регистрируется и эмоционально слабо окрашен. У шизофреников же, наоборот, эмоции преобладают… Странный сигнал…

– Ну, и каковы пикантные подробности биографии этого крокодила? – иронично спросил Влад.

– Не будь таким грубым. Ты и Стенк способны довести эту женщину до истерики!

– Ну, а подробности, подробности, – нетерпеливо потребовал Влад – Скольких мужчин она изнасиловала в припадке сексуальной неудовлетворённости?

– А подробности от злоязычия позволяет уберечь врачебная этика. Слыхал о такой?

– Значит, историй, леденящих кровь, не будет, – разочаровался Влад и потянулся к бокалу тони-эля. – Капитан, я не на вахте, – опередил он упрёк Келвина и неторопливо сделал два глотка.

– А где сама мисс Гоппс? Разве она не голодна? – поинтересовался Келвин.

– Она сейчас придёт… Просто она, как тактичный человек, дала нам возможность обсудить результаты зондирования во время её отсутствия, чтобы не создавать чувства неловкости, атмосферу недомолвок и намёков.

– Одни достоинства! – продолжал иронизировать Влад.

– Хватит, – в раздражении Келвин бросил вилку на стол. – Мисс Гоппс – такой же член экипажа, как и каждый из вас. А вы переходите в общении с ней все границы дозволенного… Ну, скажи, Стенк, кто тебе дал право обвинять её в шпионаже? Кто дал право тебе оскорблять своими подозрениями эту женщину? А ты, Влад? Ты не можешь, что ли, простить её за правильный совет не переусердствовать тебе с выпивкой в баре?

– Я же говорил, что женщина на корабле не доведёт до добра, капитан, – повысил от природы звучный голос Стенк. – И у тебя уже есть опыт…

– А я думал, что капитан, просто, нервничает из-за неловкого обращения с вилкой, – двинув под столом по ноге пилота, невинно заметил Андрей.

– Мне не до шуток… И не до намёков! Я приказываю, слышите, приказываю обращаться с мисс Гоппс, как с равной! Понятно?

– Благодарю вас, капитан, – от дверей откликнулась женщина. Она признательно улыбнулась Келвину и окинула остальных присутствующих холодным взглядом своих блеклых глаз, в которых, пожалуй, слишком подчёркнуто светились независимость и презрение к мнению других об её персоне. То же настроение подчёркивала и её одежда. На Гоппс, как на вешалку, было напялено разноцветное лоскутовое платье с глубоким вырезом. Грязновато-зелёные серёжки вносили последнюю диссонирующую ноту в её образ.

Обеденный стол был слишком велик для столь немногочисленной команды «Ворона». И, хотя приборов насчитывалось по количеству присутствующих – семь, за столом оставалось столько же свободных мест. Поколебавшись, Гоппс направилась к стулу, пустовавшему между Пьером и Сказочником. Удобно устроившись, она обратилась к Андрею, сидевшему рядом с капитаном:

– Будьте добры, подайте мне мой прибор.

Её просьба была с готовностью исполнена, но молчание, воцарившееся с её приходом, больше не нарушалось и становилось с каждой минутой всё тягостней.