Чтение онлайн

Смеюсь ему в лицо. Мне правда смешно. Как я могла выйти замуж за такого ущербного и жалкого мужика?

— Ты же понимаешь, что это невозможно, — качаю головой. — Я вернусь, но брака не будет. Ничего не будет. Зачем тебе жена, которая станет люто тебя ненавидеть?

— Это эмоции, Аня. Кризис. Могу понять, сам приходил к этой мысли. Бытовуха, один и тот же человек в постели, — начинает рассуждать, как ни в чем не бывало. Словно это в порядке вещей. — Ты молодая, я твой первый мужчина, хочется попробовать что-то еще, добрать нереализованных эмоций. Со всеми бывает. Поругались, разбежались, погуляли на стороне.

Мне даже неинтересно, гулял ли он на стороне. Меня это уже никак не трогает.

— Ты же не дура, должна понимать, что не нужна этому молокососу. У него таких сосок полно.

Какой всё-таки Игорь мерзкий. Просит вернуться и одновременно оскорбляет.

— Ты очередная галочка в его кровати, рано или поздно переключится на молодую. Я был в его возрасте, знаю, что говорю. А у нас семья, я принимаю тебя со всеми недостатками и загулами.

— Хорошо, ты прав, — соглашаюсь, кивая.

Нет, ничего не хорошо, нет, я не согласна. Нет, я не вернусь к Игорю, мне легче его убить. Но я делаю вид, что он прав. Мне нужно выиграть время.

— Конечно, я прав, малышка, — прикасается к моему лицу, поглаживая. Даже не помню, когда он был настолько ласков.

— Забирай заявление и дай мне сутки на сборы.

— Вот, наконец-то ты стала мыслить здраво. Только заявление я не заберу, Аня, пусть полежит у Олега, как гарантия, что этот молокосос не тронет меня. И тебя тоже! — повышает голос, пытаясь казаться уверенным в себе. На самом деле боится, как бродячий пес, гарантию неприкосновенности себе оставляет.

— Хорошо, но ты не дашь ход делу.

— Все зависит от тебя, Анечка, — противно усмехается.

Как в его тупой голове не укладывается, что шантажом нельзя купить себе любовь, семью и уважение. Что ничего все равно не будет. Но сейчас необходимо спасти Матвея, и мне нужны хотя бы сутки.

— Дай мне один день, завтра утром приедешь за мной.

— Да зачем? Давай помогу собрать вещи, — наконец отходит от меня, и я начинаю дышать глубже.

— Сутки, Игорь! — настаиваю, давя на него взглядом.

— Ну хорошо, я обещал идти тебе на уступки, начну прямо сейчас, — делает великое одолжение. А мне хочется плюнуть ему в лицо. Мудак. — Только без самодеятельности, мое заявление и все показания у Олега, он и без меня даст ход делу, — угрожает. Киваю, посматривая на нож, испытывая огромное желание воткнуть его и провернуть несколько раз. — Не провожай, — кивает мне Игорь и удаляется. Закрываюсь за ним на все замки, пытаюсь отдышаться, а потом бегу за телефоном. Набираю Матвея.

«Абонент отключён, вы можете оставить сообщение после звукового сигнала».

— Срочно мне перезвони! — кричу в трубку. Я дура, вчера проигнорировала его. Возможно, он вообще не перезвонит. А у меня всего сутки.

Хватаю сумку, выворачиваю ее, нахожу визитку Александра, набираю его номер.

Гудки, гудки, гудки – не отвечает.

Черт!

Набираю еще, снова прослушивая монотонные гудки, и вот на третий раз мне наконец-то отвечают.

— Да! — резко отвечает мужчина.

— Доброе утро, Александр. Я Анна.

— Не припоминаю, — недовольно отзывается мужчина. Кусаю губы.

— Нас представлял Матвей. Насчет развода… Вы оставляли мне визитку.

— А, да.

— Не могу дозвониться до Матвея, поэтому…

— Анна, — перебивает меня Александр. — Матвей ночью попал в аварию, он сейчас в больнице.

— Что?

Нет, я все прекрасно слышу, но не понимаю, тело окатывает резкой волной жара, сердце неровно бьется и перехватывает дыхание.

— У него черепно-мозговая травма, и он пока без сознания.

— Как это произошло?! — зачем-то кричу, а голос хрипит.

— Нарушение правил, мокрая дорога, не справился с управлением.

— Это я виновата… Боже. Это я виновата, — слезы льются сами собой, застилая глаза. Он звонил мне ночью, мне ничего не стоило ответить на звонок. А я не ответила…

— Анна, успокойтесь. Состояние стабильное.

— Где он? В какой больнице?!

— Сороковая клиническая…

Анна

Забегаю в больницу и теряюсь в холле, совершенно не понимая, куда бежать. В регистратуре никого. Оглядываюсь в растерянности. Набираю еще раз Александра, и он отвечает почти моментально.

— Александр, это снова Анна. Я в больнице и совершенно… — пытаюсь сглотнуть ком, который мешает мне говорить.

— Выйдите на улицу, Анна, — просит меня мужчина и сбрасывает звонок. Ничего не понимаю, но делаю, как говорят. Выхожу из здания и вижу неподалеку Александра, который курит с каким-то мужчиной. Иду к ним.

— Познакомитесь, Анна, это Глеб, средний брат, — представляет нас мужчина. И правда, брат. Они все очень похожи.

— Здравствуйте. Как Матвей? Где он?! — неугомонное сердце не прекращает колотиться.

— Успокойтесь, Анна. Матвей пришел в себя, сейчас с ним родители.

— С ним все хорошо?

— Сравнительно, Анна. Но травма головы может дать очень неприятные «спецэффекты», поэтому он под наблюдением.

Сразу виден отпечаток профессии на Александре. Говорит четко, по делу, без эмоций, не щадит. Голые факты.

— Хорошо, — киваю. Сердце немного сбавляет обороты, но все равно болит. — Могу я его увидеть?

Средний брат внимательно меня осматривает, такой пронзительный взгляд, что мне становится неловко.

— Понимаете, Анна, — мне уже не нравится тон Александра. — Я помню, Матвей представлял вас своей женщиной. Но сегодня, буквально полчаса назад, сюда явилась некая Кира, которая тоже выдает себя за женщину Матвея и утверждает, что ждет от него ребёнка.

— Да, — киваю, сдаваясь. Все правильно, она имеет больше прав на Матвея. Я не претендую, я все понимаю. Молодая беременная девочка… А я по факту никто.

— То есть вы в курсе?

— Да, но узнала только вчера… — выдыхаю.

— Наша мама и так в шоке, а тут еще и беременная девочка… — Александр пытается деликатно меня отшить, и внутри нарастает ощущение неуместности. Я здесь лишняя. — Если я сейчас и вас представлю родителям…