Чтение онлайн

Он был один и не произносил ничего вслух, но все равно испугался, сердце заколотилось, глаза обшаривали темноту в поисках подслушивающих инквизиторов. Благодаря лорду Дарину его дом избежал самого худшего, однако священники и жрецы до сих пор вытаскивали людей из постели и уводили навсегда. Теперь, когда всю северную армию возглавлял Великий инквизитор Маллеус, паранойя Иоганна разыгралась с новой силой.

Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Чудовища на юге, другие чудовища на севере, а Иоганн – в тихом местечке где-то между ними. Он снова вздохнул и почувствовал, как замедляется сердцебиение, пока он минует заброшенные лачуги и крестьянские дворы.

Местность была унылая, бесплодная и скудная по сравнению с густыми лесами и широкими реками Оллстейна. Чего бы только Иоганн не отдал, чтобы вернуться домой, посиживать на солнышке с удочкой и бурдюком дешевого вина у неторопливой речки. У него защемило сердце при мысли, сколько друзей и родных нашли вечный покой на этой холодной языческой земле. Он не страдал излишней сентиментальностью, но то, что они похоронены так далеко от дома, казалось неправильным. Если вообще похоронены, а не брошены на растерзание воронам.

Гремучая смесь вины и гнева подарила ему не одну бессонную ночь. Он возил туда-сюда рапорты и сообщения и был с основной армией, когда авангард под командованием лорда Дарина уничтожило взрывом неведомой магии. Великий инквизитор Маллеус поручил Иоганну отправиться вперед, засечь позиции врага и постараться выяснить судьбу остатков войска Оллстейна.

К наступлению темноты он обогнал свой отряд на день пути. Ночь была пасмурная, темные тучи не пропускали большую часть лунного света Близнецов, а рельеф был слишком коварен, чтобы плутать вслепую. Иоганн нашел укромную ложбинку под деревом у сухой каменной стены, защитившей от ветра, и завернулся в одеяло, пытаясь подремать пару часов. Он ерзал и ворочался на холодной твердой земле. Сон оказался неуловимым врагом, в голове проходили строем лица убитых.

Отдаленный звон металла на юге заставил его замереть и прислушаться, затаив дыхание. Звон раздался снова неподалеку от главной дороги через долину, следом послышался стук камней. Иоганн сглотнул и помолился, чтобы это оказалось что-то безобидное: дикая коза или попавшая в капкан лиса, только бы не один из злобных вампиров, напавших несколько дней назад. По мере приближения звука стало ясно, что за ним следует множество других. Шарканье сотен ног, звон стали о сталь миновали его укрытие, направляясь на север, прочь от Тарнбрука. Это были не животные.

Иоганн осторожно выглянул через щель в старой каменной стене. В темноте двигались черные силуэты, медленно и размеренно, словно смертельно уставшие. Сотни человек. С такого расстояния он не мог разглядеть подробности.

Иоганн медленно откинул одеяло и пополз вперед. При виде доспехов Империи света его глаза округлились. На некоторых помятых нагрудных пластинах и грязных плащах была эмблема – солнце Богини. Люди Оллстейна возвращались домой.

Он хотел встать и окликнуть их, но какое-то смутное ощущение нашептывало – что-то не так. То, как они двигались, эти неустойчивые шаги… И он вдруг понял, что они идут без света. И почувствовал мерзкую вонь.

В поле зрения появился человек в разорванных с одной стороны доспехах. Сквозь плоть и металл торчали сломанные ребра, белая кость была видна даже в пасмурную ночь.

Иоганн ахнул и зажал рот рукой. Десяток голов разом повернулись в его сторону. Не у всех были глаза, пустые глазницы светились тусклым зеленым огнем. Иоганн лежал очень, очень тихо. Шесть ходячих мертвецов отделились от армии и пошли в разных направлениях, обыскивая траву, деревья и скалы. По телу Иоганна струился холодный пот, по спине бегали ледяные мурашки. Ему конец.

Сглотнув, он изо всех сил постарался дышать медленно и спокойно. Он умрет здесь, но может выбрать, как именно. Может трусливо свернуться в клубок и надеяться, что Богиня смилостивится над ним (что вряд ли), или встать, обнажить меч и сразиться с силами зла, как поступил его лорд.

Он не особенно верил в загробную жизнь, но умирать хнычущим слабаком не хотелось. Многие родные и друзья уже погибли в этом проклятом краю, и он не хотел позорить их память. Иоганн встал и вытащил меч.

– Идите сюда, вонючие трупы! – выкрикнул он, прислонился к дереву, чтобы они не могли напасть со спины, и встал в боевую стойку с высоко поднятым мечом, стараясь не замечать, как дрожит острие.

Трое мертвецов в почерневших измятых кольчугах пошли к нему, протягивая руки в изодранных перчатках и с торчащими костями. От зловония к горлу поднималась желчь. Трупы одновременно развернулись и пошли обратно к своей армии.

Он застыл с открытым ртом, сердце гулко стучало в ушах.

– Привет, Иоганн, – сказал сзади знакомый голос.

Иоганн крутанулся, оставив между собой и хозяином голоса дерево, и поднял меч.

– Ландграф? Это… это невозможно.

Дарин медленно приближался, держа шлем под мышкой. Его доспехи погнулись и почернели, эмблема с золотыми солнечными лучами Светлейшей была сорвана, но его лицо – то, что от него осталось, – не узнать было невозможно.

– Что ты такое? – спросил Иоганн.

У него тряслись руки, и нестерпимо хотелось помочиться.

Губы рыцаря скривились, обнажив в улыбке сломанные сухие зубы.

– Да я просто ходячий мертвец, Иоганн.

Разведчик нервно сглотнул, выставив меч перед собой.

– Какая бы темная магия ни управляла тобой, чудовище, я ей не поддамся.

Улыбка рыцаря-трупа померкла.

– Если это будет зависеть от меня, конечно, нет.

– Что? – нахмурился Иоганн.

– Я не собираюсь убивать тебя. Это я не дал безмозглым мертвецам вцепиться в твою плоть.

Острие меча опустилось ниже.

– Я… Ландграф, это правда вы?

Он кивнул.

– Увы, я больше не твой лорд. Как видишь, я вообще-то мертв. На самом деле ты единственный из храбрецов Оллстейна пережил эту проклятую битву. И я сделаю так, чтобы хотя бы один из нас вернулся домой к теплой постели и холодному элю. Вернулся живым, я хотел сказать. – Он наклонил голову набок, как будто прислушиваясь к невидимому голосу. – Чего она не знает, то ей и не повредит.

– Светлейшей?

Рыцарь-труп поморщился.

– Этой проклятой Богине принца Сокола? Думаю, нет. Я говорю о некромантке, которая держит меня в рабстве.

Острие меча Иоганна воткнулось в землю. Он облизал губы и огляделся.

– Еще недавно ты молился Светлейшей каждое утро и вечер, и имя Ее не сходило с твоих уст.

– Не по своей воле, друг мой, будь проклято это Ее имя. Принц Сокол что-то сделал со мной, заразил самой нечестивой магией, изменившей мои мысли и превратившей в фанатика. И это привело к гибели наших людей.