Чтение онлайн

— Господа, это Рагнарек — Гибель богов!

— Рагнарек начался для нас еще под стенами Москвы. Сейчас хваленые эксперты пятки греют, а на обычные задания летают хорваты и венгры на «Мессершмиттах», «штуках» и «Хейнкелях»! И именно на наших союзников мы сейчас перекладываем тяжесть воздушных боев.

— Тихо! Мы не знаем, есть ли здесь представители гестапо.

— Гестаповцев здесь нет, — спокойно ответил только что вошедший офицер Люфтваффе. На его груди поблескивали Железный крест 1-го класса, Крест за заслуги и военный крест 2-го класса. Виски молодого майора, несмотря на его молодость, отливали серебром и сталью, так же как и его глаза. — Я бомбардировщики никогда не бросал. Кто здесь обер-лейтенант Краусс?

— Я, герр майор.

— Через час мы с вами вылетаем на бомбежку русских позиций под Ростовом.

— Сколько у вас истребителей, герр майор?

— Полный «штаффель», господин обер-лейтенант. И не беспокойтесь — не брошу.

На аэродром Рутченково заходила на посадку эскадрилья — «штаффель» — бомбардировщиков He-111H6 — все девять из тех, кто поднялся час назад с аэродрома. Один из «Густавов» [54] заметно отставал, за ним тянулся шлейф из распыленного топлива из пробитых баков. Внезапно, не долетев до посадочной площадки буквально несколько десятков метров, «Хейнкель-111» вдруг свалился на крыло и пропахал борозду, не долетев метров двести до полосы.

Над строем заходящих на посадку бомбардировщиков в морозном воздухе прошли двенадцать новейших «Мессершмиттов-109Ф» с волчьими головами на фюзеляжах. Один из «Клинков небесных» волочил за собой черный шлейф дыма. Видимо, опять русские «пощипали» хваленых «орлов» Люфтваффе.

И тем не менее майор Герман Вольф сдержал обещание: не бросил «подопечные» «Хейнкели-111» и защитил от атак русских истребителей.

За эту суровую зиму 1941/42 года многое изменилось.

Русские в своем наступательном порыве отбросили ударную группировку Группы армий «Центр» от стен Москвы. Большевики выстояли первый, самый страшный для них год и даже сумели собрать немалые силы, чтобы противостоять самому сильному натиску.

Неудачное контрнаступление русских под Ржевом стало тем не менее для них кровавой школой, и они научились воевать, еще раз поразив немцев своей доблестью, смелостью и упорством, доходящим до фанатизма.

На фронте появились новые образцы русской боевой техники. Страшные штурмовики Ил-2 стали еще страшнее и неуязвимее. Позади бронированной кабины летчика появилось теперь место стрелка, тоже прикрытое бронепанелями. А крупнокалиберный 12,7-миллиметровый пулемет Березина УБТ теперь надежно защищал советский «Крылатый танк» от атак немецких истребителей с задней полусферы. Истребители Яковлева Як-1Б стали еще легче и маневреннее, а их вооружение стало более мощным и эффективным. Английские истребители «Харриер» тоже получили мощный арсенал с помощью русских инженеров и оружейников. Были демонтированы четыре из шести крыльевых пулеметов, а взамен установлено по паре 20-миллиметровых пушек ШВАК и реактивные снаряды под крыльями. Англичане шибко возмущались «нелицензионной модернизаций» и «нарушением авторских прав». Но русским сейчас было не до казуистики с «авторским правом», так что этот вопрос так и остался открытым. Зато теперь «Мессершмитты» стали обходить ранее беззащитные «Харрикейны» десятой дорогой. Как шутили сами русские: «Иван пришил Джону длинные руки с большими кулаками!»

Характеристики русского оружия существенно возросли, и теперь уже немецкие инженеры оказывались в роли догоняющих. А то прямо копировали советскую технику, как это получилось с 82-миллиметровым минометом Шавырина образца 1937 года, который немцы у себя запустили буквально «один в один». Вермахт охотно использовал трофейные советские пушки, танки и стрелковое оружие.

Истребительная эскадрилья, которой командовал Герман Вольф, к счастью, не участвовала ни в зимнем наступлении под Москвой, ни в Ржевской мясорубке зимы 1942 года. Но знак «За зимнюю кампанию 1941 — 42 года на Восточном фронте» гауптман все же получил — за отличие в боевой подготовке. Правда, фронтовики называли этот знак не иначе как «Мороженое мясо», открыто демонстрируя «юмор висельников».

Летчики гауптмана Вольфа в кратчайшие сроки освоили новейшую модификацию «Мессершмитта-109» — Bf-109F4. Основным отличием нового «Мессершмитта-109Ф4» стала улучшенная аэродинамика, 20-миллимеровая пушка MG-151/20 с увеличенной пробивной способностью и устройства форсажа GM-1, которое впрыскивало водно-метаноловую смесь непосредственно в цилиндры двигателя, кратковременно увеличивая его мощность.

Новый истребитель понравился и Герману Вольфу, и его летчикам. Они умудрялись летать, даже когда бензин застывал от лютой стужи, а пальцы прикипали к металлу намертво. Двигатели приходилось подолгу отогревать, иначе они превращались на русском морозе в бесполезные куски металла с заледенелым маслом внутри. Да что там — даже в полете из-за низкой температуры двигатель мог самопроизвольно сбросить обороты и заглохнуть!

Теперь Вермахт и Люфтваффе сражались не только с русскими войсками, но и с русской зимой.

Майор Дитрих фон Зальц тоже осваивал новую модификацию пикирующего бомбардировщика— штурмовика «Юнкерс-87» — Ju-87D5. От предыдущих моделей этот пикирующий бомбардировщик отличался «облагороженными» аэродинамическими обводами, усиленной броневой защитой экипажа и двигателя и новым оборонительным вооружением стрелка-радиста. Вместо пулемета MG-15 на турели был установлен скорострельный спаренный пулемет MG-181Z «Цвиллинг» с двумя стволами. Боевой потенциал увеличился за счет установки в крыле 20-миллиметровой пушки.

Итогом успешной боевой подготовки немецкой истребительной эскадрильи стало присвоение Герману Вольфу звания майора. Теперь он командовал не одной истребительной эскадрильей, а целой «Gruppen», укомплектованной двумя «штаффелями» полного состава, по двенадцать самолетов каждый, да плюс еще штабной «шварм».

Союзники-итальянцы, которые тоже базировались в Сталино, получили на вооружение небольшое количество новых истребителей MC-202 «Фольгоре» с немецким лицензионным двигателем водяного охлаждения «Даймлер-Бенц» DB-601A и более мощным вооружением.

Также на фронт стали поступать новые модификации немецких танков, самоходных артиллерийских установок, фронтовых бомбардировщиков, пушек. Гитлер объявил 1942-й годом «полного разгрома большевизма». После относительного зимнего затишья с началом весны огромный и беспощадный механизм Вермахта снова задвигался, скрежеща стальными траками танковых гусениц, завывая на сотню ладов двигателями, и двинулся на восток.

После неудачной для русских попытки отбить Харьков в мае 1942 года Красная Армия снова покатилась на восток через Ростов и дальше, на Кубань — к Дону и Волге. К нефтяным месторождениям Баку и Грозного.

И снова:

Эскадрилья майора Германа Вольфа прикрывала наступление Шестой армии генерала Паулюса. Русские вели ожесточенные арьергардные бои, но все равно откатывались на восток. Русской авиации в небе практически не было, и «Мессершмитты-109Ф4» летали чаще на штурмовку, подвесив под крылья по паре пятидесятикилограммовых бомб. Они, словно демоны Апокалипсиса, ревя моторами, носились вместе с пикирующими бомбардировщиками «Юнкерс-87» над толпами беженцев, отступающими частями Красной Армии, уничтожая все живое на своем пути огнем пушек и пулеметов.

Лично Вольф на такие вылеты шел с плохо скрываемым отвращением: офицер Люфтваффе, имеющий на своем счету уже около сотни побед, считал такую работу уделом мясников. Но он солдат — и должен исполнять приказ.

Бои развернулись теперь на Кубани, где русские попытались создать хоть какие-нибудь оборонительные рубежи. Они жертвовали частью своих войск, чтобы остальные смогли переправиться через Кубань и Дон.

Майор Герман Вольф прошел над русскими оборонительными позициями на холмах. Солдаты внизу продолжали окапываться, долбя саперными лопатками иссушенный каменистый суглинок. Солнце палило нещадно, и его слепящие лучи надежно маскировали немецкий истребитель. Герман Вольф отдал ручку управления от себя и нажал на гашетку. «Мессершмитт-109Ф4» прошел на бреющем полете, взвихрив пулеметно-пушечной очередью фонтаны иссушенной земли. Ему вслед раздалась нестройная ружейная пальба.