Чтение онлайн

— Я исчезаю…

— Что? — он попытался схватить меня, но его руки прошли сквозь мои. — Ты должна бороться!

Я все еще не могла встретиться с ним взглядом.

— А что, если я не хочу?

— Не говори так! — его голос сорвался, и я прикусила губу, борясь с нахлынувшими на меня эмоциями. Я не хотела причинять ему боль, но, в конце концов, это было бы гораздо менее болезненно. — Не сдавайся, Калеа. Ты нужна мне, я не могу без тебя.

Его слова обожгли меня, как яростный огонь, и я вздрогнула. Может быть, если я скажу ему правду, он отпустит меня.

— Райкер. — я наконец посмотрела ему в глаза. — Убийство твоего народа — не единственное, что Лилит заставила сделать моего демона.

Он замер.

Я протянула руку, показывая две новые раны, пробивающие шрам на моей ладони.

— Она отдала меня своему сыну Каину… видимо, он жил в качестве домашней змеи императрицы неизвестно сколько времени.

На лице Райкера пронеслось море различных эмоций, а затем оно превратилось в ярость. Он выругался на своем родном языке и, сжав кулак, ударил им по стене, сдавленный крик вырвался из его стиснутых зубов.

— Я убью этого больного ублюдка.

Желчь обожгла мое горло. Меньше всего мне хотелось, чтобы он причинял себе боль.

— Райкер, мне жаль…

— Не смей извиняться, — умолял он, снова повернувшись ко мне. По его лицу текли слезы, его боль терзала меня, как когти. — Это не твоя вина, Калеа. — он попытался дотянуться до меня, но его руки снова прошли сквозь мою полупрозрачную форму.

Я сглотнула и посмотрела на свои слабеющие руки.

— Я была слишком слаба, чтобы сражаться с демоном…

— Именно поэтому ты здесь, не так ли? — прошептал он, понимая.

— Она отправила меня сюда умирать…

— Ты должна дать отпор.

Я покачала головой.

— Я пробовала.

— А как же огонь?

— За пределами тьмы демон заблокировала мне возможность использовать его, а здесь у меня нет доступа к нему…

— Но есть у меня.

Я выпрямилась, нахмурившись. Райкер придвинулся ближе, пока его колени не коснулись моих, на его лице появилось решительное выражение.

— Я могу использовать свой огонь, чтобы отправить тебя обратно.

— Почему? — прошептала я. — Почему это имеет значение? Почему ты не ненавидишь меня? — так же сильно, как я ненавижу себя.

— Калеа. — он пристально посмотрел мне в глаза. — Я никогда не смогу тебя ненавидеть. Я люблю тебя.

— Нет. — я отпрянула от него. — Пожалуйста, не говори мне этого сейчас, не после…

— Это правда, — поспешно сказал Райкер. — И мне не стоило ждать так долго, чтобы рассказать тебе. Пожалуйста, подожди еще немного…

— Я не могу вернуться, — захныкала я. — Только не туда.

Он сглотнул, мышцы на его челюсти напряглись.

— И я не хочу этого, но не хочу, чтобы ты умерла. Обещаю, Калеа, если ты вернешься, я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти тебя…

— Нет!

Он вздрогнул.

— Ты не можешь прийти. Они убьют тебя.

— Я лучше умру, сражаясь за тебя, чем буду жить, зная, что ничего не сделал для твоей защиты.

— Райкер. Даже если я вернусь, тебе уже нечего будет спасать. — я закрыла глаза, и меня охватило странное ощущение, будто я плыву по облачной реке.

— Калеа! — его испуганный голос звучал отдаленно. — Пожалуйста, не оставляй меня!

Я в последний раз открыла глаза и увидела испуганное лицо Райкера, стоящего на коленях напротив меня. Сердце заколотилось в груди. Я причиняла ему боль.

— Пожалуйста, сражайся, — прошептал он, протягивая руку. — Сражайтесь за нас. За свой народ. За себя. Ты важна, Калеа, твоя жизнь имеет значение… ты имеешь значение.

Из моей груди вырвалось рыдание. Вопреки всякой логике, он каким-то образом все еще любил и заботился обо мне. Если я останусь, то смогу попытаться помочь ему и остаткам его народа… но, если уйду, если сдамся… у остальных Чужеземцев не будет шансов. У Райкера не будет времени полюбить кого-то другого, чтобы разрушить печати. Они проиграют. Императрица выиграет… именно поэтому она и подтолкнула меня к этому. Неужели я и впрямь была готова проиграть?

В голове промелькнули воспоминания — воспоминания о том, как мы смеялись с сестрой до слез. Об облегчении и радости, которые я наблюдала, когда избавила ее от тьмы, и о вновь вспыхнувшем волнении перед перспективой стать матерью. Воспоминания о Райкере, о том, как ненависть, которую он когда-то испытывал ко мне, сменилась чем-то совершенно иным. Я сблизилась с ним и узнала звук его хрипловатого голоса, ощущение его нежных прикосновений и жар его обжигающего поцелуя… узнала, что значит любить и быть любимой.

Я тяжело сглотнула, и мое тело задрожало от избытка эмоций. Даже несмотря на все, что у меня отняли, мне еще было ради чего жить.

Я подняла руку и положила ее на руку Райкера. Как только я коснулась его, моя почти невидимая форма обрела очертания. Его пальцы сжались вокруг моих, и он притянул меня к себе в крепкие объятия.

— Спасибо.

Я кивнула и уткнулась лицом в его шею.

— Я не могу обещать, что выиграю, но я постараюсь.

Райкер отстранился, вытирая большим пальцем слезы с моего лица.

— Мы победим вместе. Я люблю тебя, Калеа. — он прижался своими губами к моим, и наш мир вспыхнул золотым пламенем.

Я проснулась от криков и резко открыла глаза. Мы все еще были в ванне, но Каин корчился передо мной, рыча и царапая свою тлеющую кожу, разбрызгивая воду повсюду. Я едва могла расслышать его крики из-за тех, что раздавались у меня в голове. Моя демоница пронзительно кричала, корчась внутри, пока пламя, все еще охватывающее мое тело, пожирало ее.

Изображение моего горящего тела сотни раз отражалось от зеркальных стен. Золотое пламя пожирало рога, торчащие из моей головы, а белые крылья чернели, превращаясь в пепел. Я не чувствовала боли, но вопли демона лишь усиливались, пока не оборвались совсем, а пламя не угасло. С поверхности зеркала на меня смотрели голубые глаза.

Райкер сделал это; он спас меня. Я заметила, как Каин выполз из ванны, продолжая ругаться и закрывая руками изуродованное лицо. Его тело превратилось в белую змею, и она уползла прочь.