Чтение онлайн

горные эльфы-дроу!). Поэтому обсидиан приняли под защиту государства, и поэтому

Анари уже из-за последней аферы оказалась вне закона. Не дай бог менты выведают

ее место жительства! Тогда все, абзац. Но она уходит в столицу! Тогда можно на

некоторое время вздохнуть свободно, а обсидиан сбагрить на черном рынке.

Анари ловко ступала по неровным уступам и валунам, которых на склонах гор пруд

пруди, а в ущелье Тарти не так много. Когда-то очень давно на месте этого ущелья

сошел ледник, образовав удобное для поселения людей место. Тогда-то и облюбовал

это ущелье для построения замка предок клана Гриндар, а чуть позже - и праотцы

нынешних жителей деревни Тарти.

Мягкая, но упругая подошва сапог, сшитых из кожи косули, очень удобная для

путешествий по твердой поверхности гор, легко приземлилась с очередного уступа

на плодородную землю ущелья, и Анари потопала вперед, домой. Только одна мысль

занимала сейчас эту рыжую макушку: на кого же оставить дом? Алтир все равно не

сможет часто там бывать, а другим она не доверяла. Хоть и брать там особо нечего,

но ей был дорог этот домик, и доверять его абы кому не хотелось.

На площадке около родника девчонки играли в мяч. Анари хотела прошмыгнуть мимо,

но ее заметили и затащили в круг. "Возможно, играю с ними в последний раз", - с

некоторой печалью подумала Анари, отбив очередную подачу.

Она спохватилась о времени, когда солнце уже коснулось вершин. И тут ей пришла

идея.

– Налли, разговор есть!
– шепнула она стоящей рядом девочке, и они отошли в

сторону.

Налли была чуть ли не единственной подругой, которая знала о занятиях Анари и не

выдавала ее, и которой Анари могла безоговорочно доверять.

– Слушай, Налли, - начала Анари, - я ухожу отсюда.

Налли выглядела безмерно удивленной.

– Как уходишь? Куда?
– спросила она.

– В столицу, - ответила Ани.
– На тэнра учиться буду.

– На тэнра?
– подняла брови Налли.
– Обалдеть...

– Еще как, - согласилась Анари.
– Я когда от Алтира это услышала, то подумала,

что он прикалывается, но в этот раз я ему почему-то поверила. Значит, не соврал.

– Вот хренотень подберезовая, - вырвалось у Налли. Анари удивилась, ибо нечасто

такое услышишь от ее благочестивой подруги. Это она, Анари, по любому поводу в

нецензурные слова бросается, ей не привыкать. А у Налли на этот счет высокие

принципы.
– И как же ты оставишь дом?

– Тебе, - сразу ответила Анари.
– вот об этом я и хотела тебе сказать,

собственно.

– Мне?
– глаза у Налли округлились.

– Не вздумай отпираться!
– нахмурилась Анари.
– Тетка твоя сводная тебя ведь

давно сбагрить замуж хочет, чтобы место в доме не занимала, да? И у нее своих

детей девять штук, да?

Налли молча кивнула.

– Вот и все, - закончила Анари тоном, не терпящим возражений.

– Но, Ани, - с сомнением протянула Налли, - тебе надо было подумать о моей тетке.

Она же меня съест из-за твоего дома, ты же ее знаешь! Захочет прибрать к рукам...

– Я Алтира попрошу, чтобы проследил, - заверила ее Анари.
– уж под его надзором

они и пикнуть не посмеют. Он же из уважаемой семьи, джаирром скоро будет, и

перечить ему не посмеют.

– Дай-то бог, - вздохнула Налли и опустила голову, - чтобы и тетка моя уважила

хел-Алтира...
– закончила она шепотом, и Анари не услышала.

– А если совсем задолбают - шли письмо, я приеду и рожи наглые начищу, еще и

Алтира попрошу помочь. Он не откажется. Ничего не хочу слушать!
– отрезала Анари,

видя, что Налли опять хочет отпираться.
– Теперь с завтрашнего дня дом этот -

твой!

– Проблемы будут у меня, - со свойственным ей пессимизмом завела Налли.

– Ни фига!
– ухмыльнулась Ани.
– А будут - пиши все равно! Приеду - разберемся.

Ты же меня знаешь! Значит, договорились?

Налли, зная упрямство подруги, обреченно кивнула.

– Ну, вот и замечательно. Ну, все, я потопала до хаты, собираться надо. Пока!

– Пока.

Когда солнце оставило лишь тоненькую фиолетовую полоску на западе, уже не видную

из-за гор, а луна вступила в свои права, посеребрив своим светом вечные снега

далеких вершин, Анари была в полной боевой готовности. "Тьфу, блин горелый, я че,

растолстела? Эх, жрать надо было меньше", - думала она, влезая в штаны, сшитые

из шкуры горного козла мехом внутрь. Также натянула вышитую льняную рубаху и

куртку на шнуровке. В довершение сунула за голенище сапога тонкий, но очень

острый отцовский стилет. С ним она чувствовала себя увереннее. Мало ли!

В дверь постучались. Анари откуда-то узнала, что это Алтир.

– Заходи, - сказала она.

– Я тебе кой-чего притащил, - объявил он и бросил на лавку какой-то сверток.

Анари с улыбкой покосилась на Гриндара. "Расколдовали все-таки", - усмехнулась

она, снова видя перед собой не розового поросенка, а прежнего высокого и

плечистого друга детства.

– А че это?
– спросила она.

– Разверни и посмотри, - ответил Алтир.
– в столице все такие носят.

В свертке оказалось платье с семислойной юбкой, сшитое из тончайшего белого льна,

лишь верхняя юбка выдержана в темно-зеленом цвете. Анари поразилась тонкости

вышивки: крошечные крестообразные стежки составляли хитроумный узор из

переплетенных между собой ромбов. На манжетах и вокруг небольшого выреза тоже

красовался искусный геометрический рисунок.

– Ого, - выдохнула Анари, когда расстелила это чудо на лавке.
– Ты откуда это

взял?

– Иррали постаралась - порылась в своих шмотках и отдала вот это, - пожал