Чтение онлайн

– Так что же Вы хотите сделать с этим мальчишкой? – Ничуть не стесняясь присутствия Томми, спросил Рой. – Интересно послушать, каковы Ваши намерения.

Томми слушал, переводя взгляд то на Роя, то на Лауру. Он быстро смекнул, что речь идет о его будущем и насторожился. Он давно вышел из-под опеки своих родителей, и всякое посягательство на его свободу вызывало у него жестокое сопротивление. Плохо-бедно, но Томми сам кормился своим трудом, сам пролез в их вполне обеспеченное и такое снобистское общество и был вполне доволен собой. Он считал, что весьма достойно устроился в шоу-бизнесе и своей карьерой никому не обязан. Да, он был скандалистом и не очень грамотным и разборчивым парнем, но не всем же быть аристократическими dandy. У него была своя публика и свои поклонники. Правда, репертуар его оставлял желать лучшего и знаменитости не желали с ним знаться, но ведь и Томми не претендовал на звание суперзвезды, а потому не считал себя неудачником и вполне довольствовался тем, что есть.

– Я собираюсь сделать его знаменитостью, – безапелляционно заявила Лаура. – Я уже разговаривала о нем с профессором консерватории, он прослушает его. После этого решим, что он будет делать. Если позволит голос, он займется музыкой серьезно, если нет, пойдет на эстраду. Но в любом случае он получит хорошее музыкальное образование и манеры, чтобы не быть среди вас белой вороной. – Лаура посмотрела на ошарашенного Томми и удовлетворенно продолжала. – Я не хочу скрывать, я делаю это не только из благотворительности, здесь и мой интерес. Но какой, позвольте мне не говорить.

Томми сидел, вдавленный в кресло. Он чувствовал, как липкий пот течет по его спине и в горле противно пересохло. Все это обрушилось на него так внезапно, что он никак не мог поверить, что эта богатая женщина собирается вложить в него деньги, вывести его на самый верх и имеет в нем какой-то личный интерес.

– Тебе придется хорошо поработать, – Лаура подошла к Томми и взяла его за подбородок, – ты будешь работать, как раб, если хочешь серьезно чего-то добиться. Ты бросишь всех своих девиц и дружков, ты станешь обучаться всем премудростям высшего общества, чтобы чувствовать себя здесь, как рыба в воде. Ты станешь одним из них.

Она налила себе и Томми вина и чокнулась с ним бокалами.

– Вперед, Томми! Не всякому выпадает такой шанс, и поверь, не следует его упускать. Я много повидала в этом мире и хорошего, и плохого. Меня предавали, плевали мне в душу, клеветали, задуривали – и все это требовало умения защищаться, не падать на колени, сопротивляться, терпеть и побеждать. Для этого нужно крепко стоять на ногах. Я хочу научить тебя этому, парень.

Лицо ее стало жестким. Воспоминания, которые всплыли в ее голове, отразились на ее лице, и Рой с любопытством изучал его.

– Лаура, – медленно сказал он, вглядываясь в ее лицо, – Вам некуда девать деньги или Вы замаливаете свои грехи? Зачем Вам это? – Он кивнул в сторону Томми. – Кто он Вам?

Лаура сделала вид, что не услышала вопроса. Рой сделал свое дело, остальное его не касается. Она не любила, когда ее поучают и вмешиваются в ее дела. Здесь всех так интересовало, кто она такая и откуда у нее деньги, что порой ей доставляло удовольствие побесить всю эту снобистскую компанию какой-нибудь экстравагантной выходкой.

– Рой, Вы обещали рассказать мне что-то интересное, – переменила она тему. – Вы обещали мне сюрприз, которым Вас угостила Сара. Пора выполнять обещание. Так что же там случилось? Я просто сгораю от любопытства.

– Сара пригласила одну мадам, тоже богатую и со следами былой красоты на лице. Она держалась там хозяйкой. Даже Сара подпала под ее влияние и совершенно скрылась в ее тени. Наши гусыни разглядывали эту мадам, вытянув шеи. Я представляю, как бы вы сцепились с ней, ведь Вы не привыкли уступать своих позиций. Было бы забавно посмотреть на все это.

– Ну, и кто же она? – Спросила Лаура. – Пожалуйста, поподробнее, я должна быть во всеоружии перед схваткой. – Она насмешливо посмотрела на Роя. – Если Вы думаете, что я разведу там склоку, вы ошибаетесь.

– Что Вы, – ехидно заметил Рой, – склока это удел кухарок, а Вы совсем другое дело. Итак, Вы хотите знать, кто она такая? Она жена одного преуспевающего бизнесмена Джо Димана. Вам ничего не говорит это имя? Его бизнес связан с оружием, там всегда много политики. Но ведь Вы знаете мои принципы, я не лезу в политику. В жизни есть гораздо больше интересного, чем политика. Ее имя Нэнси Диман. Она недвусмысленно дала понять, что у нее большие связи во всех сферах деятельности. Кстати, мадам так же проявляет большой интерес к искусству, как и Вы, Лаура. Мне кажется, она имеет там своих людей и кое-кому подбрасывает деньжат, когда считает это необходимым. По крайне мере, она неплохо осведомлена о состоянии дел в шоу-бизнесе. Смотрите, чтобы Ваши интересы не столкнулись, она не терпит конкурентов и, кажется, не столь разборчива в средствах достижения своей цели, как Вы.

– Да, этой тетке палец в рот не клади, – подал голос Томми. – Хотя я и не вхож в салон этой толстухи Сары, но Стив Клон уже рассказал мне кое-что. Она везде будет лезть вперед, расчищая себе дорогу набитым кошельком муженька. Впрочем, это неудивительно у нас. Стив говорил, что тетка явно с большими амбициями и самомнением. Такие не терпят возле себя никаких конкуренток. Она явно забыла, сколько ей лет и молодится, как старая дева, желающая выйти замуж хоть за кого. – Он ехидно захихикал. – Знаете, это смотрится смешно. Старая дура пыжится выглядеть молоденькой, а на самом деле всего только прожженная кокотка.

Рой изумлено посмотрел на Томми. Оказывается, этот юнец успел пообщаться со Стивом Клоном и разобрать Нэнси по косточкам. Просто невероятно, когда он успевает везде побывать. И ведь он прав, с ним трудно не согласиться. Мальчишка был явно не так глуп, как он предполагал.

3

Проводив окрыленного под хмельком Томми домой, Рой, наконец, решил поговорить с Лаурой серьезно. Он подспудно чувствовал, что она напряжена и что ей не так легко, как она привыкла представлять свои дела. Он вспомнил лицо Нэнси при упоминании Лауры ее подругой Сарой. Та явно легкомысленно пообещала Нэнси скорое знакомство с ней. Лаура не любит сближаться с такого рода женщинами, и, видимо, тому есть причины. Да и сама атмосфера, которой окружила себя Нэнси, не располагала к близкому знакомству. Нэнси была избалована и не терпела вторых ролей. Ее муж, принятый с распростертыми объятиями многими сильными мира сего, автоматически отворял ей двери самых престижных кругов и домов. Она постоянно подчеркивала свое особое положение. Она считала себя не просто дорогой, а шикарной женщиной и с презрением смотрела на молоденьких конкуренток, цинично называя их потаскушками. Это была не просто ревность к цветущей юности, а жестокая зависть увядающей женщины, теряющей свою силу, к новой будущей жизни, которую она уже не в силах догнать и даже пойти с нею вровень. Ни деньги, ни положение не в состоянии отдалить наступающую старость и продлить молодость. И эта злоба разъедала ее постоянно, отравляя ее существование. Ее мнимое благополучие с мужем было лживо и обманчиво. На самом деле они давно существовали друг с другом вместе только официально, храня внешнее благополучие, дабы не разрушать своего сложившегося имиджа и привычного положения. Каждый из них жил своей жизнью. Мимолетные увлечения, любовники – все, что можно купить за деньги, быстро наскучило, и в душе опять осталась пустота.

Муж давно смотрел на нее посторонним взглядом, и все ее попытки наладить с ним контакт наталкивались на его холодное презрение. Нэнси понимала, что виновата во всем сама, но, несмотря на это, как всегда искала причину своих бед в других, обвиняя во всем кого угодно, но не себя.

Молодежь иногда терлась возле нее, надеясь урвать что-нибудь от ее благополучия и расточая ей лживые комплименты, но она, утратив чувство времени, принимала это за чистую монету и все еще продолжала верить в неколебимость своих чар. Нэнси даже не представляла, как это порой смотрелось одновременно жалко и смешно до жестокости.

Муж, занимаясь своими делами, почти совсем не обращал на нее внимания. Добывание денег отнимало у него слишком много времени. А Нэнси любила хорошо и вольготно жить, не стесняясь в средствах. Ей было скучно. Домашняя работа не привлекала ее внимания, а дочь росла упрямой и своенравной. Слишком большая любовь к себе отталкивала Нэнси от нее все больше и больше. И чем старше становилась дочь, тем заметнее в ее отношениях с матерью становилась брешь, пока, наконец, не превратилась в зияющую бездну полного непонимания и отчуждения.