Чтение онлайн

– Получается что?.. – проговорил Задира. – Что всей этой заварухой они специально выводили «Каски» под выстрелы снайперов?

– А вот это мы и будем выяснять, Клим... Теперь так!.. В окрестности Пьеча мы должны попасть к вечеру – это приказ Паука. Идти по дорогам, которые патрулируют ооновцы, нельзя – нас в таком виде и на такой технике «могут не понять»...

– Это точно!

– Задача! Идти будем не по трассам, а по сельским дорогам. С максимальной осторожностью! Теперь внимание! – Он указал несколько мест на карте. – На нашем пути есть несколько точек, где стоят различные по количеству людей и техники гарнизоны. Первый – Новы Пазар. О нем нам вчера рассказал Горе... Гарнизон серьезный, так что его надо обходить на дальних подступах... Дальше... Если идти на юг по трассе, то в поселке Ребарице мы можем столкнуться с гарнизоном в две роты.

– Ребарице, ком – это большой перекресток, – подал голос Горе. – На юго-запад на Рожайе, на восток – на Зубин Поток и дальше на Косовску Митровицу. Там стоит батальон немцев.

– Тем более!.. Поэтому мы попробуем пройти не по трассе, а по сельской дороге на Тутин... Что у нас в Тутине, прапорщик?

– Братья славяне – две роты болгар.

– Вот! Это уже лучше... Значит, так! Наша задача – пройти максимально тихо по маршруту Тутин – Рожайе – Пьеч. На все – двенадцать часов! В Пьече оставляем «бобики» и до деревушки Белайе, где сегодня атаковали ооновцев, делаем интенсивный марш-бросок. Дальше по обстановке... Вопросы?

– Чиф, – Джагглер очень внимательно смотрел на карту, – от Тутина мы все время будем подниматься вверх в горы. Там очень тяжелая дорога. Сложный и всегда скользкий серпантин. Этот хребет так и называется Мокра Гора... А в такой снегопад там можно ехать не быстрее двух-трех кэмэ в час!.. Если вообще можно ехать... Можем не успеть...

– Надо успеть!

Он сложил карту и взглянул в лицо каждого из своих бойцов:

– «Кукушки» наглеют с каждым днем! Гибнут люди, мужики... А по такому снегу мы сможем пройти по их следам, как по Бродвею! Но если следы занесет снегом, а если так будет сыпать, то до утра так и случится, то тогда...

– Ясно, чего уж там!..

– Задача первая! Надо спуститься к мосту. Вон он, внизу. – Андрей показал рукой. – И переправиться через Рашку еще затемно. До первого патрульного бэтээра...

– А может, сразу застрелиться, чтоб не мучиться, а? А так сразу, одним махом – чик, и ты уже на небесах... – проворчал Задира. – Хотя... Такого засранца, как я, туда не возьмут...

...В каком-то смысле Клим выразил вслух мысли всей группы. Они стояли на дороге и смотрели вниз на речку Рашка, до которой было метров двести. Двести метров крутой, обледенелой дороги. Хотя, если честно, то дорогой это обледенелое месиво сейчас назвать было нельзя, какая бы у тебя ни была буйная фантазия.

Сыпавший с неба мокрый липкий снег, каждая его снежинка, соприкасаясь с землей, разбивалась в мелкие водяные брызги, которые тут же превращались в тонкую корку льда на камнях... Здесь не то чтобы на машине, здесь и пешком-то спускаться было опасно...

– Да тут голову свернуть запросто можно! – выразил общее мнение Клим. – Гляди! Спуск не к самому мосту, а немного правее. Дорога перед самым обрывом поворачивает и там еще метров пятьдесят до моста... На этом повороте, если на льду сорвешься, как раз как с трамплина в Рашку и улетишь... А другого места, чтобы переправиться, нет?

Богуслав был максимально лаконичен:

– Нет! Только в Новы Пазар.

– Хреново!

Андрей посмотрел на часы, было около 7.00. Первые патрульные БТРы, по словам Горе, отправлялись из Рашки в трех направлениях ровно в 7.30.

«Сюда он доберется минут за сорок пять или немногим больше. Если исходить из худшего, то времени уже не остается – час на все про все!..»

– Мужики! Времени нет! Патруль появится через час! Надо что-то решать!

– А что ты тут решишь? – пробурчал Водяной. – До поворота метров двести, а лебедки для наших «бобов» больше чем по сто пятьдесят даже не делали никогда! При его весе в две тонны он за этот оставшийся «полтинник» по льду так разгонится, что с «трамплина» до того берега долетит. Ну, до середины Рашки как пить дать!

Павел был прав. И это понимали все. Не та погода, не то время года... Но было и еще кое-что! Упрямство Филина... Не тот он был человек, чтобы из-за своей недогадливости или ненаходчивости поставить под удар всю операцию – не то воспитание...

Он ходил туда-сюда в опасной близости к началу спуска и смотрел во все глаза, пытаясь найти способ спуститься...

«Нет! Наверное, Пашка прав... Не получится ни хрена... Может, лучше будет докатиться до города, отмахнуть документами Вадима, да и знают его там наверняка, да и поехать себе дальше без проблем?.. А то тут одно неверное движение, и конец – если на самом льду об камни не разобьешься вдрызг, то после такого ускоренного спуска да десятиметрового полета из-подо льда точно не выплывешь!.. Нельзя так рисковать людьми... – И тут он случайно взглянул на Тень, который по своей старой привычке еще с Кавказа был в полном альпинистском снаряжении. – Стоп!!! Есть!!!»

– Будем спускаться, пацаны!

– Я не знал, Андрюха, что ты «морж». И давно ты увлекаешься зимним купанием? – спросил Горе.

– Весенним...

Андрей уже рассчитывал в уме время, которое могло уйти на то, что он задумал, и не реагировал на посторонние шутки – «боевая машина Филин» начала работу...

– Что весенним? – не понял прапорщик.

– Купанием... Группа, слушай меня!.. – Он уже полностью представил себе то, что задумал, и был готов это сделать. – Вяжем концы репшнуров! Быстро!

Его идеи пока не понял никто, а потому последовал законный вопрос:

– Как вяжем?

– Плоским морским узлом! Под большое натяжение! Быстро!..

Руки бойцов, привыкших доверять своему командиру, замелькали вперемешку с прочными альпинистскими веревками. Три минуты, и все было готово. Восемь тридцатиметровых репшнуров, каждый из которых выдерживал вес до трех тонн, превратились в одну длинную веревку.

– Гранд! – Андрей указал на свободный конец, валявшийся у его ног. – Бери конец и бегом вокруг дерева!

Теперь уже что-то начинало проясняться. Прямо напротив спуска, как и вдоль всего шоссе, росли не особенно толстые, но довольно крепкие акации. Вокруг одной из них оббежал Гранд и вернулся к Чифу.

– Сделаем так! – теперь он не спрашивал, а приказывал. – Конец вяжем к лебедочному крюку...

Он взглянул на Водяного, по глазам которого было видно, что он уже понял задумку командира:

– Паша! Подгоняй «бобика» к спуску задницей!

Мощный «дедушка советского машиностроения» бодро гыркнул двигателем и встал на позицию.

– Теперь так! – Андрей взялся за репшнур. – Водяной будет сдавать задом до того момента, пока его не потянет вниз. У нас есть двести сорок метров репшнура, две тонны плюс Водяной на одном конце и восемь крепких мужиков – на другом! Справимся!

– А второго «бобика»?

– Паша отгонит машину к мосту, и мы его поднимем обратно.

– Это ясно...

– Потом снаряжение. Люди спустятся по одному, хотя можно и по двое – быстрее будет...

– Как последний спускаться будет? – задал вопрос Тень.