Чтение онлайн

Инстинктивно Клео сосредоточился на источнике звука, что был впереди.

Быстро приспособившись к тусклому освещению пахнущего пылью, древесиной и землёй помещения, Вергин увидел и, главное, вспомнил этого человека. Тот самый слабак, что каким-то образом убил его людей и приложил лицом об землю самого аристократа. И именно он пробудил Клео — от перчатки, что теперь надета на «Баронете», исходили тускнеющие зелёные искры.

Рядом с ним стояло ещё пятеро человек, чьи герба на наплечниках было сложно не узнать, ведь геральдику парень знал очень хорошо. Да и нужно же знать чьи земли ты пересекаешь!

Даже если такого слабака… как считал до этого Клео.

— Рэдгир… — прохрипел от увечий мастер. Его тело, несмотря на усиленную регенерацию, не могло за столь короткое время полностью восстановиться.

— Всё же немного мозгов у тебя осталось! — ободряюще похлопал в ладоши улыбающийся от уха до уха брюнет. И было в его улыбке что-то хищное. Словно кот играется с загнанной в угол мышью. — Где же ты интересно просрал остальную часть, раз решился так нагло вести себя на моих землях?

Юный волк заскрипел зубами и до хруста сжал свои пальцы в кулаки. Хоть его так и штормило от ярости и желания разорвать символические путы и вцепиться в глотку этого паршивца… он понимал, что это чревато. Высокий шатен, что всё это время давил на него своей силой ветра и взглядом бешенного пса, чётко говорил не рыпаться, если тот хочет жить.

— Как… как представителя аристократии Корделии, меня при пленении должны поместить в более благоприятные условия, чем какой-то… — и Вергин вновь осмотрелся, чтобы лучше понять где он.

Мелкие щели в досках, через которые проникает свет солнца, запах земли и дерева, еле различимый шум снаружи, приходящие в себя связанные безногие подчинённые… что?

Присмотревшись, парень увидел весь оставшийся состав его сопровождения: 10 безногих солдат и ещё двое, что остались тогда с Коруэллом в момент сопровождения.

…И если «Маркиза» здесь нет, то…

— Ох, дорогой мой щеночек, — лилейным тоном проворковал Агарес, увидев растерянность на лице паренька. — Если бы ты лучше знал законы нашей страны, то понимал бы что такие правила действуют лишь во время войны между родами. В таком случае да, ты бы считался военнопленным. Но сейчас, нарушив закон о «Защите наследников», что чётко говорит всем родам не влезать на мои земли, ты считаешься лишь вторженцем. Бешеной псиной, которой закон не писан, — голос брюнета начал меняться наполняясь… предвкушением. — И за свою наглость упомянуть подобные права… за то, что посчитал что можешь выкрутиться после всех тобой совершённых деяний… полагается наказание.

После щелчка пальцами фигуры за спиной лорда зашевелились, начиная вышагивать по, видимо, сараю, приближаясь к раздетой до трусов солдатне. Четверо гвардейцев схватили одного из мычащих через кляп мужчин, потащив его к своему хозяину.

Пятый, тот самый юнион, встал за спиной Вергина, заставляя того изрядно понервничать. Но стоило ему один раз повернуться, как поток ветра тут же ударил по щеке аристократа, давая жирный намёк не вертеть своей тыквой.

Хотя представшее впереди зрелище нисколько не радовало парня. Его солдата и товарища, с одним из которых он сражался бок о бок с искажениями, крепко держали все четыре краснолатных воина. А мелкий ублюдок с яркой улыбкой приложил к его голове левую руку.

По которой начали проходить зелёные искры.

— Стой! — тут же попытался его остановить Клео, за секунду предвидя что собирается совершить Рэдгир.

Ядовитая мана тут же прошивает всё естество солдата, заставляя его сдавленно замычать из-за тряпки во рту. От неистовой боли тот начинает интенсивно дёргаться, пытаясь вырваться из рук гвардейцев. Но те надёжно фиксируют ослабленного «Барона», позволяя своему господину продолжить… казнь.

И эффект на нём отличается от того, что был у Анны. Если у неё лишь судорожно сокращались все мышцы тела, то здесь исход был куда страшнее, ведь Агарес знал как можно намного "искуснее" использовать это зачарование.

Пальцы рук с хрустом выворачивались, лишаясь попеременно ногтей. Глаза распухли и чуть ли не вылазили из орбит, начиная перекрашиваться в красный от лопающихся капилляров. Кожа постепенно отслаивалась, обнажая истекающие кровью тугие мышцы. Те в свою очередь изворачивались, словно хотели покинуть это бренное тело. Если бы не обилие крови, то можно было бы легко заметить участки, где они всё же разрывались.

До этого безумный крик превратился в предсмертный хрип — связки вместе с остальными внутренностями начали сжиматься в комки, вызывая внутри настоящий кровавый потоп. Солдата уже давно бы вырвало своими же кишками… если бы не кляп, что сдерживал эту мерзость. Хотя нос, как и остальные отверстия, не переставали изливаться кровавым фонтаном.

И все эти мучения длились целую минуту, что для мученика казались чуть ли не вечностью. И закончились лишь после того, как мужчина издал свой последний вздох.

Но даже так, из-за сокращений мышц, труп ещё некоторое время продолжал поддёргиваться, словно обезглавленная курица.

Все четверо гвардейцев не вынесли подобного зрелища — отойдя к деревянным стенам, они извергали из себя весь сегодняшний перекус от Регалы.

Оставшиеся же сдержали рвотные позывы по разным причинам. Одни из-за их богатого наёмнического опыта, другие от ещё более тёмных воспоминаний…

А третьи от того, что они наслаждались кровавым зрелищем и ужасными мучениями своих врагов.

Измазанный в крови, Агарес радостно улыбался, по привычке проводя по своим волосам и окропляя их ещё свежей кровью. Его взгляд был полон веселья и предвкушения.

И это играло на последнем типе сдержавшихся от рвоты людей.

Животная, еле подконтрольная ярость обуяла Клео, что прожигал дырку в теле ненавистного «Баронета». Ещё на первых секундах он пытался отвернуться от ужасного зрелища, но сильные руки юниона насильно повернули его голову обратно, раскрывая ему зажмуренные глаза.

— Не малодушничай, пёсик! — с хохотом проговорил Агарес, заставляя аристократа одним своим взглядом побелеть от злости. — Смотри внимательно на последствия своих решений!

— Грёбанный псих! — с праведным гневом в глазах прорычал Вергин. Он хотел вырваться наружу, но усилившееся давление от юниона быстро отрезвляло от необдуманных действий. — Как ты посмел так вести себя с воинами моего рода?!

— А что такого? Они не аристократы, чтобы я задумывался об их жизни. Всего лишь грязь под моими ногами, — язвительная речь словно гвозди пронзали наследника Вергинов, а ощущения уязвимости от прищура хищных красных глаз пробирали до кончиков пальцев. — Не твои ли это слова? Не ты ли так громко скандировал об этом, когда бил простолюдинок? Как ты смеешь порочить своё имя аристократа, меняя мнение как портовая шлюха своих клиентов?

Заскрипев зубами… Вергин молчал. Ему нечего было ответить на задевшие его гордость слова. Всеми своими фибрами души он хотел с криками сказать как же ошибается эта мразь! Но… слова просто не лезли!

— Я разочарован, — театрально и с горечью вздохнул Рэдгир, что быстро вернул себе улыбку. — Тащите нового.

Гвардейцы, что с угрюмыми лицами оттащили один труп, забирали ещё одного безногого, что вместе со своими оставшимися товарищами неистово корчились, пытаясь вырваться из пут. Но стальные цепи, которые позаимствовали у местного кузнеца, надёжно держали ослабших искателей.