Чтение онлайн

Питер делал вид, будто не видит ни мать, ни кого бы то ни было еще. Вытерев нос тыльной стороной ладони, он взял направление на бутылки, налил себе в стакан виски, тотчас выпил его, налил еще себе и Саше.

Стараясь не удаляться от виски, Питер с Сашей держались наособицу. Отпив виски, Саша подсунула руку под рубашку Питера и притянула его к себе.

– Отличный виски, Саша, – прошептал Питер и поцеловал ее.

Линли поставил бокал.

– Я встретила Нэнси Кэмбри, – тотчас заговорила леди Ашертон. – Томми, мне что-то боязно за нее. Она ужасно похудела. Ты видел ее?

– Видел, – ответил Линли, не изменившись в лице, но не сводя глаз с Питера и Саши.

– Она была очень расстроена. Наверно, это связано с Миком. Последние несколько месяцев он работает над каким-то сюжетом, постоянно удерживающим его в Лондоне. Вы говорили с ней?

– Говорили.

– И она рассказала? Потому что., .

– Да. Рассказала.

Тут на помощь леди Ашертон пришла леди Хелен:

– Саша, у вас прелестное платье. Остается только позавидовать вашему таланту носить индийские платья. Стоит мне надеть такое, и я становлюсь похожа на что-то среднее между Джемимой Паддлдак и поломойкой. Вас отыскал Марк Пенеллин? Мы с Саймоном видели его в лесу, и он спрашивал о вас.

– Марк Пенеллин? – Питер протянул руку, чтобы погладить Сашу по редким волосам. – Нет, мы не видели его.

Леди Хелен в недоумении посмотрела на Сент-Джеймса:

– Но мы встретили его. Неужели он не нашел вас на берегу? Это было сегодня.

Питер улыбнулся ленивой довольной улыбкой:

– Мы не были на берегу.

– Вы не были?..

– Я хочу сказать, мы хотели там быть, но нас там не было. Поэтому если он искал нас, то должен был нас увидеть, но не видел. Или мы в это время плавали. А потом он не мог нас видеть. Там, где мы были. И мне как будто было не до него. А тебе, Саша?

Хохотнув, он провел пальцем по носу Саши, по ее губам, и она, высунув язык, как кошка, облизала его.

Отлично, подумал Сент-Джеймс. Это еще только пятница.

***

Нанруннел представлял собой удачное соединение очень старой деревни и современного туристического комплекса и поднимался полукругом, повторяя линию естественной бухты, вверх по берегу среди кедров, кипарисов и сосен. Фасады домов были украшены местным камнем и или побелены, или оставлены серо-коричневыми, как в природе. Улочки были в основном узкие, где не могли разминуться две машины, и более следовали причудливому природному ландшафту, нежели потребностям современного образа жизни.

Защищенные двумя длинными волнорезами, рыболовные суда и суденышки заполняли бухту, ритмично покачиваясь на волнах. Необычной конфигурации дома стояли на границе гавани – коттеджи, магазины, пабы, рестораны, а вдоль берега шла неровная, выложенная булыжниками дорога, позволявшая местным жителям без особых трудностей спускаться к морю. С труб и крыш домов кричали сотни морских птиц, и столько же кружило над бухтой и над морем, где в свете заходящего солнца поднималась гора Святого Михаила.

Довольно много народу собралось во дворе школы в нижней части Пол-лейн. Здесь преподобный Суини с женой создали скромный открытый театр, состоявший из трех элементов: крепкой платформы, служившей сценой, деревянных, довоенного образца кресел для зрителей и стоявшего возле ограды киоска, в котором Нэнси Кэмбри, как заметил Томми, с явной выгодой торговала напитками от самого большого паба в деревне под названием «Якорь и роза».

Ректор лично встретил Линли и его гостей у входа в школьный двор, радостно сияя круглым потным лицом, на которое был наложен толстый слой грима. Он уже облачился в театральный костюм и представлял собой нелепое зрелище в дублете и чулках, да еще со сверкающей на свету лысиной.

– Я успею надеть парик Бенедика, – с усмешкой проговорил мистер Суини. С милой фамильярностью старого друга он поздоровался с Сент-Джеймсом и леди Хелен и сам, не дожидаясь, когда это сделает Линли, представился Деборе, с которой тоже недолго выдерживал официальный тон. – Моя дорогая, мы все счастливы приветствовать вас сегодня у себя. Вас обоих. Это прекрасно. – Наверно, он с удовольствием изобразил бы поклон, но ему приходилось думать о костюме, не предполагавшем резких движений. – Мы оставили вам места впереди, чтобы вы ничего не упустили. Пойдемте со мной. Вот сюда.

Упустить хоть что-нибудь, упустить много чего, упустить все было бы слишком большим счастьем, на которое не приходилось рассчитывать, а ведь труппа Нанруннела была известна больше своими зычными голосами, чем артистичностью. Тем не менее благодаря мистеру Суини и его жене – небольшого роста, пухленькой Беатрис, у которой очень выразительно вздымалась грудь во время куда более страстных, чем полагалось по роли, монологов, – спектакль вполне благополучно дотянул до антракта. Тут все зрители поднялись, как один, и направились к киоску, чтобы заполнить паузу пивом и элем.

Единственным преимуществом почетных гостей было стремительное продвижение к вожделенным напиткам. Толпа, которая несколько мгновений назад была поглощена шекспировской драмой, теперь единодушно уступала дорогу Линли, образуя посередине довольно широкий коридор.

Помимо Линли и его друзей таким же преимуществом пользовался высокий мужчина средних лет, которому удалось обогнать лорда Ашертона. Он обернулся, держа в руках поднос с пивом, и подал его Линли.

– Бери, Томми, – сказал он.

Томми недоверчиво смотрел на Родерика Тренэр-роу и поднос, понимая, чего тот добивается – прилюдной встречи и показного дружелюбия с обеих сторон. Как всегда, Тренэр-роу удалось мастерски выбрать удобный момент.

– Родерик, не знаю, как вас благодарить, – отозвался Томми.

Тренэр-роу улыбнулся:

– Мое место ближе к пиву.

– Вот уж не думал, что вас привлечет Шекспир.

– Вы хотели сказать, что-нибудь, кроме «Гамлета»?

Проговорив это столь же доброжелательно, сколь и Линли, Тренэр-роу перевел свое внимание на гостей Томаса, давая понять, что ждет представления. Линли ничего другого не оставалось, и он отлично справился со своей ролью, ничем не выдав нерасположения к мистеру Тренэр-роу.

Поправив очки в золотой оправе, Тренэр-роу сказал:

– Увы, миссис Суини поймала меня в автобусе, когда я ехал из Пензанса, и, прежде чем я успел оглянуться, у меня в руках уже был билет на сегодняшний спектакль. Я дал слово, что приду. Однако мне повезло. Поскольку я сижу рядом с киоском, то, как только станет скучно, я выпью шесть-семь кружек, и мне обязательно полегчает.

– Вот бы и нам так, – сказала леди Хелен.

– С каждым годом зрители все больше набираются опыта, – продолжал Тренэр-роу. – Полагаю, на будущий год все будут стремиться заполучить билеты в последний ряд. Постепенно в первых рядах никого не останется, и миссис Суини придется играть в киоске.