Чтение онлайн

– Осталось опробовать кольцо, превращающее в статую! – произнес дворецкий, надевая перчатки обратно. Он достал коробочку и выложил кольцо.

– Пробуйте на мне! – вздохнул Гербальд, косясь на артефакт. Кольцо с мутным камнем серого цвета, поблескивало магией при свете свечей. – Смелее, мадам!

Я зажмурилась, выставив вперед руку. Сверкающий луч ударил дворецкому прямо в грудь, как вдруг он посерел и застыл на месте.

– Кажется, получи… – произнес он, каменея.

– Обратно! – шепнула я, снова выставляя кольцо вперед.

На секунду я испугалась, что не выйдет. Но когда серый камень стал превращаться в одежду, я выдохнула.

– Ну, что ж, мадам! Вполне неплохо! – заметил Гербальд. – Только спина болит…

На мгновение мне стало страшно.

– А если у ректора слабое сердце? – спросила я с тревогой.

– Я вижу, что вы сомневаетесь, – заметила Матильда, поправляя парик и капор. – Помните, ректор уже дедушка!

– Да-да! – поддакнул Гербальд. – Рано или поздно он умрет! Мне кажется, что никто даже не удивится! Столько не живут! Ему за триста лет!

– Его правнуки будут только рады! – заметила Матильда, пытаясь успокоить мою совесть. – Они вам спасибо скажут!

– Сомневаюсь, что они вообще у него есть! Такие, как он обычно женаты на своей работе! – поддакнул Гербальд. – Я больше чем уверен, что пропажу ректора не заметят еще месяца два! Мы же не уборщицу воруем! Теперь главное взять покрывало и … попасть в Академию!

Матильда схватила покрывало и стала запихивать себе под юбку.

– Фу, как неприлично! – заметил Гербальд, косясь одним глазом. – Но глаз не оторвать!

– Я взяла все необходимое! – заметила Матильда, одергивая юбку. – Даже пилу!

– Зачем пилу? – спросил Гербальд, подняв бровь.

– На случай, если нас поймают и посадят в тюрьму. Так же взяла бутерброды. Говорят, тюремная еда очень плохо влияет на пищеварение!

– И где это все поместилось? – с удивлением заметил Гербальд, глядя на пышную юбку.

– Секрет! – кокетливо заметила Матильда, поправив платье.

– Так, секреты потом. Сейчас нам нужно попасть в Академию и найти нашего вредного деда! – произнесла я, глядя на изображение Магической Академии на стене. “В подарок лучшему выпускнику!”, – прочитала я дарственную надпись.

Я взяла “маму” и “папу” за руки, сконцентрировалась и…

Только бы не промахнуться!

Ой, а где это мы?

– Все в порядке! – послышался голос Гербальда. – Ну попали мы немного не туда! Но, главное, что в Академию!

Я видела изумленного мальчика, который делал свои мелкие дела в уборной, посреди которой мы оказались.

– А ты целься лучше! – произнес Гербальд. – Ну что, дочь! Пойдем! Позориться будем!

Я уже направилась к двери, выходя в гулкий коридор, где было полным-полно студентов. Если до этого мне казалось, что я буду выглядеть, как воспитательница среди детского сада, то … Ой, мама? Это что? Старшекурсницы?

Мимо нас прошли две дамы, по сравнению с которыми, я выглядела юным наивным созданием. Обилие яркого макияжа добавляло им еще лет десять! Минимум! “Наверное, это – выпускницы”, – подумала я, немного успокаиваясь.

– Третий курс! Все сюда! – послышался требовательный и строгий женский голос, а девушки поспешили в сторону пожилой дамы, похожей на огромную сову.

Третий курс?! Им что? Десять лет?

Осознание того, что эти девушки выглядят, минимум, на двадцать пять, заставило меня расслабиться. Вот что с людьми неудачный макияж делает!

– Маскировка отличная, – сглотнула я. – Еще немного и я бы сошла за первокурсницу.

Мы шли по коридору, а на нас бросали любопытные взгляды.

– Да как ты могла!!! – слышался звенящий от возмущения голос “маменьки”. – Мы же так для тебя старались! Позор-то какой! Это ж надо было так семью опозорить, что родителей к ректору вызвали!

Эти нотки истерики были настолько правдоподобными, что я сама на секунду поверила!

– Ну, мам! – вздохнула я, опустив голову и пряча лицо под волосами. – Не надо ругаться! Ну, пожалуйста!

– Я, между прочим, – горделивым басом произнес “папа”. – Не собираюсь краснеть за тебя перед ректором! А придется! После того, что ты натворила, я буду удивлен, если тебя не отчислят!

На нас смотрели с пониманием. Мне даже сочувствовали.

– Да ты нас по миру пустишь из-за своей магии! – верещала “мама”, устраивая скандал. – Посмотри! Отец уже седой!

– Мама, я случайно! – произнесла я очень виноватым голосом, вжимая голову в плечи.

– Дорогая, успокойся! Давай убьем ее дома! Или выдадим замуж! – заметил басом “отец”. “Папа” осмотрелся и остановился, обращаясь к какой-то даме. – Ой, не подскажете, где здесь кабинет ректора? А то дочь не хочет нам говорить, а нас вызвали!

Я увидела рыжую преподавательницу с ядовито-зелеными ногтями, которая махнула рукой в сторону светящегося пьедестала.

– Первый портал, потом по лестнице, потом направо. Тем еще один портал! И сразу окажетесь возле кабинета! – заметила она. – А что она натворила?

– Довела маму до слез, папу до сердечных капель, – зарыдала “мама”, влезая в разговор. Допытываться у плачущей женщины – дело неблагодарное. Поэтому наша собеседница решила слиться, унося свои нервы подальше от нашей семейки.

– Благодарю! – послышался солидный бас отца. – Пошли! Выслушивать будем!

И мы двинулись по маршруту. Преступник чаще всего пытается спрятаться. Мы же напротив вели себя шумно. Словно никакого преступления не планировали.

– Кому-то трындец! – слышала я сочувствующие голоса студентов, а сама ревела.

Порталы светились под ногами, ступеньки поднимали нас все выше и выше, в какую-то башню. Наконец, мы очутились возле роскошных дверей с табличкой “Ректор”, за которым заседал волшебный дед.

Главное, чтобы он успел выпить волшебный корвалол перед тем, как мы войдем!

– Тук-тук! – послышался стук в двери.

Я не успела собраться с мыслями. Гербальд уже стучал.

– Кто там? – спросил приглушенный голос.

– Дед на месте! – переглянулись мы.

– Вы нас вызывали! – послышался истеричный голос “мамы”. – По поводу поведения нашей дочери!

– Я никого не вызывал! – послышался тот же приглушенный голос.

– Нет, это что получается! В Академии нет никакого порядка! Нас вызвали, мы бросили все дела, чтобы выслушивать о том, что натворила наша дочь, а тут никого не вызывали! – недовольным басом произнес “папа”.