Месть за отчуждение
Шрифт:
Осечка выглянул. Там было неплохо освещённое помещение с бело-зелёными стенами. Осечка спустился. На противоположенной стене, в окружении двух трупов Снорков, сидел, прислонившись к стене, кровавый труп Серого. Осечка подошёл к нему:
– Серый?
– …Да.
– Серый! Ты не труп?
– Нет. А разве ты не труп?
– Нет.
– Остальные… мертвы?
– Ну как тебе сказать…
– Не говори. Я понимаю.
– Ничего ты не понимаешь.
– Это Излучатель?
– Да.
– Вернёмся назад?
– Назад пути нет… Только вперёд.
– Пошли вперёд.
– Пошли.
– Осечка помог еле живому Серому подняться.
В торце помещения была открытая металлическая дверь… Из неё сталкеры попали в сворачивающий налево бело-зелёный коридор. Осечка вместе с ковыляющим Серым прошли его и попали в комнату с лестницей вниз. Спустившись по ней, они снова попали в коридор, освещённый на этот раз лампами аварийного света. Добравшись до торца, слева от которого был проём с опущенной ржавой решёткой, сталкеры, с помощью рычага на стене подняли ее, и зашли в помещение.
…Это было вытянутое и достаточно для подземелья широкое помещение с высоким потолком. На середине пути, в свете зажигалки, Серый с Осечкой увидели труп сталкера. Это был совсем свежий труп в чёрном долговском комбинезоне… Осечка с Серым застыли глядя него. Долговец был как живой, хотя это было невозможно - единственная и последняя экспедиция долговцев в это подземелье была совершена год назад отрядом Фавна. Долговец поднял голову на миг, бросив на пришедших взгляд исподлобья. Серый дёрнулся и отскочил на метр назад. Осечка удивился, но виду не подал. Одиночка негромко спросил:
– Ты кто?
Серый тем временем отступил к другой стене. Долговец поднял пустой взгляд, всматриваясь в Осечку.
– Я… Неприкаянный.
Осечка замялся:
– Э… Что ты здесь делаешь?
– …Дохну.
– Как ты здесь оказался?
– …Пришёл. С отрядом… С Фавном. Все погибли…
Серый у стены всхлипывая залепетал молитву.
– И давно ты здесь?
– …Уже вторые сутки… Еды только на два дня вперёд…
Осечка кинул две банки консервов правее Неприкаянного. Тот, подтянувшись, их взял.
– Держи. Тут есть выход?
– …Да… Должен быть.
– Пошли с нами.
– Нет.
– Почему ты не уйдёшь?
– …Я не могу… Я исчезаю…
– Ладно. Мы уходим.
– Осечка быстрым шагом зашагал вперёд. Серый вскочив, бросился за ним.
В торце помещения была нора наверх. Осечка с радостью в неё полез. Он вылез в широкой норе и встал во весь рост. Помог вскарабкаться Серому и они пошли вперёд…
– Кто это был?
– Один из отряда Фавна.
– Фавн спускался сюда год назад. Как Неприкаянный смог выжить тут целый год?
Осечка остановился и пристально уставил взгляд в глаза Серому:
– А с чего ты решил, что он - живой?
Серый взглотнул и его челюсть вытянулась. Сталкеры молча продолжили движение. Нора начала плавно подниматься вверх, не теряя своей ширины. Через полчаса подъёма нора свернула и перестала подыматься. Серый с Осечкой продолжали двигаться.
Тоннель, с того момента как выпрямился, всё вёл сталкеров вперёд. Единственным источником света была зажигалка Осечки. Время, кажется, остановилось.
Серый что-то отчаянно забубнил. Но Осечка неумолимо двигался по прямой…
…Впереди проявился источник света…
…С приближением к нему, сталкеры начали настораживаться. Впереди был сбивчивый свет костра. Непонятно, не то он отбрасывал неверные тени, не то вокруг костра кто-то был. С каждым шагом всё чётче проявлялись человеческие силуэты…
Когда Серый уже не сомневался, что вокруг костра сидят люди или им подобные, Осечка наставительно произнёс:
– Идём вперёд. Не вздумай останавливаться. И… Не сомневайся…
Костёр был в тридцати метрах впереди. Серый взглянул на свои руки и ужаснулся – его руки стали полупрозрачными. Сквозь них он мог видеть землю, камни… Серый остановился.
Осечка обернулся:
– Я сказал – не останавливайся.
Серый, что-то промямлив, со слезами на глазах, протянул вперёд свои руки.
– Да давно уже так… Я сказал – не останавливайся.
– …Я дальше не пойду…
– Помнишь Неприкаянного – он слишком долго сомневался. Он целый год просидел здесь и не смог выбраться. Если ты отречешься от цели – тебя больше нет. Иди.
Осечка пошёл вперёд. Серый стоял. А потом зашагал за сталкером…
– Не останавливайся…
…В пещеру врезались стены помещения. На плиточном полу горел костёр, а на деревянном ящике стояла старая рация и что-то шипела. Вокруг костра никого не оказалось, но Серый точно почувствовал сильное присутствие. В рации раздавался призыв о помощи, срывающиеся голоса. У стен раздавались всхлипы ужаса и зловещий шёпот… Осечка, почти полностью растворившись, шагал вперёд, и Серому показалось, что одиночка отрёкся от него. Серому приходилось превращать всю свою силу воли в следующий шаг… Серый едва различал, где находятся его руки - сталкер почти исчез. Всё воспринималось как через сон, как через чужой взгляд. Казалось, что сознание растворяется, потакая жалобному призыву о помощи из рации…
…Стремления и желания показались просто глупыми, по сравнению с накатившей усталостью. Серый утрачивал власть над собой. Схвативший изнутри страх, не разжимал своей стальной хватки…
Единственное, что двигало Серого - удаляющаяся вперёд воля Осечки. Сталкера, который не сдавался. Он стремился к цели - выбраться отсюда. Он не собирался здесь исчезать…
…Серый больше ничего не видел - ни Осечки, ни стен, лишь туман, заслоняющий взор. Но изнемогая от вкрадчивой боли, сталкер полз вперёд…
…Стены норы сжимали долговца, превращая его в пыль, впитывая его в себя…
…Теперь сталкер смог понять Неприкаянного - тот также растворился, борясь за свою жизнь, он утратил желания, потерял счёт времени, он отрёкся от себя…
Долговец пытался двигаться вперёд, он боялся стать Неприкаянным - не достигнувшим ничего, потерявшемся в окружившей бездне…
Серый раскрыл глаза: в нескольких метрах от него на корточках застыл вполне материальный сталкер. Серый приподнялся - тело не слушалось, но долговец переборол себя. Осечка обернулся к нему: