Чтение онлайн

Рома в этот момент подкатывает к нам, красный от напряжения, но сияющий, как начищенный пятак. Его глаза горят от счастья и гордости за себя. Он не дает Дамиру договорить, но я все понимаю и без слов, по тому, как он смотрит на меня без давления, но с такой твердой уверенностью, что становится немного легче дышать.

– Мам, Дамир, я научился тормозить!
– Рома останавливается перед нами, слегка покачиваясь на роликах, но уже гораздо увереннее, чем час назад.

– Молодец, - отвечаю, чувствуя, как губы сами растягиваются в ответной улыбке, но взгляд все еще прикован к Дамиру.

Он так же не отводит глаз, и в них нет ни игры, ни жалости только твердая уверенность в сказанном, в своих чувствах, в том, что он готов ждать, сколько потребуется.

Сердце бешено колотится, будто пытается вырваться из груди, но впервые за долгое время не от страха.

И впервые за долгое время сердце хочет верить, хочет рискнуть, хочет попробовать снова, несмотря на все прошлые ошибки и боль.

Глава 35

Альбина

В спа-центре царит расслабляющая тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием фонтана в углу холла. Аромат лаванды и эвкалипта висит в воздухе, помогая расслабиться.

Мягкий свет бра освещает стойку администратора, где я аккуратно раскладываю новые буклеты с перечнем дополнительных услуг, на этой неделе мы ввели ароматерапевтические программы, и нужно обязательно проинформировать клиентов.

Мои пальцы скользят по глянцевой бумаге, выравнивая стопки, пока я мысленно составляю список дел на завтра.

Алина и Катя в это время складывают пушистые полотенца в бельевые шкафы, их тихий смех доносится из глубины зала.

До закрытия осталось пять минут, последние клиенты уже ушли, и мы неспешно готовимся к окончанию рабочего дня. В воздухе витает приятное ощущение завершенности, все процедуры проведены, претензий нет, выручка хорошая.

– Альбина Викторовна, в массажном кабинете все чисто, - докладывает Катя, протирая руки антисептиком. Ее голос звучит устало, но довольно, ведь тяжелый день подходит к концу. На ее лице читается облегчение, ведь завтра у нее выходной, и она явно строит планы.

Я киваю, собираясь похвалить девочек за хорошую работу, как вдруг резкий звук распахивающейся двери нарушает умиротворенную атмосферу. Звон стеклянной двери, ударившейся о стену, заставляет всех вздрогнуть.

Ира врывается внутрь, и первое, что бросается в глаза, ее лицо, искаженное шрамами, с еще не зажившими рубцами, будто кто-то провел по нему острым ножом.

Ее когда-то ухоженная кожа теперь покрыта красными полосами заживающих ран, левый глаз слегка припух, а губа перекошена швом. Глаза горят безумием, руки дрожат, а дыхание прерывистое, словно она бежала сюда через весь город. От нее пахнет дешевым парфюмом, перебивающим больничный запах мазей.

– Довольна?!
– ее голос режет воздух, заставляя девочек замереть на месте. Алина роняет сложенное полотенце, а Катя инстинктивно делает шаг назад.
– Это ты во всем виновата!

Я медленно откладываю пачку буклетов и выпрямляюсь, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Но не от страха, а от ярости, которая мгновенно наполняет грудь, горячей волной поднимаясь к горлу. Мои ладони сами собой прижимаются к стойке, пальцы впиваются в деревянную поверхность.

– Ира, успокойся и уйди. У меня нет времени на твои истерики, - говорю я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри все клокочет.

– Нет времени?!
– она бьет ладонью по стойке, опрокидывая стакан с ручками, и они рассыпаются по полу с громким стуком.
– Из-за тебя я попала в аварию! Мне пришлось уезжать из города, таксист был пьян, мы перевернулись! Посмотри на меня! Я изуродована! Моя жизнь кончена, а ты должна мне компенсацию!

Ее слова звучат нелепо. Я вижу, как Алина незаметно набирает номер телефона, вероятно, собираясь вызвать полицию, но останавливаю ее едва заметным жестом. Вдыхаю глубоко, чувствуя, как лавандовый аромат смешивается с адреналином в крови.

– Ты сошла с ума, - говорю спокойно, хотя пальцы сами сжимаются в кулаки. Ногти впиваются в ладони, но эта боль помогает сосредоточиться.
– Я не имею никакого отношения к твоей аварии. И если ты еще раз подойдешь ко мне ближе, я выбью судебный запрет на приближение. Нарушишь, сядешь. Поняла?

Ира закатывает глаза, ее губы искривляются в гримасе, полной ненависти. Она делает шаг вперед, и я вижу, как ее руки дрожат не только от злости, в них читается отчаяние, но сейчас мне не до сочувствия.

– Какая же ты гадина...
– шепчет она, но в тишине спа-центра это звучит громко и четко.
– Неудивительно, что Марк в камере повесился. Это ты его довела. Ты всех доводишь!

Чувствую, как что-то внутри замирает, не боль, а скорее оцепенение, но не даю этому чувству прорваться наружу, держу лицо несмотря на то, что где-то в глубине души шевелится червячок сомнения, а вдруг правда я... Нет, черт возьми, нет!

– Уходи, - говорю тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало как приговор. Мой голос не дрожит, и это меня успокаивает.

– Сдохни в адских муках, Альбина за свою жестокость!
– кричит она, разворачивается и выбегает, хлопнув дверью так, что стеклянная перегородка дрожит. В воздухе остается шлейф ее дешевых духов и тяжелой ненависти.

Даже девочки не решаются заговорить. Алина замерла с телефоном в руке, Катя прикусила губу. Я медленно выдыхаю, чувствуя, как дрожь в руках постепенно уходит. Смотрю на рассыпанные ручки и понимаю, что нужно привести все в порядок, но сначала глубокий вдох, выдох, еще один...

И тут дверь снова открывается, на этот раз гораздо спокойнее.

– Альбина?
– в проеме появляется Дамир с огромным букетом роз. Его улыбка гаснет, когда он видит мое лицо.
– Что случилось? Все в порядке? От вас тут сумасшедшая выбежала сыпля проклятия.

Я вижу, как его взгляд мгновенно становится острым, как у хищника, уловившего опасность. Плечи напрягаются, он готов броситься на защиту.

– Все нормально. Это Ира, - отвечаю, замечая, как он резко меняется во взгляде, явно желая выйти за ней и приволочь обратно, чтобы извинилась.