Чтение онлайн

Он не ушел и помогает в сложный момент - это и есть лучшее «прости».

–  Ты можешь остаться. Кресло раскладывается в небольшую кровать. Постельное белье в тумбочке под телевизором.

Все-таки разум сдался сердцу и маленькой, но дюже вредной совести. Игорь улыбнулся слишком широко для человека, осознавшего, что ему придется провести ночь на старючем неудобном кресле в убогой квартирке по соседству с больным человеком. Он понял.

Ольга лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к тому как Игорь принимает душ, возится на кухне, а затем молча с шипением пытается разложить кресло-кровать. «Это не бумажки таскать» - подхихикивала под одеялом девушка. Затем Ольга слушала как он расстилает постель. От взмахов ткани её ногу, выпущенную из одеяла проветриться, обдавало прохладным ветерком.

Кресло жутко заскрипело, и девушка поняла, что мужчина, наконец лег. Он еще долго лежала, прислушиваясь к его дыханию. Пока каким-то внутренним чутьем не поняла, что он тоже прислушивается к её дыханию. Ольга выглянула из-под одеяла и приняла полусидячее положение. Игорь лежал на боку и смотрел на нее. Белки его глаз выделялись в сумраке. Девушка сделала вид, что просто хотела попить и взяла стакан молока с тумбочки. Тот вновь оказался теплым и полным. На самом деле, Ольга неочень любила молоко, но когда-то, 15 лет назад, всё было по-другому.

–  Я уже не люблю молоко.

–  Вот как. Налить чаю или воды с вареньем?

–  У меня нет варенья.

–  Уже есть.

Ольга недоуменно захлопала глазами и, чтобы скрыть удивление, начала пить теплую белую массу с добавлением мёда и приправ. Вкусно. Молоко - невкусно, мёд с молоком - слишком сладко. А тут было что-то с горчинкой, что сглаживало эффект.

–  А что еще ты перестала любить?

«Тебя».
– Ольге хотелось дерзить, но она не смогла по одной причине - это не было правдой.

–  Я изменилась, Игорь.

–  Я знаю, это нормально, 15 лет прошло.

–  Четырнадцать - Ольга поправила неосознанно.

–  Да, 14 с момента как ты куда-то исчезла. Оль, я ведь искал.

–  Плохо искал. Я к маме уехала.

–  Что? Но я ей звонил, она не сказала, где ты.

–  А зачем ей было говорить?

–  Ты не любила деревню.

–  И вот это как раз не изменилось, - Ольга смотрела как черные крупинки вертятся в белой жидкости от того, что девушка покручивала стаканом.

–  Я думал, что ты уехала в Питер.

–  Что мне там делать? С чего ты это взял?

–  Мне… сказали так.
– сказал Игорь, слегка запинаясь.

И неожиданно Оля поняла.

–  Мама твоя сказала, да?
– молчание отлично заменило положительный ответ, - А ведь ты ненавидел Питер, не хотел ехать в холода и не планировал поступать в вуз.

–  Я был сложным подростком. Вскоре я передумал.

–  Поступил на платное? Ведь когда мы… тогда…ты не интересовался учебой, а это был последний год.

–  Нет, я поступил сам. Я учился усиленно оставшееся время. И поступил не в самый престижный, но государственный вуз. Я не хотел зависеть от матери.

–  Но ты не мог бы достичь таких высот сам.

Похоже её слова задели Игоря, он задышал чуть шумнее, а белки глаз округлились, став еще виднее в темноте.

–  Да, мать помогла. Но я не сразу узнал о её…участии. Уже через 2 года удалось ей вернуть деньги и продолжить самому.

–  Как благородно, - «и глупо». Но Ольга ощутила уважение, хотя далеко не факт, что это было правдой.
– Расскажи.

Ей нестерпимо захотелось узнать хоть что-то из этих пропавших из жизни годах.

–  Я создал стартап, накопив на него деньги, подрабатывая созданием веб-сайтов. С удивлением, очень быстро нашел на него спонсоров. Стартап оказался успешен, но через год я узнаю, что все влитые деньги в стартап от спонсоров принадлежат матери.

–  Она сама тебя этим ткнула?

–  Представь себе, целый год сдерживалась.

Они оба тихо засмеялись, представляя, как Надежда Петровна зажимает себе рот рукой или заклеивает скотчем, только бы не проговориться.

–  Я год вел этот бизнес, а потом не выдержал её давления, продал его и на приобретенные деньги… создал еще один стартап.

Ольга поняла, что он намеренно сократил и не разъяснил, как же он развивался дальше. Но портить это время выяснениями не хотелось. Они снова были погружены в молчание, слышался только шум машин за окном, да мелькающие полоски света на потолке. Тело девушки снова вспотело и лежать было уже не очень удобно, но двигаться не хотелось.

–  Оль, а как ты оказалась в «ЦИТ»?

–  Я жила с мамой оставшиеся 2 года обучения и ходила в древенскую школу. Всё свое свободное время училась, поступила в ВолГУ на экономический. Подрабатывала продавцом в одном небольшом магазинчике. Всех новеньких вскоре сама и обучала. Отправили на повышение квалификации, чтобы сделать замом. Заместителем так и не сделали, т.к. началась сессия и они поняли свою ошибку, что студенту руководителем не быть - времени нет. Но я получила первый сертификат о методах обучения персонала. А потом увлеклась этим вопросом, я как раз занималась с психологом. Искала все возможности для саморазвития. Я не отпускала надежду стать руководителем магазина, обучаясь всему, что ему может пригодиться.
– Ольга поняла, что Игорь хочет спросить про психолога, поэтому стала говорить быстрее, чтобы скрыть оговорку, - И меня взяли заместителем. Только мне не понравилось руководить. А вот обучаться и обучать гораздо больше. В нашем городе единственные, кто готов был вкладываться в тренеров или хотя бы иметь своих штатных - это три компании. Я им предложила провести для продавцов 3 бесплатных тренинга. Меня позвали две из них.

–  Среди них был «ЦИТ»?

–  Нет, «Центр Инновационных Технологий» как раз не позвал. И я попросила лично руководителя мне объяснить. Ленка согласилась только потому что ей не на ком было сорваться. Мы поскандалили, да сели пить кофе и жаловаться на жизнь. В итоге, оказалось, что у них маленький бюджет на их отел выделен. А компания белая, уволить кого-либо трудно, хотя ей мешали некоторые сотрудники. Она недавно стала начальницей, до этого так же работала одним из тренеров. И знала изнутри, кто халявит.

–  Что в итоге?

–  Я помогла ей их уволить и стала работать.

–  Очень…целеустремленно…

–  И неэтично. Ага, говорю же, я изменилась.

–  Да нет, Оль. Ты зачем-то чувствуешь вину за совершенно справедливые вещи. Лене просто нужно уметь было самостоятельно решать такие вещи, это её обязанность как руководителя. Твоя ошибка только в том, что ты берешь на себя чужие обязанности. И веришь в справедливость в мире, защищаясь огнем и мечом, когда…

–  Лучше бы жила своей жизнью, и не тратила на это время. Знаю.