Чтение онлайн

Внезапно Хилари вспомнила намеки Тома. Если он выдал секретную информацию, то ему грозит судебное преследование за разглашение государственной тайны. Несомненно, Питерс подразумевал именно это, но Хилари была тверда в своем решении. Даже приговор к тюремному заключению лучше пребывания здесь.

– Том тоже должен выйти отсюда, – упрямо заявила она.

– Будь по-вашему, – с горечью сказал Питерс. – Я вас предупредил. Хотел бы я знать, за что вы так любите этого парня?

Хилари испуганно посмотрела на него. С ее губ уже были готовы слететь слова, но она вовремя сдержалась. «Я не люблю его, – хотела сказать Хилари. – Том ничего для меня не значит. Он был мужем другой женщины, и я чувствую себя ответственной перед ней… – После этого она бы добавила: – Если я о ком-то и беспокоюсь, так это о вас!»

– Наслаждались обществом этого скучного американца? – осведомился Том Беттертон, когда Хилари вошла в их спальню. Он лежал на кровати и курил.

Хилари слегка покраснела:

– Мы прибыли сюда вместе и ко многому относимся одинаково.

Беттертон рассмеялся:

– Я вас не виню. – Он посмотрел на нее новым, оценивающим взглядом. – Вы красивая женщина, Олив.

Хилари с самого начала убедила Тома обращаться к ней по имени его жены.

– Да, – продолжал он, окидывая ее взглядом с головы до ног. – Вы чертовски красивая женщина. Я сразу это заметил, хотя сейчас мне не до того.

– Возможно, это к лучшему, – сухо промолвила Хилари.

– Я абсолютно нормальный мужчина, моя дорогая, – во всяком случае, был таковым. Один бог знает, что я представляю собой теперь.

Хилари села рядом с ним.

– Что с вами происходит, Том? – спросила она.

– Я же говорил вам – не могу сосредоточиться. Как ученый я кончен. Это место…

– Но ведь другие – по крайней мере большинство – не чувствуют себя так, как вы?

– Очевидно, они слишком толстокожи.

– Некоторые из них достаточно темпераментны, – заметила Хилари. – Если бы у вас был здесь хоть один настоящий друг…

– Ну, у меня есть Мерчисон, хотя он порядочный зануда. А в последнее время я часто вижусь с Торквилом Эрикссоном.

– Вот как? – почему-то это удивило Хилари.

– Да. У него потрясающая голова. Хотел бы я иметь такую же.

– Он странный тип, – сказала Хилари. – Меня он всегда немного пугал.

– Пугал? Торквил? Да он тихий как ягненок! В некоторых отношениях он словно младенец – совсем не знает жизни.

– Тем не менее он меня пугает, – настаивала Хилари.

– Очевидно, у вас тоже шалят нервы.

– Пока нет, но, думаю, вскоре начнут шалить. Том, держитесь подальше от Торквила Эрикссона.

Он уставился на нее:

– Почему?

– Не знаю. Но чувствую, что так будет лучше.

Леблан пожал плечами:

– Они наверняка покинули Африку.

– Это еще неизвестно, – возразил Джессоп.

– Все указывает на это. – Француз покачал головой. – В конце концов, мы ведь знаем, куда они направляются, не так ли?

– Если они направляются туда, куда мы предполагаем, то зачем начинать путешествие в Африке? Где-нибудь в Европе это было бы гораздо проще.

– Верно. Но тут есть и другой аспект. Никто не ожидал, что они соберутся и начнут путешествие здесь.

– И все же, по-моему, причина не только в этом, – настаивал Джессоп. – К тому же только маленький самолет мог воспользоваться тем аэродромом. Перед тем как пересечь Средиземное море, им пришлось бы где-нибудь сесть и заправиться. Тогда они, безусловно, оставили бы какие-нибудь следы.

– Mon cher, мы провели расследование во всех возможных местах…

– Люди со счетчиками Гейгера в конце концов должны что-то обнаружить. Ведь число самолетов, подлежащих обследованию, ограничено. Малейший след радиоактивности – и мы будем знать, что нашли нужный самолет.

– Если ваш агент смог воспользоваться пульверизатором. Увы! Как всегда, слишком много «если».

– Мы добьемся успеха, – уверенно заявил Джессоп. – Интересно…

– Да?

– Мы считали, что они направились к северу – к Средиземному морю. Предположим, они полетели на юг.

– Назад по собственным следам? Но в таком случае куда они могли лететь? Там Атласские горы, а за ними пустыня.

– Сиди, ты клянешься, что все будет так, как ты обещал? Заправочная станция в Чикаго?

– Ты ее получишь, Мохаммед, если мы выберемся отсюда.

– Успех зависит от воли Аллаха.

– Будем надеяться, что Аллах хочет сделать тебя владельцем заправочной станции в Чикаго. А почему именно в Чикаго?

– Сиди, брат моей жены уехал в Америку и приобрел там заправочную станцию. Ты хочешь, чтобы я всю жизнь провел на краю света? Здесь есть деньги, хорошая пища, ковры и женщины, но это не современно – не по-американски.

Питерс задумчиво вглядывался в полное достоинства смуглое лицо. Мохаммед в белом одеянии являл собой величественное зрелище. Какие странные желания таятся в человеческом сердце!

– Не уверен, что ты поступаешь разумно, – вздохнул Питерс, – но будь по-твоему. Конечно, если нас раскроют…

Улыбка на смуглом лице продемонстрировала сверкающие белизной зубы.

– Это означает смерть – во всяком случае, для меня. Возможно, не для тебя, Сиди, так как ты им нужен.

– Они тут на короткой ноге со смертью, верно?

Мохаммед презрительно пожал плечами:

– Что такое смерть? Это также воля Аллаха.

– Ты помнишь, что должен сделать?

– Да, Сиди. Я должен отвести тебя на крышу после наступления темноты и положить в твою комнату одежду, какую ношу я и другие слуги. Все остальное – потом.

– Правильно. А сейчас лучше выпусти меня из лифта. Кто-нибудь может заметить, что мы катаемся вверх-вниз, и что-то заподозрить.

Вечером были танцы. Энди Питерс танцевал с мисс Дженсен, прижимая ее к себе и что-то шепча ей на ухо. Когда они медленно проплыли мимо того места, где стояла Хилари, он поймал ее взгляд и дерзко подмигнул.

Хилари закусила губу, чтобы сдержать улыбку, и быстро отвела глаза.

Она посмотрела на Беттертона, стоящего у противоположной стены и разговаривающего с Торквилом Эрикссоном, и слегка нахмурилась.

– Потанцуете со мной, Олив? – послышался рядом голос Мерчисона.

– Конечно, Саймон.

– Только я не слишком хороший танцор, – предупредил он.

Хилари старалась ставить ноги туда, где партнер не мог на них наступить.

– Неплохое упражнение, – пыхтя, заметил Мерчисон. – На вас ужасно красивое платье, Олив.