Чтение онлайн

Добрались домой они как раз к ужину. Но едва они уселись за стол, и Эммануэль начал читать "Хамоци", как со двора послышался шум и громкие крики. Забегали в суете слуги. Мужчины схватились было за оружие, но тут дверь распахнулась и на пороге появился Шимон в грязном, порванном плаще, местами заляпанном кровью.

– Заноси, - обернувшись назад крикнул он.

Вслед за ним двое слуг внесли на руках раненного охранника. Тот был без сознания. Следом, поддерживаемый еще одним охранником, шел Эзра. Правая рука у него висела плетью, а одежда была еще в худшем состоянии, чем у отца. Вслед за ними зашел еще один охранник, баюкая замотанную окровавленной тряпкой руку. Все присутствующие в комнате поспешили на помощь.

Оба медикуса, увидев раненных, моментально перехватили контроль над ситуацией и начали распоряжаться. Ужин был унесен на кухню, стол очищен, на него уложили раненного охранника и стали раздевать. Эзру усадили на табурет, и Аарон столовым ножом разрезал рукав дранного плаща на раненной руке. Слуга стянул остатки плаща с другой стороны и бросил их в угол. Кожаную, обшитую медными бляхами куртку разрезать было бы затруднительно. Поэтому ее сняли, сначала осторожно стянув левый рукав. Нижнюю рубаху также разрезали.

– Что случилось?
– поинтересовался тем временем Костя у Шимона, которому Хозе помогал сесть. Устало опустившись на скамью у стола Бен Эзра скривился, схватившись за бок.

– Бандиты, - ответил он, устраиваясь поудобнее, - а может и дезертиры. Хотя, разницы между ними никакой.

Он раздраженно махнул рукой и снова болезненно поморщился.

– Их больше дюжины было, - продолжил он, - против меня с Эзрой и наших шестерых охранников. Хорошо еще, что мы их вовремя заметили. У нас на телеге кулеврина была, картечью заряженная. Так мы троих сразу наповал и еще одного ранили. Они откатились и стали нас обстреливать. У них два мушкета и арбалет были. Элишу убили и вот, - он указал бородой на стол, где две служанки под руководством матроны разоблачали бессознательное тело, - Матвея ранили. Пришлось нам в атаку идти, пока они не перезарядились. Они этого не ожидали и растерялись. А не то мы бы все там остались.

– Так вы их всех перебили?
– глаза Хозе округлились от удивления.

– А ты думаешь, что отец у тебя совсем развалина, - усмехнулся Шимон.
– Двоих раненых потом прирезали. После того как расспросили. Наняли их. Кто-то из клевретов герцога Альфонсо де Арагон и Эскобар. Нас двоих, - он указал в сторону Эзры, возле которого хлопотал медикус Аарон, - хотели живьем взять. Им двести золотых за нас обещали

– Не иначе секрет зеркал хотели выведать, - констатировал Николаев.

– Наверное, - согласился Бен Эзра устало, - помогите раздеться. Мне по ребрам кистенем досталось.

Хозе с Константином стали помогать ему расшнуровывать отделанную коричневым бархатом корацину43.

– Чем это тебя?
– тем временем спросил Аарон Эзру, осторожно ощупывая посиневшее и распухшее плечо с двумя, небольшими по размеру но глубокими, кровоточащими ранками.

– Моргенштерном, - скрипя зубами от боли ответил тот.

– Легко отделался, - констатировал медикус, закончив осмотр, - даже перелома нет. Только сильный ушиб. Пройдет за несколько дней. Сейчас тебя мазью намажем и забинтуем.

– Ранки надо спиртом промыть и йодом смазать, - вставил свои пять копеек Борис, - а на плечо - холодный компресс.

Аарон вначале удивленно-непонимающе взглянул на него, но через секунду в глазах у него загорелся интерес.

– Да, несомненно, - воскликнул он.
– Как раз я смогу своими глазами увидеть, как эта штука работает.

Он шустро подскочил к столу, где Эммануэль обрабатывал раздробленную кисть одного из охранников. Перемолвившись с ним парой слов, он вернулся, держа в руке пузырек с раствором йода и протянул его Гальперину и внимательно смотрел как тот обрабатывает ранки. Эзра заскрипел зубами, когда жгучая жидкость попала на рассеченную кожу, но мужественно стерпел всю процедуру. Когда перевязка была закончена и молодого человека увели, прижимая к плечу бутылку с холодной, колодезной водой, Борис с Аароном перешли к Эммануэлю, который в это время заканчивал операцию. Ассистировала ему Яэль. Охраннику пришлось удалить два пальца на правой руке. Удар тяжелой палицы, который он парировал палашом, оказался слишком силен для эфеса. Метал смялся и суставы пальцев оказались раздроблены. Охранник, принявший на грудь большой кубок "обезболивающего", вращал глазами и громко ругался.

– Жаль, что я убил этого ублюдка там на месте. Сейчас бы он так легко не отделался, я бы живьем содрал с него кожу.

Когда и с этим пациентом было закончено, оба медикуса подошли к столу, на котором по прежнему без сознания лежал второй охранник. Его уже успели разоблачить. На мускулистом теле профессионального воина оставались одни шоссы. Под правой ключицей у него была кровоточащая рана диаметром чуть поболее двух сантиметров.

– Из мушкета попали, - пояснил Шимон усталым голосом.

Эммануэль чуть повернул тело, осмотрел и ощупал спину охранника. Выходного отверстия не было, но на спине, чуть ниже плеча явно выделялся бугор размером с грецкий орех.

– Вот она, пуля, - довольно воскликнул он, - сейчас мы ее сзади вырежем. Где мой скальпель?

– Нельзя одним инструментом двух людей резать, - вмешался Борис.
– Чистый скальпель нужен. Я вам потом расскажу.

Не говоря ни слова, Аарон протянул Эммануэлю свой инструмент. Протерев кожу спиртом, он сделал разрез и пальцами растянул края раны. Аарон уже стоял наготове и, ухватив щипцами, вытащил слегка сплющенный свинцовый шарик. Не обращая внимания на кровь, текущую ручьем, Эммануэль прочистил рану бронзовым зондом. Затем быстро и аккуратно прижег раскаленной железкой кровеносные сосуды. Кровотечение сразу прекратилось. После чего рану ушили с двух сторон, оставив отверстие для дренажа. Кожу смазали йодом и забинтовали. Раненный оставался без сознания все это время.

– Рана не опасная, хотя кость ему слегка задело, - сказал Эммануэль, моя руки в миске с водой, когда раненного унесли.
– Если горячки не будет, то заживет почти без следа.

В конце, как наименее пострадавшего, осмотрели самого Шимона. Доспех защитил его и кроме приличного кровоподтека у него никаких повреждений не обнаружилось. Синяк смазали мазью, и он натянул свежую рубаху, подданную ему матроной.

– Завтра надо будет пойти в гильдию, - уже сидя за столом, по окончании позднего ужина сказал Шимон.
– Надо их предупредить и пускай расследование проведут. И охрану надо удвоить. Хозе, займись этим с утра. А сейчас - отдыхать. День был тяжелый.

– Тут оказывается наезжают не хуже, чем в России в девяностых, - хмыкнув, сказал Костя Борису, поднимаясь по лестнице, перед тем как разойтись в свои комнаты.

Когда в доме все наконец угомонились, к Борису опять пришла Яэль.

– Мы скоро переедем в свой дом, - сказал Борис, отдышавшись, лежащей в его объятиях женщине.
– Ты пойдешь со мной?

– Конечно, - Яэль поцеловала его и потерлась щекой о плечо Бориса, - хотя большая часть моих тетушек не одобрит этого. Но отец возражать не будет.

– Кстати, Хозе хотел поговорить с кем-то из ваших матрон, - вспомнил Гальперин.
– Нам управляющего нанять нужно, чтобы дом вести.

– Не нужен вам никакой управляющий, - Яэль даже слегка обиделась.
– Вообще-то я и сама могу дом вести, но лучше я тетушку Мариам попрошу. Она со мной переедет. Она меня очень любит и ворчать как тетя Ребекка не будет. Ее дом сгорел во время осады. Обе дочери замужем и тут она не у дел. Так, что я не сомневаюсь, что она согласится.

– Ну что бы я без тебя делал?
– Борис взял лицо Яэль в ладони и стал нежно целовать ее глаза. Молодая женщина замурлыкала как котенок и потянулась к нему.