Чтение онлайн

— Новые? — Когтистый сузил свои глаза, — так ты их вырастил?

Брат кивнул, но он не совсем понял вопроса, однако произнес:

— Да.

— Вырасти больше, — приказал их тюремщик, — вырасти больше этих, вырасти сильнее этих. Сделай это сейчас!

— Я не смогу, — проинформировал Брат, — мне нужно много металла. И для их выращивания, потребуется много времени.

— Металл... — курносая сфера передвигалась туда-сюда, оставляя следы когтей в нанитной пыли.

— Дааа! Да-да! Если я дам тебе больше металла, ты же вырастишь крылья, которые я пожелаю, так? Крылья, которыми я смогу воспользоваться, не так ли?

Брат послал крошечный локационный импульс к панцирю Сестры, и она вернула его. Это было пустым утешением, но это было все, что они могли сделать в сложившейся ситуации.

— Позволь моей Сестре уйти, — попросил он, — если ты выполнишь мою просьбу, я сотворю тебе крылья.

Когтистый обиженно задребезжал, звуком выхлопа из своих труб, а затем прислонил к стене рядом с клеткой Сестры, зубчатый стержень. Желеобразные прутья глубоко просачивались в стены. Затем заявил:

— Она поможет собрать металл.

Брат промолчал. Эта была не та сделка, на которую он надеялся.

— Я помогу тебе, — согласилась Сестра, — но, когда у тебя появятся свои собственные крылья, ты вернешь Брату его крылья и отпустишь нас на свободу.

Они не заподозрили лукавства, и когда Когтистый затараторил: «Да, да, так тому и быть». Им и в голову не пришло переспросить, а не обманывает ли он их.

* * *

Когтистый трансформировался в Дрона, для возможности полета. Брат и Сестра никогда не встречали другие разумные машины, да и на самом деле вообще никаких разумных существ, кроме своего отца. У них и так ушло много силовых циклов, прежде чем они смогли сформулировать то, что им не понравился Когтистый и многое другое до того, как программирование Сестры было перестроено, перемонтировано и сформировано в новые каналы и она даже могла думать о том, что она не верит Когтистому Дрону.

Это было значительное размышление. Эта была мысль, которая несла в себе слишком много, понятие доверия, понятие отсутствия доверия и гораздо больше, чем само понятие обмана.

Когтистый Дрон доставил ее к астероидам на украденных крыльях и неуклюжих двигателях. Сестра прогоняла руду через свои бункеры до того предела, пока не набрала достаточно металла.

Потом они вернулись и Когтистый накормил металлом Брата, все еще запертого в своей камере. Когда дневная работа была закончена, он запер Сестру в ее собственной клетке и ушел.

Сестра протянула свою тонкую паучью ногу через решетку, чтобы дотянуться до Брата и позволить ему подпитаться энергией, которую она собрала на своих солнечных батареях, за рабочий день. Как таково, они не спали, но они отключались и тогда наниты бросались на них, ремонтировали все что могли, пока Брат пил звездный свет, из пальцев Сестры.

* * *

Корабль представлял собой крошечную сферу и в центре его было крошечное солнце. Сестра даже замерла, когда увидела это явление в первый раз, а Когтистый при этом рассмеялся над ее замешательством.

— Ты видишь его, да? Солнце, – гордо спросил он.

— Я вижу его, — ответила она, — но я не понимаю, — даже самое маленькое солнце, во много раз больше этого.

— Ты правильно понимаешь. Были глупые расы, которые пытались построить стены вокруг настоящих солнц, чтобы сохранить всю энергию для себя, а не истекать ею в пространство. Это нереально. Не хватит материи, даже если вы разденете целые солнечные системы. Расы вымирают прежде, чем это делается.

— Ты же знаешь, что такое гиперпрыжок, через так называемые ворота?

— Я видела один раз такое, — ответила Сестра.

— Есть такие одни, в центре звезды, с тысячью конечных точек. Так вот одна из этих точек здесь. Поэтому у этого корабля есть только клочок солнца, мельчайшая фракция, проходящая через ворота, шириной всего в несколько атомов. И этого достаточно чтобы подпитывать всю нашу мощь.

— Так вот почему мы не почувствовали никаких признаков энергии, снаружи корабля, — резюмировала Сестра.

— Верно, верно, — хихикал Когтистый Дрон, — корабль не позволяет ничего выбрасывать в вакуум. Вся сила солнечно клочка — наша.

Сестра не видела остального корабля и понятия не имела, что находится по ту сторону крошечного солнца. Она знала только о двух тюремных клетках, коридоре и ряда трюмов. По ту сторону трюмов находилась остальная часть солнечной системы. Когтистый Дрон вцеплялся своими когтями-захватами в специальные поручни, на спине Сестры и летел с ней к следующему астероиду. Пока они летели, Сестре пришло в голову что он был очень искусен, на их украденных крыльях.

И она осторожно это подметила, что он уже однажды был крылатым.

Когтистый оставил ее на астероиде: «Я вернусь», – предупредил он ее, взмывая ввысь.

«Вернется ли?»

Эта мысль подрагивала в ее электрических цепях. Она не верила Дрону. Он мог… обманывать.

Строки кода терпели неудачу и взрывались сообщениями об ошибках. Она беспощадно их перезаписывала. Ложь. Она была чем-то вроде ошибки, которую она понимала. Всегда можно было ошибиться, узнать, что ты ошибаешься и откорректировать себя. Ложь была умышленной ошибкой и проявлением другой ошибки. Ошибкой без исправления. Ошибкой, введенной по выбору.

Когтистый мог лгать.

И Сестра могла… так же… лгать.

Она перетирала камни в пыль, пытаясь обернуть свое бесхитростное программирование вокруг концепции. Еве было передано знание добра и зла, а Сестра должна была создать это знание для себя из первых принципов, и этот процесс не был таким быстрым.[1]

В ее бункере лежал коричневый камешек. Сестра направила на него внутренние сенсоры и подумала: «Я могла бы сказать, что это был черный камешек. Я могла бы сказать об этом кому-то еще, что он был черным. Если бы они этого не видели, то и не знали бы».