Метаморф
Шрифт:
В голове землянина билась одна-единственная мысль разом на две сущности: «Убить первым!»
Что-то подсказывало мужчине, что тот, кто убьет монстра первым, получит максимум его энергии.
Тем не менее, несмотря на все его старания, шкура поддавалась очень неохотно. Поэтому мужчина не был удивлен, когда меч Крученого, пробив толстую лобовую кость, все же достал до мозга крокодила, положив конец этому безумию. Меч командира аж зашипел, раскалившись от той энергии, которую через него пропускали.
Динозавр последний раз вздрогнул, наконец испустив дух.
Но хоть Макс и не был тем, кто убил тварь, он был среди тех, кто это помог сделать. А это значило, что ему тоже полагалась награда, принять которую он был не готов.
Зимин пошатнулся, взмахнув руками, пытаясь удержаться, но все же навернулся вниз. Он упал прямо в разрезанное и разорванное нутро монстра, наполненного хлюпающей кровью.
Никто не успел его поймать, а потом всем стало резко не до того. Ведь пока они сражались, со всех сторон появились новые твари, подчас сражающиеся друг с другом.
Изрубленное тело крокодила напоминало чудовищный бурдюк, в котором плескались его же внутренности. Выносливость монстра сыграла с ним злую шутку, авантюристам пришлось здорово поработать мясниками, чтобы заставить регенерацию монстра не справляться с поступающими повреждениями.
Красная жидкость сомкнулась над головой Макса, принимая его в свои теплые и склизкие объятия.
Хищное ликование — вот то чувство, которое затопило каждую клеточку тела землянина.
Огромное количество энергии, терзающей его изнутри, позволило Максу погрузиться в то странное чувство, когда сложно понять, что реально, а что нет.
Именно поэтому перед его мысленным взором предстал внутренний пассажир, а также то место, где он находился.
Выглядел тот откровенно жутко, можно даже сказать, страшно. Представьте себе десятки и сотни щупалец из плоти, которые тянутся во все стороны, сливаясь со стенами, которые теряются в дрожащей бурой тьме.
Попытки сосредоточиться на окружении неуклонно выбрасывали Макса прочь из этого места, поэтому он запретил себе это делать. Он собирался поговорить с дрожащим хищным шариком, в котором появлялись и возникали клыки, челюсти и позвонки, а не сбегать.
Благо, «нечто» пока не проявляло агрессии, словно бы принюхиваясь к возникшему гостью.
«Что ты?» — спокойно задал он вопрос, подплыв прямо к центру этого сгустка. Как оказалось, они были под водой. Благо, дышать ему было не нужно.
Невольно становилось понятно, как мал этот шарик плоти по сравнению с самим человеком.
Будто бы учуяв эти мысли, нечто злобно растопырило щупальца во все стороны, словно мелкий еж, стараясь выглядеть угрожающе. Как котенок, который испуганно шипит и вздымает шерстку, стараясь казаться страшнее.
Правда, щупальца этого «котенка» были как бы не толще самого Макса. Будучи тонкими в основании, они экспоненциально росли по мере удаления от самого шарика.
Сами щупальца выглядели как красная, усеянная тонкими капиллярами плоская студенистая плоть.
«Да не парься ты» — развеселился Макс, взмахнув рукой и интуитивно отправив шарику свое мнение на этот счет. Зимин не хотел как-либо угрожать или оскорблять своего собеседника: «Я не собираюсь причинять тебе вред или как-то вредить. Хочу просто поговорить».
Собеседник замер, удивленный отсутствием страха, после чего аккуратно отвел щупальца в стороны, позволив вновь себя разглядеть.
«Недоумение. Любопытство. Непонимание».
Длинные толстые щупальца отошли прочь, а им на смену пришли мелкие, которые с любопытством тыкались в Макса, отчего тот начал от них отмахиваться, смеясь.
«Проклятье! Боюсь щекотки! Кто бы мог подумать, что эта хрень работает даже здесь!» — не каждый раз узнаешь, что почти двухметровый мужик может и впрямь бояться чего-то подобного.
Это была страшная тайна Зимина, которую он старательно оберегал. Но здесь он сомневался, что его кто-то увидит.
Шарик отправил в ответ порцию взаимной радости, замахав щупальцами так, как это делал сам Макс. Сюрреалистичное зрелище — огромная подводная пещера с дрожащими во тьме краями, человек и хтонический ужас, оживленно машущие друг на друга конечностями.
«Ну так кто ты, ужас маленьких девочек-волшебниц?» — вновь задал вопрос Макс, посчитав, что первый контакт прошел удачно.
В ответ пришло непонимание. Зимин начал осознавать, что общается с довольно молодым существом. Следовало задавать вопросы максимально просто и очевидно, если он все же хотел получить ответ.
Стены пещеры начинали становится все менее четкими, поэтому следовало поспешить.
«Как твое имя? Кто ты или что ты?»
Радость понимания. Немедленный ответ, от которого загрузился уже сам Макс. Как можно одним мысленным словом охарактеризовать кровожадное, вечно голодное непостоянное месиво постоянно меняющейся плоти, единственная цель которой — пожирать и становиться сильнее?
Как оказалось, такое слово существовало, хоть человеческий язык и не был способен его произнести.
«Могу я звать тебя…» — Макс замялся: «Ну даже не знаю. К примеру, Морф?» — мелькнувший на краю сознания «паразит» был убран как можно скорее от греха подальше.
Морф пожал отсутствующими плечами. Ему было все равно.
«А меня зовут Макс».
«Ма-а-а-кс». — Зимин передёрнулся от того, как это имя было произнесено. Мысленная речь была слишком… Просто слишком.
«Отлично», — Макс вздохнул посвободнее: «А теперь, Морф, зачем ты здесь?»
К сожалению, Морф не знал ответа на столь важный вопрос. Из смутных образов, которые он пытался передать, он просто возник. Вначале было голодно и очень грустно. Питающей его энергии было очень мало. Морфу пришлось заснуть, но он знал, что это не продлится долго, ведь источник энергии был где-то рядом.
Макс здраво рассудил, что это происходило ровно вплоть до открытия Подземелья.
Следом энергия появилось, Морф пришел в себя и ощутил чудовищный, сковывающий его голод.
Тем не менее голод на время отступил, благодаря погибшим гноллам, а убийство огромного динозавра стало самым настоящим праздником на улице маленького хтонического чудовища.