Чтение онлайн

Время шло, и все чаще я задумывалась об обещанном мне Яном новом походе, где мы должны были найти существ умеющих перемещаться между мирами.

Ян Коваль.

Моя Катрин. Теперь я с полным правом мог так называть эту женщину. Можно сказать, что я выиграл главное сражение в своей жизни. Когда-нибудь потом я ей признаюсь, что несколько лет не подпускал в ее окружение других мужчин, отваживая всех опасных соперников со своего пути. Когда она собралась в поход, я пошел следом, эгоистично понимая, что Кати будет вынуждена вернуться из-за меня. Мне за столько грехов стоило у нее вымолить прощенье. Но пока я еще страшусь своих признаний. Страх увидеть в ее глазах разочарование - сильнее. Лишь когда она согласилась взять меня с собой, меня немного отпустило. Кати никогда бы не позволила постороннему ей человеку рисковать собой. Это означало, что она полностью доверилась мне. Осознание этого сделало меня счастливым. Жизни без нее для меня уже не существовало.

Сейчас у меня есть все, что может пожелать мужчина. Любовь женщины, которая стала для меня важнее жизни и свой дом, в котором скоро зазвучит детский смех. Катрин была беременна. И потому я спешил быстрее разделаться с наиболее опасными делами, стараясь оградить ее жизнь от волнений за свое отсутствие.

Проникнув тайно на остров Гаруна, мы смогли разгромить основную базу пиратов и уничтожить верхушку наиболее опасного клана Дисгардов. Дисгарды были шаманами орков. На Гаруне нам удалось сделать вылазку и уничтожить дворец Повелителей, вместе со всеми, кто в нем находился. Дисгарды правили этим островом несколько сот лет, и нападения никто не ожидал. План нападения был разработан после разведки. Разведку осуществлял сам. Для этого у меня был опыт и возможности. Потому всех членов правящего семейства я знал в лицо, и считал их уничтожение - первоочередной задачей. Именно Дисгарты стали главными врагами Файнира. Если остальные кланы пиратов, думали только о наживе, то шаманы желали полностью уничтожить и поработить Файнир. Именно этой семье принадлежал самый большой флот пиратов. После разгрома их основной базы на острове Гаруна, и уничтожения верхушки клана, были потоплены все стоящие на рейде корабли и сожжены верфи. Затем наши эскадры густой сетью прошлись вдоль побережья островов, уничтожая все встречные суда пиратов и верфи.

После этого я смог вздохнуть спокойно. Я больше не желал пропустить ни одного мгновения данного мне счастья, и передал свои морские дела другому, перестав отлучаться с материка, желая быть неотлучно рядом с любимой. Я знал, как трепетно Катрин относится к детям, и понимал, что беременность может заставить ее сильнее горевать об оставленном мире. Для ее спокойствия из дома Мариты был сделан прямой телепорт. Теперь девочки встречались почти каждый день. У Мариты появился жених, проверенный недоверчивым Бастианом вдоль и поперек. Жених работал поваром в Академии, и давно и упорно ухаживал за его сестрой. Скоро намечалась свадьба, и грядущие изменения в жизни подруги отвлекали Кати от грустных мыслей.

По вечерам, когда мы оставались одни, весь мир принадлежал нам. В уютном кресле у меня на руках, мы вспоминали и говорили о других мирах, уже совершенно по-новому оценивая прошлое. И я и Кати делились недосказанным, учась полностью доверять друг другу, с каждым шагом становясь ближе. Как всех беременных Катрин преследовали страхи. Было так странно сознавать, что такая как она, может так мало отличаться от обычных женщин. Я счастливо улыбался и потакал своей милой во всех ее просьбах. В достижении своих целей, мы совершенно упустили с ней большой пласт культуры человечества. Искусство. И теперь часами могли говорить о литературе и пьесах. Мы пели песни и играли на инструментах. Со своими новыми возможностями, она читала на память множество стихов своего мира и я, настроившись на ее мысли и чувства, сопереживал ей. Со своей стороны, я рассказывал ей наши легенды и мифы. Мы искали и находили отличия и общее в наших мирах сравнивая и принимая все это в себе. Казалось странным, что при полном отсутствии магии, и столь непродолжительном сроке жизни, уровень культуры землян был потрясающе высок. Общность мифов и преданий, приводила к мысли о давних связях миров и едином человечестве. Напрягали мысли о закрытости ее мира. Ведь если Кати одна из многих, то кто запер такую могучую расу, превратив ее в рабов, отобрав магию и вместе с тем и долгую жизнь? Искусство ее мира просто кричало о мощности и запертых способностях этих людей. Точно такие же мысли бродили в голове и у Кати. Только пока у нас не было на них ответов. И мы просто наслаждались этими чудесными днями, предоставленными нам судьбой.

* * *

Весь этот день Катрин пребывала в напряжении. Неотступно преследовало ощущение чужого взгляда. Не помогли даже купание в любимом ею месте под водопадом и любимые пирожки, испеченные Маритой. Устав от непонятного раздражения, Кати присела на веранду в любимое кресло качалку. Уже засыпающая, она улыбнулась, почувствовав на себе нежные касания рук любимого, закутывающего ее в плед.

– Отдохни, я скоро, - услышала, проваливаясь в дрему женщина.

Поднимающемуся по лестнице Яну почудилась смазанная тень, промелькнувшая по направлению к дому. Он еще раз повернулся взглянуть на жену, и обомлел. Возле спящей Катрин стоял, держа обнаженный клинок, ухмыляющийся в его сторону Рон Дисгарт.

Мгновение и Ян понял, что отчаянно не успевает. Рон не дал ему ни шанса. Как только Ян дернулся с лестницы, Рон все так же улыбаясь ему в лицо, пронзил, пришпилив к креслу как бабочку, спящую женщину. Катрин дернулась и обмякла всем телом, заваливаясь на бок.

Страшный крик - и со всех сторон, проявились десятки 'теней' - элитного подразделения Империи. Рон все еще стоял, радостно улыбаясь, когда меч снес ему голову. Подразделение действительно было элитным, они смогли все-таки достать 'танцующего' гоблина - легенду Темного ущелья. Окровавленный мужчина подполз к свисающей с кресла женщине, и обняв ее за ноги, затих. Спустя несколько минут, среди звенящей тишины проявилась еще одна тень. Маг в черной хламиде, кривясь от омерзения, аккуратно перешагивая через трупы, пробрался к центру трагедии. Дойдя до веранды, пнул со злости откатившуюся голову Рона, затем вынув из рукава узкий стилет, пронзил сердце лежащего у ног женщины Яна, провернув для верности два раза. Затем оглядев еще раз поле боя, со словами:

– Жаль, а какая задумка была, - тихо исчез.