Чтение онлайн

И, как считала Хелена, получалось у них неплохо, в особенности если учитывать экстремальные условия Фрейи.

Из всего Совета она знала только двоих: Келлера, своего непосредственного начальника, и Андрея Плутонова, координатора — с ним она разговаривала сразу после прибытия на космодром. Плутонов был профессиональным управленцем, поэтому неудивительно, что он получил эту должность. Остальных ординатор прежде не видела, но меньше всего она хотела исправлять это упущение. С её точки зрения это не было необходимо для её работы.

Когда все расселись, со своего места поднялся Плутонов и вскинул руку, призывая к тишине.

— Коллеги, — сказал он. Никаких намёков на официальный тон в его голосе не было. — Мне, откровенно говоря, надоело начинать каждое заседание с плохих новостей, но приходится. В конце концов, мы тут собираемся именно из-за них. Пункт первый — пищевое снабжение. Антон, прошу...

— Да что тут говорить, — проворчал сидевший почти точно напротив него дородный мужчина с пышными тёмными усами. Голова его была совершенно лысой. — Хреново всё. Мы расчистили поля и засеяли их земными культурами, но они не прорастают. И сверхразум знает, прорастут ли вообще.

— Причина, я так понимаю, в отсутствии на Фрейе времён года? — деловито спросила худощавая пепельная блондинка по правую руку от него.

— Да есть тут времена года, — поморщился Антон. — Просто климатически они очень слабо выражены, этого мало для земных растений. Мы связались с генетиками и сейчас выводим новые ГМ-культуры, пригодные для местного климата, но всё это требует времени. Разработка, тестирование и так далее. Так что пока по-прежнему жрём цветное желе и пасты.

— Это лучше, чем ничего, — усмехнулась блондинка.

— Есть и хорошая новость, — добавил Антон. — Не всё же негативом вас поливать. В животном инкубаторе растёт искусственное мясо на земных клетках. До стейков нам ещё как до Китая, но здесь проблем ожидается гораздо меньше. Кроме того, найдено несколько местных растений, теоретически годных в пищу. Сейчас их проверяют в Центре биоугроз.

Ненадолго все замолчали.

— Пункт второй, — продолжил Андрей. — У нас всё сильней активизируются люди, не имеющие полезных специальностей. И эта проблема серьёзней, чем кажется.

— Почему же? — поинтересовалась всё та же блондинка. — Они не хотят работать?

Андрей вздохнул.

— Нечто вроде того, — сказал он. — Они хотят работать, но только чтобы это было легко и просто. Вот и получается, что семьдесят процентов населения представляют ценность, а остальные — нет. Не поймите меня неправильно, мне и самому неприятно такое говорить. Моя собственная жена на Земле играла на скрипке и виолончели, а здесь её навыки пока что никому не нужны. Но! Она прекрасно сознаёт это и сейчас работает диспетчером на базе «Гагарин», где от неё не требуют специального образования и где она может приносить пользу. Возможно, когда мы осядем здесь плотнее, она создаст оркестр и начнёт возрождать искусство, но это дело будущего. А там, — он ткнул пальцем в сторону, — сидят люди, ждущие от Фрейи лёгкой жизни. Те, кто занимался современным искусством, кто водил туристов по Парижу и Лондону, политики и все прочие, кому повезло оказаться в нужном месте в нужное время и попасть на борт «Авангарда». Что мы будем делать с ними?

— Это сложный вопрос, Андрэ, — тяжело прокряхтел ещё один советник. — Низкоквалифицированные работы у нас в основном выполняет автоматика. Мы не на Земле, чтобы следовать старым законам. Выделять пятнадцать процентов производственной мощности живым рабочим и потом продавать эти проценты в супермаркетах по двойной цене... «Колбаса, сделанная человеческими руками!», «никаких манипуляторов!». Чушь это. Для Земли годилось, но для Фрейи — нет. Обеспечить твоих «бесполезных» подходящей им работой мы не сможем.

— С этим надо будет что-то делать, — задумчиво проговорил председатель. — Подумай, Луи. Это, в конце концов, твоё поле.

— Подумаю, — легко согласился Луи. — Отступать всё равно некуда.

— И, наконец, третий пункт, — немного подождав, сказал Андрей. — Перейдём, так сказать, от бытовухи к настоящим проблемам.

— У тебя должны быть веские причины, чтобы называть первые два пункта бытовухой, Андрей, — заметила блондинка.

— Они очень веские, Аманда. Эд?

— За последнее время на Фрейе произошло много агрессивных событий, повлёкших за собой гибель и ранения людей, — сказал Эдмунд Келлер. — Несколько дней назад сотрудники береговой станции «Гагарин» обнаружили дрейфующий катер в приливной зоне, пассажиры исчезли. Пострадала девушка-пилот при попытке собрать образцы плесени с опор моста, которая, как оказалось, разъедает бетон. Это побудило меня задать работу аналитическому отделу — из чистой паранойи, если хотите, но на своей работе я обязан быть параноиком. А позавчера, как вы все знаете, случилось нападение морских животных на исследовательское судно «Сигюн». Погибло восемь человек, корабль сильно повреждён. Всё это было изучено, и результат... скажем так, результат меня не обрадовал. Передаю слово доктору Моргенсен из Центра контроля биологических угроз.

Хелена поднялась, слегка нервничая. Примерно то же самое она испытывала, защищая диссертацию перед толпой учёных, которые внимательно слушали каждое её слово. Заседание напоминало не общение государственных лиц, а скорее посиделку старых друзей, обсуждающих насущные проблемы. Только проблемы здесь были планетарного масштаба, и Хелена чувствовала себя лишней.

— Здравствуйте, — неуверенно проговорила ординатор. — Мною был проведён анализ ряда событий последнего времени. И... В общем... С вероятностью в пятьдесят пять сотых все они или большая их часть — результат деятельности разумной цивилизации, ведущей против нас диверсионную войну.

В зале воцарилась мёртвая, неестественная тишина.

— Ты не ошибаешься, девочка? — посмотрев на коллег, вкрадчиво спросила Аманда. — Мы ведь не обнаружили никаких признаков существования здесь хоть чего-то разумного. А искали весьма тщательно.

— Тонко намекаю, что доктор Моргенсен — ординатор, — скучным голосом заметил Келлер. — Именно поэтому я и позвал её сюда: чтобы убедить скептиков. В особенности скептиков родом из зелёной Ирландии.

— Я не ошибаюсь, — сказала Хелена. Теперь она работала, и эмоции ушли, уступив место расчётливому холодному равнодушию. — Есть много факторов, указывающих на неестественность этих событий. Части из них можно найти объяснение без привлечения дополнительных сущностей, части — нет. Возможно, у нас просто неполная информация. Но одно из объяснений — это действия диверсантов, и пока что это наиболее вероятная гипотеза.

— Глупости, — буркнула Аманда. — Будь это реальные диверсанты...

— Так! — Андрей поднял руки. — Друзья, я очень надеюсь, что истина лежит в оставшихся сорока пяти процентах вероятности. Но сбрасывать со счетов гипотезу доктора Моргенсен мы не можем. Потому что если вдруг окажется, что она была права, а мы — нет, нам конец. А заодно и всему человечеству.

— Ладно, — сдалась ирландка. — Верю. Ещё какие-то предположения, милочка? Например, где могут прятаться эти враги?

— Все нападения совершались вблизи от воды или в море. Плесень тоже появилась возле реки. Если учесть, что на суше следов присутствия разумных существ до сих пор не найдено, с большой вероятностью они живут под водой либо в пещерах приливной зоны.