Чтение онлайн

Он подтягивается за минуту раз сто, после чего отпускает прутья, грузно приземляясь на ноги и тяжело дыша, медленно ходит по клетке туда-сюда, восстанавливая дыхание. Бешеный ритм — и это не нормально, но всё же, способ был действующим. Он больше не был возбуждён и мог спокойно смотреть в мою сторону.

— У нас несколько секунд времени, пока они закончат переодеваться в свою форму, — вдруг начинает он, приближаясь к ограждению между нами. — Сиди тихо и не задирайся, — учит он меня, и я раздражительно закатываю глаза. — Это не шутки…, - лишь успевает добавить он, как шаги вновь возобновляются и через пару секунд, шестеро солдат появляются в подвале.

— Ну что, голубки, наговорились? — говорит один с издевкой в голосе, удерживая в руках кандалы, которые видимо вновь принёс для Демьяна. — Дрочил уже на неё? — добавляет, и Дьявол одаривает его испепеляющим взглядом. — Что ж, только это тебе и можно! Главное чтобы рука не отвалилась! — добавляет и вся другая охрана, начинают хором смеяться. Скоты!

— Руки! — грубо бросает другой мужчина, приближаясь на безопасное расстояние к решёткам.

Демьян молча, с некой уверенностью и спокойствием приближается к решёткам, выставляя немного руки сквозь них, а солдат с кандалами, продолжая улыбаться, подходит к нему, чтобы защёлкнуть цепи на его руках. Но как только он приближается к клетке, Демьян резко просовывает руку сильнее и, ухватив его за шиворот, со всей силы бьет лицом об прутья решетки, лишая парня чувств.

Другой солдат, реагируя запоздало, просовывает свою дубинку между прутьями и ударяет Демьяна разрядом тока, заставляя упасть его на колени. Всё так быстро и неожиданно, что я даже пискнуть не успела. А дальше, пока Дьявол находится в секундном замешательстве, его заковывают в кандалы, надевают новый ошейник и уводят все скопом, в соседние подвальные двери, которые находились за выступом колоны, подпирающей потолок. До этого, я совсем их не замечала.

Оставаться одной, мне долго не пришлось. Спустя минут двадцать, за мной пришел здоровенный амбал в классическом костюме, и, набросив мне наголову мешок, унёс наверх. Даже с закрытыми глазами, я почувствовала перемену климата, свежий воздух и легкий ветер, который ласкал мою охолодевшую кожу. Не смотря на то, что время — раннего утра, всё же, здесь было намного теплее, нежели в подвале. Мне больше не хотелось туда возвращаться, поэтому я и не сопротивлялась в руках мужчины, который куда-то меня уносил.

Я хотела встретиться с Виктором, поговорить с ним, попытаться договориться, в конце концов! Он же ведь не будет тоже всё время, меня держать в подвале, в надежде сломать, моё сопротивление! К тому же, он должен понимать, что если я посижу ещё, хотя бы пару деньков в таком холоде, вряд ли тогда вообще смогу родить когда-то ребёнка!

Меня бросают на заднее сидение автомобиля, понимаю это после того, как мы начинаем движение, а дальше минут пятнадцать, которые кажутся мне вечностью, мы едем в не известном мне направление. После чего меня опять вскидываю на плечо, и некоторое время вновь несут.

Мне безумно сильно хочется в туалет, всё тело болит и никак не может, согреется, но я молчу, понимая, что разговорами и сопротивлением только усугублю себе положение. До сих пор губа болит и, наверное, синяки на лице остались от ударов Виктора, но всё же, я ведь знаю себя, что не смогу просто терпеть, если он вдруг вновь решит воплотить свои планы на меня, в действие.

Ещё минут пять проходит, прежде чем меня приносят в нужное место, и я опять ощущаю почву под ногами.

— Виктор Сергеевич! Девушка здесь как вы и просили! — отчитывается мой амбал.

— Зачем мешок? — слышу хриплый голос своего мучителя. — Она никогда отсюда не выберется, — добавляет он, как приговор. — Нет нужды скрывать ей глаза, — говорит, и с меня срывают моё временное укрытие. А дальше, мой надзиратель быстро покидает нас и у меня получается немного осмотреться.

Первое что вижу, это профиль Виктора, в двух метрах от меня, который сидел на подлокотнике кресла и медленно покуривал сигару. На нём костюм, идеально выглаженный, модный, дорогой. Такой уверенный в себе, с гордой осанкой, словно ему все безразлично и это больше всего пугало. Казалось бы, таких людей не побеждают. Такие, не проигрывают и не принимаю поражение! И какие там, у меня могут быть шансы?!

Оглядываюсь и понимаю, что нахожусь в кабинете Виктора, выдержанном в сугубо мужском стиле. Вокруг был беспорядок, на столе кипа бумаг и прочей мелочи. На стене было открыто настежь отверстие, с массивной металлической дверцей, которое походило на сейф. Создавалось впечатление, что Виктор что-то искал и весьма не удачно!

— Ну как ночь? — спрашивает он, не отрывая взгляда от листа бумаги в своих руках.

— Ты говорил, что у тебя с моим отцом контракт на год, — игнорирую его вопрос. — А теперь, оказывается, я отсюда никогда не выберусь?!

— Я передумал. Оставлю тебя себе навсегда. Мне нравится твой строптивый характер. Люблю воспитывать особо тяжёлые случаи. Ломать. Переучивать. Это так забавно!

— Ублюдок, — рычу я, не в силах сдержатся. Оказывается, у меня с самого начала не было шансов на свободу. И этот липовый контракт, просто для отвода глаз…отцу, который думал, что устраивает мне лучшую жизнь.

— Поосторожней, — предупреждает меня Виктор, оставляя сигару в пепельнице и медленно поднимаясь на ноги. Напрягаюсь вся, съёживаюсь, словно в ожидании удара, но он даже не приближается ко мне, а подходит к своему сейфу, приступая ворошить там бумаги, заодно начинает перечислять мне, обязанности на день грядущий, словно я уже согласилась на его условия…стать для него личной шлюхой и инкубатором.

— В первую очередь помойся. Воняешь за километр, — говорит, извлекая кипу бумаг из сейфа, и сбрасывая на кресло. Одновременно, краем глаза замечаю, как что-то выпадает из этого же сейфа, медленно прикатившись к моим ногам.

Убедившись, что Виктор не заметил этого, опускаю взгляд в пол и вижу перстень, мужской, массивный из золота и печаткой с некими непонятными мне иероглифами.

— Дальше, — тем временем продолжает Виктор, вновь поворачиваясь мне спиной. — Придёт Суа, и позаботится о твоём теле. Я люблю гладкое тело, без единого лишнего волоска или изъяна, — говорит и бросает на меня быстрый взгляд. Я как раз вовремя успеваю посмотреть на него в ответ, чтобы не вызвать подозрений. А моё молчание, видимо его удивляет.

Не знаю, почему моё внимание привлек этот перстень, просто небольшой отвлекающий момент от бреда Виктора. И пока он вновь отворачивается к своему сейфу, продолжая что-то там выискивать, я приседаю на корточки, беру это кольцо в руку, мгновенно ощутив его тяжесть и некую невидимую энергию силы и мощи. Кручу его несколько секунд в руках, замечая внутри выгравированную надпись «Дэмиэно Манчини», и шестиугольную перевёрнутую звезду на самой печатке, с небольшими переплетающими иероглифами.

Всем известно, что перевёрнутая шестиугольная звезда — это знак Дьявола, а ещё, мне припоминалось, что подобной формы татуировку, я уже видела на руке Демьяна и именно это, вызывает во мне подозрение, заставляя забрать этот перстень себе, который я спрятала в лифе своего платья.

— После всех процедур, оденешься в то, что я тебе дам и будешь ждать меня в моей комнате, на кровати, — продолжает Виктор, раздражительно захлопывая дверцу сейфа. Видимо не нашёл того, что искал.

— А не пошёл бы ты к чёрту…, - наконец-то прихожу в себя я, понимая, к чему он ведёт.

Виктор делает два широких шага ко мне и грубо хватает за горло, достаточно сильно сдавливая его.

— Хочешь ещё одну ночь в клетке? — рычит он, и я замолкаю. — Так и думал… Иди помойся, воняешь как куча навоза! — выплёвывает, брезгливо отталкивая меня от себя. — Игорь! — зовёт он мужчину, который привёз меня сюда. — Отведи её в мою комнату и проследи, чтобы хорошенько отмылась! — добавляет с улыбкой, а у меня внутри всё холодеет от его двухзначного приказа и слащавой ухмылки, на лице моего надзирателя!