Метка
Шрифт:
— Пока не знаю. Я через пару дней уеду, а вы останетесь здесь.
— Как это? — я подскочила и смотрела на лицо Ахмета, которое с трудом увидела в темноте.
— Да успокойся ты, здесь вам ничего не угрожает, никто об этом месте не знает, и добраться сюда не так легко.
— А что мы здесь будем делать, Ахмет, может ты тоже останешься?
— Как только я решу все вопросы, вернусь за вами.
То, что сказал Ахмет «вернусь за вами» это было так по человечески. Как будто мы и правда семья.
Проснулась я когда только начинало рассветать. Ахмет спал спиной ко мне. Зато я спала как надо. Если Ахмет спал на подушке, то я скатилась с неё. Лбом прижалась с большой спине Ахмета и моя рука обнимает его за талию.
Мои слова и действия не слабо так расходятся.
Строю из себя недотрогу, а сама обнимаю его самым наглым образом. Он даже спит ко мне спиной, чтобы не смущать, а я как не знаю кто.
Вот как-будто мне и так проблем мало. Не хватало ещё только дать ложные надежды Ахмету. И тогда будет полный букет. Ведь никто не обнимает чужого мужчину, к которому ничего не чувствуют. Но ведь я не чувствую. Не чувствую. Не чувствую. Не чувствую. Я твердила себе это, будто боялась забыть.
Я убрала руку с талии Ахмета, и тихонько пошла переодеваться, чтобы не разбудить мужчину, которому я подкинула столько проблем.
Несмотря на то, что было ещё очень раннее утро, Айше и Резван уже во всю бодрствовали. Каждый был занят своим делом.
Я вошла на кухню, где и обнаружила Айше.
— Доброе утро-улыбаясь сказала я.
— Детка, ты чего так рано вскочила, ещё ведь очень рано. Это я наверно здесь шумлю, просто отвыкли уже от гостей, давно нас стариков никто не радовал приездом.
— Нет, нет, все в порядке, не беспокойтесь. Я сама проснулась. Может быть я могла бы вам помочь чем нибудь, а? Я без дела сидеть совсем не могу, да и не привыкла.
— Что ты дочка, я со всем сама управляюсь.
— Вы не стесняйтесь, говорите. Я все вам помогать буду. Мне только в радость будет. Вот может с завтраком смогу помочь.
— А помоги, вдвоём — то мы с тобой столько дел переделаем.
И мы начали заниматься делами. Айше варила кашу, я нарезала вяленое говяжье мясо.
— Айше, а можно немного каши отложить, у Кристины аллергия на коровье молоко, я ей варю или на воде или на козьем молоке. Только оно ей и подходит.
— Детка, на воде это не Хорошо, но ты не переживай. У Ахмета такая же аллергия была в детстве, потом кажется прошла. Мы с тех пор на козьем и варим, и сыр козий у нас. Так что все будет хорошо.
Я сразу вспомнила, что даже когда мы были в доме Ахмета, там ведь и стояло в холодильнике козье покупное молоко. Но на тот момент голова была забита совершенно другим. А сейчас я вспомнила.
Надо же. Оказывается не только у Крис такая проблема.
— Дочка, скажи мне, а что ещё девочке нельзя?!А то мало ли не угляжу. Чтобы я сразу убрала с видного места.
— Можно все, кроме коровьего молока, и цитрусов. Но и сладким не балуйте. А то я ее знаю.
— Хорошо, хорошо детка.
Закончив все приготовления, я решила выйти во двор. Все-таки вокруг такая красота. Воздух настолько чистый, что голова кружится. Горы которые видны, трудно описать словами, тем более, когда ты ничего в этой жизни ещё и не видела. Ни гор ни моря.
Кристине смена климата тоже должна пойти на пользу.
Завтра Ахмет скорее всего уедет, и мы останемся одни.
Легко ли ему там будет? Справится ли он там? Не пострадает ли?
Страшно, что мы может потерять его. Нашу единственную защиту. Я старалась гнать эти мысли как можно дальше.
Возможно Ахмета там кто-то ждёт. Может даже женщина. А почему нет. Он красивый молодой мужчина, к тому же богат. В наше время, это играет большую роль.
Поэтому конечно у него кто-то есть.
Мы ведь все время, сколько знакомы, говорим только обо мне. И о моих проблемах. Я ни разу не спросила его не о чем. Свалилась ему на голову. Он возится со мной. К семье своей привёз.
Да, привёз, но лишь потому, что дал слово защитить, хоть и не должен.
Он мог забрать папку, и попросту нас вышвырнуть. Не заботясь о то, что с нами будет, но он этого не сделал.
Самое страшное, это когда я привыкну к нему, но придёт время, и нам нужно будет попрощаться.
Мне кажется я уже к нему привыкла. Я уже даже забыла при каких обстоятельствах мы познакомились. Страшно подумать, что бы со мной было, не появись он тогда.
Интересно, какой этот мужчина в жизни. Вот прям в обычной жизни. Где люди живут вместе, заботятся друг о друге. Вместе готовят и ходят куда-нибудь.
Какой Ахмет когда любит? Какой он когда болеет?
— На вот, замёрзнешь.
Я так сильно задумалась, что даже не услышала как вышел Ахмет и набросил мне на плечи какой-то полушубок. От неожиданности я подпрыгнула на месте.
— Ахмет, не подкрадывайся, я так от разрыва сердца умру, напугал меня.
— А ты чего тут притихла? План побега обдумываешь? — с улыбкой спросил Ахмет.
Его улыбка была такой красивой. Ровные, белые зубы. Да и сама улыбка. Это заглядеться можно. Он когда улыбался, вот так во весь рот, даже выглядел моложе и добрее. Хотелось улыбнуться в ответ. Вдруг я такую его улыбку вижу в первый и последний раз.
— Ага, вот стою прикидываю на чем мне лететь. На метле, или ещё что — нибудь подходящего имеется.
Ахмет заулыбался ещё шире. Вот же зараза такой. Говорят бывает смех заразительный, а здесь улыбка. Я все же не смогла удержаться и заулыбалась в ответ.
— Пошли завтракать-все с той же улыбкой ответила я и легонько толкнула его в дом.
Так пролетел ещё один день. Все тихо, спокойно и понятно. Кристину было не загнать с улицы. Она почти весь день ходила за Айше как хвостик.
У них оказалось огромное количество животных. Кролики, козы, куры, коровы. Но что больше всего умиляло мою дочь, так это дымчатая пушистая кошка и два маленьких котёнка. Она играла с ними, гладила. Здесь ребёнок был абсолютно счастлив. Ведь здесь столько всего нового для неё. Айше и Резвана она называла бабушка Айше и дедушка Резван.