Чтение онлайн

Начальник открыл рот, похлопал им и выдавил.

– Бери.

Я снял автомат, передернул затвор и двинул стволом парню в живот.

– А ну, пошли назад.

– Не надо,- взвизгнул тот.

– Стой. Бери свою квитанцию. Мясники проклятые.

Начальник выдергивает откуда-то из кармана бланк и расписывается на нем.

– На и отваливай.

Обратно нам повезло. В поселок шла телега. Мы забрались в нее и продремали до самого Васькиного дома.

В доме суматоха. Все готовятся к бане. Бегает как ненормальная Верка от дома до маленькой дымящей постройки на берегу речки. Я семейную баню не признаю и на приглашения Василия отказываюсь.

– Ладно, после нас вымоешься.

Они моются часа три. Наконец, вползают в дом и Мария Ильинична начинает меня уверять, что баня выскоблена и мне можно идти.

Какое наслаждение париться на полке и хлестать себя дубовым веником. Вдруг пар пробивает голая фигура.

– Варька, что ты здесь делаешь?

– Помыть тебя пришла.

Полная голая грудь прижимается к моему горячему телу. Руки начинают шарить по животу.

– Варька...

Но бешеная девка уже вцепилась в меня.

Старшина сам приходит в дом.

– Василий, следующая неделя тебе дежурить.

– С Сашкой что-ли?

– Учи парня, учи. По лесам-то он ходит хорошо?

– Хорошо.

– Вот и здесь надо тоже учиться.

Старшина закручивает самокрутку.

– Начальник пятой, накатал на вас бумагу, будь-то вы занимаетесь самоуправством. Пишет, что опять за зря людей губите.

– Врет он все. Я даже не ходил на переговоры с ним, Сашка был и то же поссорились.

– Сашка, чего он говорил тебе?

– Я требовал квитанцию, а он не давал. Я сказал, что тогда забираю парня обратно.

– Так и сказал?- смеется старшина.

– Так и сказал.

– И он что?

– Выдал квитанцию с матюгами.

– Ладно, занимайтесь своим делом. Эту бумагу я прикрою.

Дежурить оказывается надо в поселке. На северной части поселка стоит пост, где постоянно маячит фигура стражника. Все прибывшие с Севера проходят проверку с целью выявить беглецов, каторжников с северных деревень и поселков и шатающихся по тайге "темных людей".

Мы уже с Василием третий день. Василий никого не проверяет, а просто взглянет на прибывшего скажет.

– Колян, это ты?

– Я, - ответит тот.

– Проходи.

И все. Так десятки человек снуют туда и обратно и всех Васька знает в лицо.

– Запоминай их, Сашка,- говорит он.

По дороге несется старенький ЗИЛ, наполненный пустыми бочками.

– Стой!- орет Васька поднимая автомат.

– Куда несешься, Степаныч.

– За горючкой, Васенька.

– Сашка, посмотри, что там.

Я вскакиваю на ступеньку и заглядываю в кузов. Вдруг Ваську как подбросило.

– За горючкой, говоришь?

По кошачьи запрыгнув в кузов, Васька передергивает затвор автомата и выпускает очередь в одну из бочек. Та воет человечьим голосом, потом затихает. Васька опрокидывает бочку. На дно кузова вываливается окровавленный человек.

– Васенька,- лепечет Степаныч.

– Вон, заворачивай и вон.

– Но мне горючки...

Васька поднимает автомат.

– Хорошо. Я поехал.

Васька соскакивает, а машина разворачивается и уходит по дороге в вал густого леса.

– Обмануть думал, сволочь.

– Вася,- говорю я,- тот парень из под бочки...

– Ну...

– Я его сдавал четыре дня назад начальнику пятой.

– Хм... Я не обратил внимания. Надо было этого говнюка, Степаныча, расколоть. Жаль отпустил.

Варька совсем потеряла стыд. Уже без оглядки, не обращая внимания на родителей, она спит со мной. Василий доволен, это я вижу по его роже. Однажды когда женщин дома не было, Васька заговорил со мной.

– Слушай, Сашка, я вижу у вас с Варькой все на мази, может все сделаем по закону, как положено. Сыграем свадьбу, дом построим, все как у людей.

Честно говоря, мне совсем на Варьке жениться не хотелось, но я боялся Ваську.

– Хорошо, но давай, зимой.

– Само собой разумеется. Ты не думай, я тебе приданое большое дам. У меня знаешь сколько денег, миллионы.

– Миллионы? От куда?

– Премии всякие, да вот мы захватили последний раз знаешь сколько. Ого-го...

– Мы захватили воровскую кассу. За нее воры хребет могут сломать.

– Ну и что? Не боись. Теперь она наша. Пойдем со мной. Посмотри.

Он приводит меня к большой печке-лежанке. Отодвигает лавочку и снизу вытаскивает два кирпича. Запускает туда руку и вытаскивает аккуратно сложенные пачки.

– Смотри. Здесь рубли, здесь доллары. Я плохо знаю стоимость этих бумажек, но знаю, это на наши деньги - очень много. О рублях не говорю, здесь их несколько миллионов. А вот мешочки, смотри. Здесь золотой песок, а здесь камешки. Какая прелесть.

Зеленые, желтые, красные, розовые камни разных размеров, засверкали на мозолистой ладони.

– Это все будет твое и твоим детям.

Васька запихивает пачки денег и мешочки обратно и затыкает кирпичи на место.

– Как будущему зятю, раскрываю тайник. Раз мы все обговорили, не грех и выпить.

Он уходит к себе в спальню и через две минуты приносит бутылку водки.

Мы выпиваем и закусываем огурцами. Васька бьет меня по плечу и смеется. Он доволен.

Мне теперь разрешили на "охоту" ходить одному. Я уже дважды ходил на поиски беглецов и хотя не удачно, так как они удирали не через мои районы, но зато время тратил не зря, лучше изучил топографию районов.

Со второго лагеря сбежал знаменитый убийца- Колька-Пыж. Подняли всех стражей и раскидали по тайге. Мне достался западный район, ближе к реке.

Иду осторожно, уже вошло в привычку, ходить по кошачьи без шума. В тайге прошатался два дня, но никто через эту зону не прошел. Решил возвратиться домой.

Впереди раздались неопределенные звуки. От дерева к дереву иду на звуки. У кедрача возятся кабаны. И тут громадный секач учуял меня. Он повернулся и клыки грозно поднялись в мою сторону. Еще кто-то заскребся сверху. Поднимаю глаза и вижу рысь. Она, распустив усы, приготовилась к прыжку на мою голову. Я прижимаю палец к губам и шепчу ей: "Ш..., ш..., ш..." Рысь застывает и ее зеленые глаза потеряли блеск охоты, она явно разочарована, что ее засекли. Тут секач начинает разгон, чуть склонив голову, он резво ранул в мою сторону. Вскидываю автомат и стреляю в его упрямый лоб. Кабана подбросило, он сделал сальто и грохнулся к моим ногам. Сверху, рысь через мою голову сиганула в густоту мелких елочек.