Чтение онлайн

Его улыбка порочна, когда он встаёт, грубые руки поднимают меня на стойку. У меня нет времени перевести дыхание, прежде чем он заполняет меня полностью, и от неожиданности я вскрикиваю. Он сжимает мои бёдра, притягивая меня ближе, его толчки глубоки и неистовы.

— Ты так хороша, — стонет он. — Такая тугая. Ты создана для меня, да? Создана для того, чтобы я трахал тебя так.

— Да, — выдыхаю я.

Он рычит низко в горле, вколачиваясь в меня снова и снова, пока я не оказываюсь на грани потери контроля.

— Я хочу, чтобы ты кончила для меня. Кончи на мой член, малышка. Дай мне это почувствовать.

Его команда отправляет меня за грань, и оргазм пронзает меня. Беккет следует сразу за мной, стонет моё имя, когда дрожит рядом. Долгое мгновение мы оба трясёмся, мир исчезает, и остаёмся только мы.

Его рельефная грудь вздымается от тяжёлого дыхания.

— Прости. Я не мог ждать, — говорит он, ухмыляясь, как озорной ребёнок.

Я выдавливаю смешок.

— Да, я заметила.

Мы остаёмся так на несколько мгновений, просто обнимая друг друга, слыша океан за окном. Я смотрю на него, моё сердце полно, но эта боль всё ещё там, зарыта глубоко.

— Я сегодня много думала об Уилле, — признаюсь я, проводя пальцами по его груди.

Беккет кивает, его улыбка меркнет. Он выскальзывает из меня и натягивает спортивные штаны обратно на бёдра.

— Да. Я тоже. Выборы завтра.

Я киваю в ответ. Уилл работал без остановки над кампанией. Он писал нам, держал в курсе всего, и хотя я рада за него, я также хочу, чтобы он был здесь с нами. Чтобы он мог быть частью этой жизни, которую мы строим.

— Как ты думаешь, его кандидат победит? — спрашиваю я, собирая с пола свою одежду.

— Надеюсь. Он вкалывал ради этого. Он заслуживает.

Мы оба молчим мгновение, погружённые в свои мысли.

Наконец Беккет смотрит на меня, его черты смягчаются.

— Ты очень скучаешь по нему.

Я проглатываю комок в горле.

— Да. Скучаю.

Он подходит и убирает прядь волос за моё ухо, его прикосновение нежное.

— Я тоже. Но… у нас есть это, сахарная пышка. И это хорошо. Это правда хорошо.

Нет, то, что у нас есть, — больше чем хорошо. Но всегда будет часть меня, которая скучает по Уиллу.

— Но если он снова передумает и не захочет приезжать… будет ли это всё ещё хорошо? — хрипло спрашивает Беккет. — С нами?

— Почему нет?

— Если он не приедет, я буду для тебя достаточен?

У меня отвисает челюсть.

— О боже. Конечно, достаточен.

Он вглядывается в моё лицо, в его глазах мелькает непривычная уязвимость.

— Ты уверена?

— На все сто. — Мы оба слышим убеждённость в моём голосе. Потому что я, чёрт возьми, серьёзно. — Я люблю Уилла, но моя любовь к нему не имеет ничего общего с моей любовью к тебе. Ты более чем достаточен, Бек. Ты защищаешь меня, заботишься обо мне, заставляешь чувствовать себя в безопасности, трахаешь меня по первому требованию…

Он хихикает.

— Как я могу быть не удовлетворена этим? Тобой? — Я беру его лицо в ладони, гладя однодневную щетину на его челюсти. — Я люблю тебя. Тысячу раз подряд.

Улыбка поднимает его губы.

— Я тоже тебя люблю. И у меня такое чувство… мы ещё увидим его. Возможно, скорее, чем мы думаем.

Я киваю, прислоняясь головой к его плечу, и на мгновение позволяю себе в это поверить.

Заманчивое предложение

Комната наэлектризована, гудит от энергии, когда результаты всё подходят и подходят. Я буквально чувствую напряжение в воздухе, но оно хорошее. Такое, какое бывает, когда вот-вот произойдёт что-то грандиозное. Я смотрю на экраны, укреплённые на стенах. Харпер на самом деле впереди.

Затем я смотрю на Тессу, которая была со мной на этих американских горках с самого первого дня. Она печатает что-то в телефоне, наверное, уже набрасывает заголовок на завтра. Я быстро улыбаюсь ей, и она отвечает тем же, её глаза сияют от неверия и восторга.

Восторга, который я тоже должен чувствовать. Наш кандидат вот-вот победит. Я должен быть в восторге, как и все остальные. Но я не в восторге.

Если честно, мне всё равно.

— Похоже, мы это делаем, — говорю я, и мои слова звучат наполовину как вопрос, потому что, хотя цифры ясны, это всё ещё не кажется реальным.

Это были грубые, грязные, жестокие шесть месяцев, с октябрьским сюрпризом, который чуть не утопил Харпер: трое сотрудников-мужчин выступили с обвинениями в сексуальных домогательствах. На то, чтобы дискредитировать этих парней, ушло совсем немного времени — оказалось, их подкупил наш конкурент. Но те несколько дней плохой прессы убили её в опросах. Я честно не был уверен, сможет ли она восстановиться.

— Похоже на то, — подтверждает Тесса, широко улыбаясь. — Думаю, она действительно победит.

Вся комната теперь смотрит на экран телевизора, хотя цифры уже зафиксированы. Это электрическое чувство снова здесь. Все остальные затаили дыхание, ожидая, пока кто-то объявит это официально. И вот это происходит. Ведущий новостей объявляет результат. Комната взрывается криками, люди вскакивают с мест, обнимаются, некоторые из сотрудников даже плачут. Наш кандидат только что избран.

Я хлопаю вместе с остальной командой, но это чувство апатии не проходит. Оно лишь перерастает в укол отвращения, когда воспоминания о том, чего это стоило, нахлынули на меня. Фальшивые обещания, которые я слышал от Харпер. То, как Памела Керри говорит на два фронта.

Я знал, что политика грязна, но думал, что хорошие ребята по крайней мере чище, чем большинство.

Это не так.

Тесса легонько бьёт меня в плечо, улыбаясь, будто выиграла в лотерею.

— Хорошая речь, — говорю я ей, кивая на телевизор.

Харпер Вожняк теперь стоит за трибуной, благодарит своих сторонников. Слова, которые Тесса ей дала, отточены, но искренни — всё, что вы хотели бы услышать от новоизбранного чиновника. Просто чертовски жаль, что она не верит ни одному своему слову.

— Ты правда так думаешь? — спрашивает меня Тесса.

Я киваю.

— Ты чертовски хороший писатель, Тесс.

Её улыбка немного меркнет, и на мгновение между нами что-то меняется. Что-то невысказанное. Она приближается, пространство между нами сокращается.

— Ты действительно нечто, ты знаешь? — говорит она. — Я имею в виду, я чувствовала, что ты будешь хорош в этом, но наблюдать за тобой в деле последние несколько месяцев… это было впечатляюще. То, как ты взялся за эту историю с сексуальными домогательствами, докопался до сути. Это было блестяще, Уилл.