Чтение онлайн

Ты неоднократно показываешь, что никто не знает, как и почему возникает сознание, но нигде не выражаешь сомнения, что "грубая материя порождает нечто идеальное и эфемерное, именуемое душой". Позицию Декарта ты, такой блестящий эрудит и знаток, не "услышал"? Ты увидел во всей этой проблеме только излюбленный логический тупик: "Само сознание не осознает, откуда оно происходит" и нисколько не сомневаешься, что "когда-то его (сознания. – Л. Ш.) не было, а потом оно вдруг возникло". Что бытие порождает сознание – так говорят только советские философы (и те, кто за ними следуют) – марксисты-материалисты. А ведь в философии (не говоря уже о религии) не одну сотню лет существует и другая точка зрения. Эти философы не ищут границу между духом и телом, ибо уверены, что ни при каких условиях телесное не "переходит" в идеальное и все рассуждения даже о "тонкой", "разреженной" материи как носительнице духовного – блеф. Ты, конечно, понимаешь, и, наверное, согласен с тем, что происхождение сознания нельзя рассматривать в отрыве от вопроса происхождения бытия. Это и есть "узел" – онтологический. Но почему тебя "ужасает" мысль о том, что "сознание не может определяться ни физическими, ни биологическими, ни физиологическими законами"? Наверное, сознание подчинено другим законам: будем их познавать – и искать. (Я пыталась показать это в своей книге, тебя мой взгляд нисколько не убедил?)

Решение вечной проблемы происхождения бытия – это уже вопрос мировоззрения, выбора той картины мира, которая, как говорит Марина Холодная, "выражает наш ментальный опыт", или, как говорит другая наша сокурсница, Наталья Логинова, "концептуальную систему ученого". А может быть (как ты говоришь), решение этой "простенькой головоломки" – "само по себе" "бытие" произошло из небытия, или "бытие" сотворил Господь из "ничего" – "запрограммировано" в наших "мозгах" полученным нами образованием: сызмальства в нас внедрен марксистский тезис, что наука и религия несовместимы, что одно исключает другое.

Однако, "оказывается", есть другие мнения. Знакомы ли тебе работы белорусского академика, физика-теоретика Вейника, американского профессора в области математической физики Полкинхорна, биолога Хабринка и многих-многих других, которые, принадлежа к естественной науке, изучая природу, верили в Творца, ее создавшего?! Ты, конечно, знаешь, что не только сэр Исаак Ньютон, но и почти наш современник Альберт Эйнштейн верили в Бога. Правда, ты можешь не знать, что в Санкт-Петербургской Духовной академии в 1990-х годах прошло несколько международных конференций, когда естественники – физики, биологи, астрономы, кибернетики – вместе с богословами (кстати, тоже кандидатами физических и математических наук) обсуждали первоначала Мира и приходили к согласию!

Мне кажется, что для тебя, человека, влюбленного в Науку и провозглашающего естественнонаучное знание образцом науки, естественен этот выбор позитивистского направления в философии, утверждающего, что только естественная наука по самому своему существу может дать всеобщее мировоззрение. Неслучайно позитивизм становится в XX веке идеологией для научного сознания и тесно с ним соединяется. Однако насколько плодотворным является позитивистский подход в решении гносеологической проблемы?

Узел онто- и гносеологической проблемы можно попробовать развязать, потянув за одну из "ниточек". Для тебя такой "ниточкой" стало "суживание" всего человека до "человека познающего". Невозможно понять, как человек познает мир, не поняв, каков его "орган познания". Ты создаешь новое направление в психологии – психологику, тем самым предлагая свое решение онтогносеологической проблемы: психика "построена" по законам логики и, следовательно, описать (познать) ее можно по правилам логики. Прежде чем продолжить свою мысль, мне хочется отметить безусловно вызывающие у меня уважение твою честность и отсутствие претензии на решение "вечной" проблемы, твое скромное заявление, что это только попытка "порешать" ее. А также твое мужество – готовность выслушивать критические замечания по поводу предлагаемых тобой идей.

Как аргументируется или чем подкрепляется твоя оригинальная догадка?

1. Верой (опять парадокс?) Цитирую тебя: "Я верую, что природа вообще (и природа сознания в частности) рационально постижима".

2. И провозглашением принципов – главных принципов психологики – "человек исключительно есть существо познающее" – и "психика... в теории должна быть представлена как логическая система".

Я тоже набираюсь "мужества", чтоб высказать тебе эти самые "критические замечания": почему я не могу согласиться с твоим подходом к рассмотрению парадокса сознания. Конечно, каждый автор имеет право строить свою теорию на произвольно выбранных принципах. Психология получит еще "n+1" концепцию! А Истина? И наша тоска по ней?

Вывод, который ты делаешь дальше, что "...психология как естественная наука не может существовать", если психика не есть логика, представляется мне неправомерным. Даже если признать психологию наукой естественной, т.е. применяющей логику как инструмент познания, это еще не значит, что сам познаваемый "предмет" – психика – имеет основания, структурированные логическими законами. Еще никто не доказал, что психика – это компьютер. Мозг можно представить как биокомпьютер для переработки информации, поступающей в виде первичного кода, но мозг – это не психика. Нет оснований, как мне кажется, утверждать что бытие, мир устроен по законам логики, вероятно, он все-таки шире, глубже и выше, и его можно сравнить скорее со сферой, а логику как инструмент познания – с измерительной линейкой. Разве можно с помощью линейки дать полное описание шара? Точно так же, если считать, что сознание есть "орган" познания мира, данный человеку, и выразить надежду, что это адекватный орган (подобное познается подобным – нельзя массу тела измерять в метрах), то тогда и сознание должно быть чем-то аналогичным миру, и его невозможно измерить и описать логикой-линейкой.

В твоем "ментальном опыте" не звучит сигнал о противоречии, "невозможности" употребления такой терминологии: "...Одно сознание знает лишь, что какая-то из его догадок получила подтверждение..."; "механизм сознания... стремится, способен, желает, искусственно проблематизирует имеющееся знание..."? У меня возникает вопрос: КТО же это знает, желает, способен, стремится – маленький гомункулус внутри мозга? Значит – "мыслит – мышление", "чувствует – эмоция", а "говорит – речь", а не человек? Что конструктивного дает такая персонализация процесса? Не тот ли это самый анекдот про "умную" женщину, у которой в голове маленький телевизор? Ты можешь сказать: "Это метафора". Но что помогает понять эта "метафора"? Эта подмена "Я", самосознания человека его персонализированным процессом создает лишь иллюзию решения.

Конечно, нет ответа на вопрос – "кто такой "Я"?" Может быть, лучше честно признаться: "тайна" – пока не знаем и, может быть, не узнаем. Признали же физики невозможность "вечного двигателя", может быть, им тоже мучительно далось это ущемление профессионального самолюбия?! Мне кажется, замена тайны иллюзией мало приблизит нас к Истине. Признание ограниченности человеческого познания наряду с определенной полнотой и точностью будет примером антиномичного суждения. Понять границу своего познания – не так уж и мало! (Вспомним, чем больше человек знает, тем больше он понимает, чего он не знает.) Поэтому, даже если мы психически "ничего" не знаем о самом сложном психическом феномене – "сознании", то что-нибудь мы все-таки знаем о внутренней жизни человека? Все "вечные", темные проблемы психологии, которые или не решаются, или имеют иллюзию решения, если стоит только задуматься поглубже, о природе психического феномена, ты называешь парадоксами. Твоя книга – это коллекция парадоксов.

Парадоксы ты решаешь с помощью трюков – "изощренной словесной эквилибристики". То, что ты называешь парадоксом, я бы назвала антиномией, формула которой "и... и". Сознание

– и "помнит" о чем-то, и забывает то, о чем "помнит";

– и воспринимает (невоспринятое) и не воспринимает (воспринятое).

Человек и свободен в своем выборе, и выбор его причинно обусловлен (свобода, несмотря на детерминизм).

Борис Нечипоров пишет о том, что во всех правдивых текстах о человеке можно обнаружить не просто сложность, но алогизм, совмещение несовместимого, однако, по его мнению, именно это делает текст понятным и глубоким. Антиномию он понимает как то, что воссоединяет и примиряет полюса оппозиции "тезис – антитезис": человек и прекрасен и уродлив, и глубок и низок, богоподобен и неблагодарная тварь. В христианской антропологии считается, что человека как целостный феномен невозможно описать в терминах "или ... или", а только в терминах "и... и": человек – это и тело и дух, он и детерминирован и свободен, временный и вечный, низменный и возвышенный. Антиномичное описание человека задает контекст его понимания. Антиномия, аналогия, символ – этот язык мне кажется более адекватным, чем язык логики, для описания того целостного феномена, который называется "человек".

Мне хочется выразить надежду, что наш корабль – "III съезд российских психологов" – совершит методологическое путешествие по океану "Плюрализм" и найдет архипелаг "Истина". А мы с тобой, дорогой друг, получим в этом путешествии массу интересных впечатлений!

Лариса Шеховцова, 21 апреля 2003 года

Дорогой Витя!

Я прочел твою новую книгу и испытал большое счастье, к которому так и не могу привыкнуть: то ли твои мысли становятся все совершеннее, то ли я меняюсь...

Но прежде чем перейти к заметкам об этой книге, я хотел бы сказать несколько слов о трилогии, которую она замыкает. "Опыт...", "Сознание...", а теперь и "Путешествие" для меня сыграли огромную роль – роль освобождения мысли. Начиная с 1930-х гг., наша психология покрылась зловещей тенью "единственно верного учения". Силы психологии иссякали, а попытки восстановить ее достоинство вечно упирались в марксистско-ленинское чванство ("там" самые талантливые психологи несли печать ущербности, ибо "не понимали" того, что было ясно простому учащемуся парт-политпросвета). Рассуждения же о безумной сложности психики человека, призывы к созданию фундамента новой психологии с помощью частных, но точных и достоверных разработок, появление новомодных компендиумов совершенно разношерстных теорий – все это следствие дезориентированности нашей прошлой науки о сознании и попытка из песчинок слепить краеугольный камень.