Чтение онлайн

– Его уже ловят те, кто должен, а вам – не положено! – услышал за спиной Борис Андреевич.

Небольшая фора у них имелась. Но именно небольшая – нельзя было останавливаться ни на минуту. И Борис, наплевав на усталость, ринулся бежать, крепко прижимая к себе дрожащую от холода Лену.

В туннеле царила кромешная тьма. Фонарик Молотов не зажигал, боясь дать ориентир преследователям. Или стрелкам – зависело от того, как далеко готов был зайти Фролов. Пахло сыростью. Холод пробирал Лену до костей, особенно мерзли ноги. А вот с Молота, напротив, пот катился градом. Ноги его то и дело запинались об камни, но каждый раз сталкеру удавалось устоять на ногах. Попадался на пути и мусор, и сорвавшиеся со стен кабели. Борис матерился сквозь зубы, спотыкался, но скорости не сбавлял. Лена большую часть пути до Чернышевской молчала. Лишь когда огни станции показались впереди, она спросила Бориса:

– Дядь Борь! Тяжело, да? Может, я сама пойду?

– Босиком? По камням? – отозвался Молотов, переводя дух. – Нет уж.

Больше Лена не нарушала молчание, она вообще перестала двигаться, лишь шевелила пальцами ног, чтобы не дать им окоченеть. Запыхавшийся, взмокший, Молотов шагал все вперед и вперед, прижимая к себе Лену, вздрагивающую от страха и холода.

В десятке метров от блокпоста Чернышевской Молотов остановился, осторожно опустил Лену на пол, чтобы достать из кармана спецпропуск. Эта бумажка с оттиском печати не только должна была открыть перед ними все двери, но и служила отличной защитой от лишних вопросов. Тут Бориса и увидел Фил, убивавший время в компании постовых. Его приветствие Молот проигнорировал – меньше всего он сейчас был настроен на дружеские разговоры. Едва перемахнув через бруствер, Борис снова подхватил Лену на руки и хотел мчаться дальше.

– Эй, Молот! Ты куда бежишь? Чё за шухер? – крикнул Фил вслед товарищу, и добавил, не дождавшись ответа: – Молот, обожди. Да постой ты. За вами чё, гонятся?

– Да! – коротко бросил через плечо сталкер.

Филипп бросил карты, оставил кружку с недопитой брагой, забежал вперед и остановился прямо перед Борисом, вынуждая его прекратить движение.

– Оу кей, как грится. Пусть гонятся. Но это, блин, не повод игнорить друзей! И чё девка босая? Не годится. Эй, Буд! Вали сюда! – позвал Фил своего приятеля.

Будда быстро сориентировался в ситуации и на пути спрыгнул не с пустыми руками. Для Филиппа он захватил АК-74, а для себя – пистолет-пулемет «Бизон» [33] .

– А «калаш» твой где? – удивился Борис.

Бурят издал неопределенный звук.

– Продал он его, – густо покраснев, пробормотал Фил, – бабки срочно понадобились. Моя вина – проигрался в карты…

– Дурак ты, – Борис сокрушенно покачал головой. Но арсенал у сталкеров так и так получался внушительный: у Молотова был с собой АКМ [34] , пистолет Стечкина и граната РГД.

Филипп внимательно посмотрел на Лену, потом на мгновение скрылся за пилонами станции, а вернулся с парой женских сапог в руках.

– Где взял? – усмехнулся Молотов. Сапожки пришлись Лене почти в пору, они были всего на пару размеров больше. Теперь девушка могла идти сама.

– С трупа снял. Шучу. Украл, – расплылся Фил в щербатой улыбке. – Ну, ходу.

Филипп встал в авангарде маленького отряда, Бадархан взял на себя арьергард. Теперь, в окружении товарищей, пусть и не таких проверенных, как Псарев и Суховей, Молотов почувствовал себя немного увереннее. Да и Лена успокоилась, перестала стучать зубами.

Постовые получили от Будды по паре патронов и пообещали сталкерам как можно дольше задержать любых посторонних, если те появятся на Чернышевской. Молот, поняв, зачем товарищ бегал на дальний КПП, аж причмокнул от удовольствия – он об этой простой предосторожности даже не подумал.

Беглецы скрылись во мраке.

Этот туннель проходил прямо под руслом Невы. Тут было так сыро и промозгло, что даже Будда, одетый в плотную ветровку до колен, то и дело ежился. Лена и вовсе тряслась на ходу, словно ее разбила лихорадка. С потолка капала вода.

– Как же тут мерзко… – нарушила молчание девушка после того, как на ее макушку упала огромная холодная капля.

– Это метро, детка, – ответил Фил, посмеиваясь. – Ничего, потерпи немного. «Ленина» – хорошая станция. Согреемся. Отдохнем. Расслабимся.

Лена в ответ лишь тяжело вздохнула. Она понимала: все испытания меркли в сравнении с тем, что ждало ее на станции врачей.

– Значит, вы хотите увидеть тела неизвестных сталкеров, обнаруженные на берегу реки? – переспросил старший врач, благообразный мужчина лет пятидесяти, представившийся Сергеем Ивановичем. – Мужа, наверное, ищите?

– И мужа, и отца, – отозвалась девушка чуть слышно.

Сергей Иванович нахмурился, покачал головой.

– Вот как бывает. Что ж, пойдемте со мной. Тут недалеко.

Худшие опасения Молотова не оправдались: их спокойно пропустили на станцию, выслушали, оказали содействие. Возможно, сделал свое дело особый пропуск, выданный Гавриловым, либо никто не хотел перечить трем вооруженным сталкерам. Погоня, если она и была организована, пока не наступала на пятки. Пока все шло хорошо.

Лена старалась держать себя в руках. Девушка то бледнела, как полотно, то заливалась каким-то нездоровым румянцем. Ее трясло. Колени Лены заметно подрагивали. Каждый шаг давался ей с трудом. Фил пытался успокоить ее. Сначала он с глубокомысленным видом изрекал банальные фразы в духе: «Да не парься, все будет хорошо», – но сделал только хуже. Тогда Филипп попытался рассмешить девушку, запев песенку про зайцев и трын-траву.

– Кончай, а, – взмолился Борис. – От твоего пения ей только хуже станет. И мне в придачу.

Фил надулся, буркнул под нос: «Ну и пжалста!», и больше за все время пути не разу ни открыл рта.

Будда песен не пел. Он лишь посматривал то и дело на Лену, размышляя о чем-то, ему одному ведомом. И когда они подошли к КПП Площади Ленина, Бадархан, улучив момент, когда никто не смотрел на него, осторожно взял Лену под руку.

– Пути назад нет.

Лена хотела переспросить, что имел в виду бурят, но тот уже отошел в сторону.

«Назад пути нет. Что это значит? – спросила Лена мысленно, и сама же ответила: – Да что угодно. Я вряд ли вернусь домой. И даже назад по этой же линии метро мне не вернуться. Остается идти вперед. Только вперед…»

Морг станции Площадь Ленина представлял собой тесное помещение с настолько низким потолком, что пригибать голову пришлось даже коренастому Будде. Молотов и вовсе вынужден был идти, нагнувшись. В дальнем конце комнаты лежали трупы, накрытые серой тканью. К ним и направился врач. В воздухе висел тяжелый запах, от которого всех вошедших затошнило. У Лены запершило в горле, заслезились глаза. Сталкеры к трупному смраду были более-менее привычны, но и им стало не по себе.

«Четверо, – сосчитала Лена неподвижные тела. – Наших было столько же. Значит, они…»

Фил между тем тронул Сергея Ивановича за плечо и поинтересовался:

– А че мортусы их не забрали? Странно как-то.

– Между прочим, это для вас большая удача, – заметил на это старший врач. – Вечером должны приехать, если карантин со станции снимут.

Молот ткнул Фила в бок кулаком. «Еще раз вякнешь – убью», – читалось во взгляде Бориса.

– Не тяните, пожалуйста, – попросил доктора сталкер. – Не пытайтесь ее подготовить. К этому не подготовишь. Лучше покажите скорее тела.