Чтение онлайн

– Не может быть! – пробубнил из-под шлема солдат, – Охренеть! – в голосе были слышны нотки радости. Солдат снял шлем. Вадим тотчас же узнал лицо друга и товарища, который однажды спас ему жизнь.

– Емельян! – радостно вскрикнул Вадим.

– Вадим, братишка! – ответил так же радостно Емельян и кинулся на шею сталкеру, – Живехонький! Живой! Твою мать, не верю! – говорил рейнджер сквозь смех. Он по-дружески бил Вадима по спине, пытаясь осознать, что это не мираж, не иллюзия, а настоящий пропавший сталкер. Вадим высвободился из объятий друга. На глазах выступили слезы радости.

– Дурилка картонная, чего же ты сразу не сказал, что живой?! – упрекал Емельян, – Перепугал нас только! Мы уже и опрокинули бутыль-другую за тебя и за Олежу… – рейнджер помрачнел, – Но не будем о грустном. Ты как здесь?

– Да вот, на базу снова иду. Говоришь, похоронили меня уже?

– Да кто знал, что с тобой приключилось-то?!.

– Ты че застыл там? – пробасил Медведь, проталкиваясь к Вадиму, – Я ж потерял тебя…

При виде двухметрового рейнджера, также считавшегося пропавшим и погибшим, у Емельяна от внезапной радости полезли глаза из орбит.

– Мишаня… Мишутка! – Емельянов чуть ли не прыгал от радости, словно маленький ребенок, которому подарили желанную игрушку, – И ты – живой?! Мужики, да вы совсем совесть потеряли! Ладно хоть, Ульман обрадуется, что Мишутка наш живой! А то совсем никакой ходит…

– Здорово, Димасик! – Медведь обнял Емельяна так сильно, что тот закашлялся.

– Ну всё-всё, на Ульмана оставь силы, – ответил Емельян, – Так ещё ж и Егора обрадовать надо! И сержанта, и… Да всех обрадовать надо!

– И Егерь здесь? – спросил Вадим.

– Не, он на базе.

– А ты тут чего?

– Да вот, Коваленко сказал присмотреть, чтобы без дебоширов тут, да парням помочь с такой толпой. Нет, ну кто знал, что в метро столько любителей науки? Тут ведь все: и Полис, и Ганза, и Красные, и с других станций… Даже Рейх привел своего химика!..

– Какого химика? – переспросил, насторожившись, Вадим.

– Да этого… как его… я же его распределял… Валерий Клицко, кажется…

– Такой простоватый, среднего роста?..

– Да они все тут, как на одно лицо! Знаю лишь, что химик рейховский, пришел в сопровождении таком нехилом. Только всех фашистов не пустили, двоих только в охрану, а остальных пришлось развернуть.

– Это тот? – спросил Медведь, намекая на химика, о котором ему рассказывал Вадим.

– Скорей всего, – ответил сталкер, – Если увижу, опознаю сразу.

– А что у вас к нему? – спросил Емельян, переводя взгляд с Вадима на Медведя и обратно.

– Дело есть, – сказал Вадим, – Потолковать о химии надо. Где, говоришь, он сейчас?

– Должен быть в своем гостевом номере. Наведаемся?

– Естественно, – ответил за Вадима Медведь, – Только возьми ещё парочку парней с собой. Чтобы охрана его не выпендривалась.

– Эт мигом, – подмигнул Емельян, – Сейчас за пацанами схожу, тоже без дела маются, да пойдем к вашему ученому.

– Он не наш, – проворчал Вадим и пошел за Емельяном.

***

Гостевой номер химика находился практически в самом эпицентре движения ученых. Протолкнуться к нему было также нелегко, но при виде рейнджеров толпа расступалась, давая дорогу. Вадим надел свой шлем, чтобы химик не сразу его узнал. Взяв с собой пару солдат, рейнджеры двинулись к гостевому номеру.

Ученых поселили в вагонах на отдельно выделенной площадке, обустроив её как гостиницу. Их распихали по комнатам, и там ученые ожидали своей очереди на конференцию. Сама конференция должна была начаться через час.

Емельян довел товарищей до нужного номера и постучался. Дверь открыл один из охранников.

– Чего? – спросил из-за двери верзила.

– Открывай! Проверка пришла! – ответил Емельян.

– Какая ещё проверка?

– В планах безопасности. Если вам скрывать нечего, то пропускай! Иначе будут проблемы со штабом… – пригрозил Емельян. Фашист пожал плечами и отошел, давая пройти рейнджерам. Вадим зашел вторым, следом за Емельяном. В комнате скромных размеров находился сам химик и двое его телохранителей.

– Вышли! – приказал Емельян охранникам.

– А это ещё зачем?! – возмутился фашист.

– Меньше народу – больше кислороду, – ответил Медведь, – Все не влезаем, так что давай, вы двое – на выход!

Фашисты пожали плечами, но уходить не собирались.

– Ребят, давайте без конфликтов, выйдите по-хорошему, – просил их уже сам ученый. Вадим все это время разглядывал его. Всплывший образ заспанного ученого, который посреди ночи тогда вошел в допросную на Пушкинской, впечатался в память Вадима. Перед ним сидел именно тот человек, который разработал вредный вирус, сейчас отравляющий Вадима. Тем временем охранники уже вышли, и рейнджеры закрыли за ними дверь.

– Документики можно? – спросил Емельян химика.

– Да, конечно, – ученый протянул ему листочек со своими данными.

– Так, Валерий Дмитриевич Клицко, не ошибаюсь?

– Все верно, – Валерий был в приподнятом настроении. Вадим отодвинул Емельяна и встал напротив сидящего ученого.

– Узнаешь? – спросил он.

– Не понял, что? – переспросил Валерий.

– Значит, нет, – сказал Вадим и снял с головы шлем, – А теперь?

Лицо химика мгновенно приняло выражение недоумения. Брови удивленно поползли вверх, а рот приоткрылся. Минуту спустя он выдавил из себя:

– Как? Это… вы? Но вы же…

– Да, был в плену. И, как видишь, сбежал, – Вадим развел руками.

– Но… это невозможно! – глаза химика забегали по комнате в поисках спасения.

– Разговор у нас будет короткий и ясный, – спокойно продолжал Вадим, – Ты сморозил вирус, который в меня вкололи? Тебе и лекарство теперь делать.

– Какой вирус? Какое лекарство? – недоуменно говорил Валерий. Вадим демонстративно достал из кармана ампулу с антидотом и покрутил ею перед глазами химика.

– Вот эта вот хрень продлевает мне жизнь на сутки. А мне надо, чтобы навсегда. Дураком не прикидывайся, понимаешь же, о чем я! Мое терпение – не вечное, может вот-вот лопнуть. А кулаки у меня давно по твоей морде чешутся…

– Ах, это? – Валерий легонько засмеялся, расслабившись.

– Что смешного?! – вскипая, прикрикнул Вадим.

– Это и не вирус вовсе…

– А что?!

– Ну, как вам объяснить? – Валерий утер пот со лба, – Знаете, что такое наркотики? Так это – примерно то же самое.