Чтение онлайн

– Купите по дороге все что нужно, - я сунула ему деньги. – А я подъеду, как только закончу с приглашениями.

Мне срочно нужно было узнать, откуда у женщины столько долгов и почему у нее нет работы. А еще хотелось бы понять, почему многодетных матерей так запросто можно было упечь в тюрьму, оставив сиротами малых детей. Нет, это же несправедливость в чистом виде!

Глава 20

– И какие же приглашения вам нужны, леди Мерифорд? – управляющий типографией заискивающе посмотрел на меня сквозь толстые стекла очков. – Что это будет за праздник? Кого вы хотите пригласить на него? Будет ли оговорен цвет одежды, чтобы сделать приглашения именно в тон?

Я слушала его и не понимала, как можно было заниматься такой ерундой? Заставлять людей шить себе наряды определенного цвета, чтобы бегать по парку одноцветной стайкой?

– Это будет не праздник, а прием для жителей Корндбери в честь моего переезда в «Золотую рощу», - сказала я и тут же поинтересовалась: - У вас есть списки жителей города? Просто я не всех знаю здесь и боюсь пропустить хоть кого-то из них.

– Конечно, леди! – Додж Стиферсон принялся суетливо рыться в ящиках стола. – Такие вещи всегда имеются в типографии! А как же без них? Вот список достопочтенных жителей Корндбери, а вот список тех, кто просто испортит ваш прием своим видом.

Он подсунул мне два листка, исписанных круглыми буковками. В том, что хранил тайну фамилий недостойных граждан, имен было куда больше.

– Сколько вам нужно времени, чтобы сделать приглашения? – спросила я, снова начиная раздражаться от всех условностей и предвзятого отношения к людям.

– Леди, мы все сделаем быстро и в лучшем виде! – Додж Стиферсон всплеснул руками, демонстрируя восторженность то ли моим присутствием, то ли своими возможностями. – Пару-тройку дней! Не больше!

– Тогда я возьму эти списки, чтобы изучить, хорошо?

– Конечно! Вы можете дома выписать всех, кто удостоен чести посетить прием на отдельный лист и мы тут же сделаем приглашения на эти фамилии! – управляющий низко поклонился мне, а я взяла списки и вышла из типографии с чувством глубочайшего возмущения.

– Улица Оргуэлла, дом восемь, - сказала я конюху, прежде чем сесть в экипаж. Мне хотелось посмотреть на бедных детишек арестованной Пегги Бутби.

Это был квартал для бедняков. Кругом стоял отвратительный запах, зловонные лужи наполняли каждую канаву, а домишки выглядели мрачными. Мне даже показалось, что я оказалась в совершенно другом городе, ведь этот квартал разительно отличался от респектабельного Корндбери. В центре даже самые маленькие дома утопали в цветах, сияли чистыми окошками, и возле них всегда можно было увидеть служанку в накрахмаленных чепце и переднике.

Жилище Пегги Бутби ничем не отличалось от ужасных, кривых построек квартала. Скорее, они походили на сараи для животных. Дверь в дом была открыта и, выбравшись из экипажа, я вошла внутрь, согнувшись почти пополам, чтобы не задеть головой низкий проем.

– Леди, я купил для них еды, но разве можно детей оставить одних? – Флойд Барчем сидел на стуле и с горечью наблюдал за жадно жующими детишками.

Ребята были одеты в обноски, девочки носили рваные юбки, а мальчишки уже давно выросли из штанов.

– Да уж… Оставлять их точно нельзя… - я задумчиво смотрела на них, не зная что предпринять. Везти детей к себе?

– Я узнал от соседей об их матери. Пегии Бутби не пьет, всегда заботится о детях, но после смерти мужа не может найти работу, чтобы обеспечить им достойное существование, - тихо произнес Флойд. – Она задолжала за еду и когда выросли проценты, хозяева лавок подали в суд.

– Странно только, зачем же они тогда давали ей в долг, если знали, что женщине нечем расплатиться? – я нахмурилась. – Это странный способ заработка.

– Ну почему же? – удивился мой управляющий. – Сейчас пройдет суд, их мать, а следом и взрослых детей отправят в работный дом, чтобы она могла рассчитаться с долгами. Если Пегги взяла в долг варенные овечьи ножки за один пенни, то с процентами должна была отдать пять.

– Овечьи ножки? – переспросила я, не совсем понимая, что он имеет в виду. Вряд ли эта бедная женщина могла позволить себе баранью ногу.

– Да, небольшая часть ноги до копыта, - объяснил мне Флойд. – Это самое дешевое, что может купит из мяса бедняк. Готовить это тоже большая роскошь, ведь не у каждого есть возможность покупать дрова для очага.

Реальность оказалась куда более страшной, чем я себе представляла. Господи, бедные люди…

– Сколько в этом квартале домов? Может, вы знаете? – мне было интересно знать, насколько много здесь горожан, находящихся на грани нищеты. Да что там на грани… Это и была нищета.

– Не знаю, сколько домов, но здесь живу примерно триста человек, - управляющий сжал здоровой рукой свою культю. – Ох, видимо поменяется погода… Так выворачивает кости…

– Нужно определить детей до возвращения их матери, - я посмотрела на ребят, которые уже поели и испуганно таращились на меня большими глазами. – И, кажется, я знаю что делать. Побудете с ними, мистер Барчем?

– Зачем вы спрашиваете, леди? Я все сделаю для этих бедняжек и для вас, - мужчина кивнул мне. – Отправляйтесь, куда вам нужно.

– Вы случайно не знаете, где живет Дейзи Фицпатрик? – эти женщины были мне сейчас остро необходимы.

– Все знают, где живет Дейзи. Это рядом с типографией – розовый дом с зелеными ставнями, - ответил мне Флойд Барчем и, не теряя времени, я помчалась к единственному человеку, которому были небезразличны проблемы бедняков.

Но как только мы выехали из бедного квартала, мой экипаж чуть не столкнулся с ехавшим навстречу экипажем. С трудом вывернув в сторону, встречная карета зацепила стену ближайшего дома и с грохотом остановилась. Правящий ею конюх выругался, принялся кричать, размахивая руками, а я, спрыгнув на землю, с раздражением поняла, что дальше мы не поедем – во встречном экипаже отвалилось колесо.

И только в этот момент я увидела уже знакомый герб на дверце кареты. Да это же герцогский транспорт!

Эммет спрыгнул на мостовую, посмотрел в мою сторону, и на его лице отразились все те чувства, которые он испытывал к моей персоне.

– Почему я не удивлен, что это вы? – его голос звучал ровно и холодно. Интересно, он когда-то выходит из себя? Эта аристократическая манера держать себя, бесила меня неимоверно.

– Наверное, потому, что вы неприязненно относитесь ко мне? – также холодно поинтересовалась я.

– Я? Вы слишком высокого мнения о себе, леди Миранда. Мне абсолютно все равно, что вы делаете, - герцог надменно приподнял бровь. – Вот только по вашей вине я не попаду на партию виста.

– Да что вы? – я приосанилась, чувствуя надвигающуюся словесную потасовку. – Какая жалость… А я вот спешила на помощь бедным детям, мать которых арестовали за долги. Но вам ведь это не интересно, ведь так? Партия виста куда важнее, чем жизнь людей, прозябающих в квартале для бедных!

– Вы хотите сказать, что это я виноват в их нищете? – Эммет потемнел от гнева. – Да как вы смеете…