Чтение онлайн

— Джейми.

— Со мной все в порядке, просто небольшая слабость…

— Джейк сказал, что ты спала, когда он оставил тебя, и просил до утра тебя не беспокоить. Хорошо еще, что он оказался здесь. Я ведь понятия не имела об этих твоих приступах.

Джейми хотелось сказать кузине, что она и сама не имела понятия об этом, что слабость произошла от сильной головной боли и нервного напряжения, вызванного присутствием Джейка, но она мудро промолчала. Сердце ее все еще неистово колотилось, мысли путались при малейшем воспоминании о том, как губы Джейка касались ее губ, и как она разомлела, забыв всю свою строгость и холодность. Боже милостивый, как она могла допустить подобные вещи? Нет, все это лишь ее воображение, это оно сыграло с ней такую недобрую шутку. А если нет? Как же она посмотрит теперь в глаза Джейку?..

Тут на поверхность памяти начали всплывать другие, более ранние воспоминания. Джейк вынудил ее согласиться поехать на Рождество домой. Но почему? Ведь ему так же мало нужна ее компания, как и ей. Он, правда, мотивирует это тем, что мать и Марк соскучились по ней. Хотел ли он сам, чтобы она приехала туда, или просто решил помучить ее?

Хватит думать об этом! Пора вставать. Но в этот момент Бет присела на край кровати и оживленно спросила:

— Ну и как тебе Аманда? Правда, она хорошенькая?

— Для Джейка даже слишком! — чересчур быстро ответила Джейми и тут же пожалела об этом, заметив на лице кузины удивление. — Она говорила, что не уверена в необходимости немедленного замужества. Она вообще пока не хочет выходить замуж. Ни за кого. Насколько я могла понять, она опасается, что ее отец и Джейк решат вопрос этого брака без нее.

— Да нет, не может такого быть! Джейк не способен на подобные вещи. Да и с какой стати? Если он захочет жениться, любая с радостью пойдет за него.

— Ты имеешь в виду его бывших любовниц? — не без сарказма спросила Джейми. — Знаешь, Бет, по-моему, Джейк слишком горд для этого. Он хочет такую жену, которая целиком и полностью будет в его подчинении. Невинное создание, не знающее других мужчин, не имеющее ни душевного, ни сексуального опыта. Не сомневаюсь, что Аманда в его глазах именно такое существо, и он уверен, что из нее получится превосходная жена. К тому же она единственный ребенок в семье, а отец ее очень богатый человек.

— Я знаю, что вы с Джейком не ладите, но все же он не настолько плох, каким ты его себе представляешь. — Бет была явно расстроена. — У него, конечно, есть недостатки, он порой грубоват и упрям, но…

— Не спорь со мной, Бет, — устало проговорила Джейми. — Джейк человек достаточно хладнокровный, чтобы решить, чего он хочет от жизни, и, когда цель поставлена, он будет идти к ней, не озираясь на такие пустяки, как чувства и эмоции.

Явно озадаченная горестной холодностью кузины, Бет встала.

— Я зашла только поглядеть, проснулась ли ты. Пойду сделаю тебе чашку чая. Ты уверена, что с тобой все хорошо?

Кивнув, Джейми отвернулась и уткнулась лицом в подушку. Она чувствовала, что с ней далеко не все так хорошо. Но надо же как-то — хоть словесно — защитить себя от реальности предстоящей встречи с Джейком. Каждый раз повторяется одно и то же. Она попыталась изгнать из сознания мучительное воспоминание о его объятиях, о желании прижаться к нему всем телом. На лбу ее выступил пот, живот пронзила острая боль. Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы это не было правдой, пусть это окажется просто плодом ее воображения. А вдруг Джейк догадается, что ее равнодушие и холодность к нему — только хрупкий барьер, за которым она все эти годы таила свою любовь? Сама мысль об этом была ей мучительна.

Еще один день прошел. Вздохнув, Джейми заперла дверь офиса и торопливо вышла в холод раннего ноябрьского вечера.

В последнее время работы у них хватало, но не из-за этого лоб ее постоянно хмурился, а глаза потускнели от усталости. Даже Ральф, ее партнер, заметил, что она утратила свою обычную холодность и самообладание. За это надо благодарить Джейка, думала она с раздражением, и ее рот кривился.

На прошлой неделе она получила сумбурное письмо от матери, писавшей ей, как они с Марком разволновались, узнав от Джейка, что она собирается приехать к ним на Рождество.

Джейк внушил им надежду. Припер ее тем самым к стене, сделав невозможным найти причину в последний момент отказаться от поездки домой. Насколько болен Марк? Глубокая озабоченность еще больше наморщила ее лоб. На все вопросы об отчиме она получала успокоительные, но уклончивые ответы. Вот и сейчас мать сообщала, что у Марка лишь небольшая ангина. Но что, если с ним что-то более серьезное? Что, если?.. Страх сжал ее сердце при мысли о том, что с отчимом все может обстоять гораздо хуже, чем ей говорят. Она понимала, что не простит себе, если Марк умрет, так и не повидавшись с ней.

Все было бы иначе, если бы Джейк не жил так близко к родителям. С тех пор как на него легко руководство фабрикой, он то и дело наведывается в Куинсмид, чтобы обсудить с отцом текущие вопросы, и она все время откладывала свое намерение навестить близких, ибо ей невыносима была мысль встретиться с ним в доме, где она познала столь идиотскую радость.

Как типично для Джейка это высокомерие, с которым он будет ожидать ее прибытия в прошлое и вести себя так, словно ничего не случилось. Ох, если бы не Ванда… Они собирались сказать родителям о своих чувствах, когда те вернутся из отпуска. Джейк решил, что свадьбу они отпразднуют на Рождество. Как наивна она была, полагая, что он любит ее, и как умело держал он ее в неведении относительно своих истинных мыслей и целей.

Да, ее любовь не нашла ответа. Но гораздо больнее ранило то, что она, все детство и юность смотревшая на него снизу вверх, обожавшая его и буквально ослепленная блеском этого полубога, которому поклонялась, — она безоглядно поверила, что он действительно любит ее, и наивно полагала, что этот бывалый и весьма привлекательный мужчина, разменявший третий десяток, страстно влюбился в неопытного подростка, которого знал чуть ли не с младенчества.

Но неужели, если бы Ванда не открыла ей глаза на правду, было бы лучше? Она часто задавала себе этот вопрос, но всякий раз хитроумно уходила от ответа.

Джейми нравилась ее работа, кроме, пожалуй, рекламной стороны бизнеса, столь необходимой для престижа их небольшой фирмы, — это было нечто такое, что она предпочитала оставлять Ральфу. Но интересно, стала ли бы она затевать свое дело, дающее к тому же не такую уж большую прибыль, будь она женой Джейка и матерью его детей?

Особых амбиций и устремлений она никогда не имела, что не значило, однако, что она думает о себе как о человеке, способном лишь на ведение домашнего хозяйства. Маргарет Брайертон доказывала дочери, что женщина может оставаться независимой и знать себе цену, и в то же время иметь все, что делает женщину женщиной. Да она и сама видела, что Марк при всем его богатстве, силе и влиянии так же зависим от ее матери, как и она от него. Любые эмоции, переживаемые одним человеческим существом из-за другого, непременно делают его в чем-то уязвимым и зависимым. Так что хватило бы женщине ума, и она прекрасно сумеет остаться независимой и в браке, с усмешкой подумала Джейми, выходя из вагона метро и сливаясь с толпой, устремившейся к эскалаторам.

Пока она добиралась до своего дома, ветер усилился и исхлестал ее ледяными потоками. Этот небольшой, ветхий, почти полуразрушенный дом в викторианском стиле она купила на те сравнительно небольшие деньги, которые остались ей от отца. Теперь, пять лет спустя, дом стал превосходной рекламой работы ее компании.

Она вошла в небольшой холл и зажгла свет. Ясной парижской лазури ковер успокоительно действовал на глаза, а желтоватый оттенок стен изгонял память о холодном унынии ноябрьского вечера.