Чтение онлайн

— Прошу прощения? — Кондрат встал напротив женщины.

Она вздрогнула и медленно подняла голову, посмотрев на Кондрата мутными, как будто покрытыми плёнкой, глазами. «Словно живший труп», — мелькнула у него в голове мысль.

— Значит это ты… — её голос был как скрежет ржавых петель, но она смотрела на него и будто не видела. — А мне всё было интересно, кто так хочет видеть меня…

— Специальная служба рас…

— Я знаю, кто ты. Присядь, — взмахнула она повелительно рукой на один из булыжников. Кондрату это совсем не понравилось. Старше — не старше, но здесь он задаёт вопросы или говорит, что делать.

— Это без надобности, наш разговор не займёт много времени, — он не стал отдавать ей инициативу. И она слегка скривилась. Не часто, видимо, получала отказ, почему это стало неприятной неожиданностью, но потом улыбнулась, показав пеньки вместо зубов.

— А ты невежливый, молодой человек…

Давненько Кондрата не называли молодым человеком. Хотя по сравнению с ей, скорее всего, так оно и есть.

— Я здесь по поводу одного инцидента, произошедшего в городе Мёнхван, — не стал он ходить вокруг да около. — Может быть вы что-то слышали об этом?

— Откуда мне это слышать? ­— какая-то зловещая улыбка не сходила с её губ.

— Например даже потому, что у вас удивительно развита сеть передачи сообщений даже на расстоянии. Вы ведь как-то узнали, что я сюда приду.

— Что ты хочешь узнать, не ходи вокруг да около.

— Я хочу узнать, о чём вы говорили в ресторане Илюмибенте города Мёнхван с людьми по фамилиям Жангерфер, Урунхайс, Ефенсоуз, Ягершмейт и Хастон.

— Мне эти фамилии ни о чём не говорят, ­— улыбнулась старуха.

— Может вам скажет что-то тот факт, что это были аристократы, мэр, судья, глава стражей правопорядка и купец? Вы встречались с ними около месяца назад в ресторане и что-то обсуждали, и мне интересно, что именно могло понадобиться таким людям от старой кочевницы?

— Наверное, совета, — оскалилась она. — И они ему последовали, не так ли?

— Какого совета?

— А какого совета хотят взрослые и сильные мальчики в их положении?

— Как заработать ещё больше денег? — предположил он, но в ответ старуха рассмеялась. Каркающе, отрывисто, словно поперхнулась чем-то. Кто ещё здесь вокруг да около ходит.

— Да, это то, что интересует всех, как заработать ещё больше денег, но всегда есть вопросы и понасущнее. Все деньги мира отходят на второй план, едва горе касается твоей семьи…

И Кондрат внезапно понял, о чём идёт речь.

— Они хотели узнать, как справиться с проклятием шахты?

— И по твоим глазам я вижу, что они решили последовать моему совету.

— Что это был за совет? — подался вперёд Кондрат. — Что вы им предложили?

Её губы растянулись в жуткой подлой улыбке. Кондрат не раз видел это выражение на лицах людей, которые совершили пакость, и теперь очень довольствуются произошедшим.

Разговор продлился от силы минут пять, почти две недели что были потрачены на это коротенькое время, они очень многое расставили по своим местам. Всё происходящее вдруг приобрело смысл, и картина сложилась в жутковатой и циничной форме, такой характерной для тех, у кого слишком много власти и мало мозгов.

Едва разговор был закончен, старуха как испарилась. Вот она сидела перед ним, а стоило ему отвернуться, как она попросту исчезла. Искать её смысла не было, так как Кондрат уже получил все необходимые ответы на свои вопросы, а значит можно было смело возвращаться обратно.

Сулита не оставляла его не на секунду, сказав, что проводит его до города. Кондрат был не против такой компании, и вернулись они в Мёнхван вдвоём. И едва лошадь была отдана обратно в конюшню, Кондрат отправился на поиски Цертеньхофа и Дайлин. Они должны были быть первыми, кто узнает о произошедшем. И пришлось немного постараться, чтобы отыскать их даже в таком небольшом городе.

Направление ему подсказал администратор, направив в небольшой ресторанчик, где их обычно видели обедающими вместе. И каков было их удивление, когда он появился в поле их зрения. Дайлин заметила его первым, аж вытянулась вся, будто не могла поверить, что он наконец вернулся. Цертеньхоф же заметил его, лишь проследив за её взглядом.

— Кондрат? — она не смогла удержаться от улыбки, которая тронула уголки её губ. — Ты наконец вернулся?

— Как видишь, Дайлин, — кивнул он и пожал руку Цертеньхофу.

— Боги, ты хоть в номер заходил? Ты же весь…

— Очень грязный, я знаю.

И да, Кондрат был не просто грязным. После такой прогулки по лесу от его белой рубашки было одно лишь название. Местами порванная и серая, она делала Кондрата похожим на обросшего бомжа. Тоже самое касалось и его брюк. Однако это его мало сейчас волновало. Его блеск в глазах с головой выдавал его намерения.

— Вам что-нибудь удалось выяснить? — задал он первым вопрос.

— Может тебе действительно лучше помыться и побриться? — спросил Цертеньхоф. — Вопросы никуда не убегут, мы тебе всё расскажем, а пока может стоит отдохнуть и расслабиться?

— Не, он не успокоится, пока не услышит всё, — покачала Дайлин головой, куда лучше зная своего напарника. — И кажется, он тоже что-то смог выяснить, я права?

— В общих чертах, — не стал отрицать Кондрат, сев к ним за столик.

Это бесполезно, Кондрат никуда не уйдёт, это поняли оба. И Цертеньхоф не видел смысла тянуть время.

— Ладно, хорошо, — вздохнул он. — Я поговорил со всеми четырьмя, но чего-то прямо-таки особенного выяснить не удалось. Про ресторан все утверждают разное, одни говорят, что просили их больше не заезжать в город, другие расспрашивали о местности про драгоценные ресурсы и прочая чушь. Все лгут, но не говорят, что им известно.

— Хорошо, а что насчёт вскрытия? Удалось что-то узнать?

— Да, Бампс откопал все тела, даже слуги и почившей ещё давно жены главы рода, — кивнула Дайлин. — И как думаешь, что он нашёл?

— Последствия лучевой болезни? — но увидев их вопросительный взгляд, перефразировал. — болезни костей от яда руды?

— Именно, — кивнула она. — Жена главы рада болела очень сильно. Бампс сказал, что от её челюсти ничего не осталось, та буквально вывалилась. Остальные кости или сильно деформированы, или хрупки настолько, что ломаются от одного касания. Это касается, кстати, и самого главы, и его сына, и даже жены. У них у всех проявления болезни костей, как её там зовут…

— Блотуосизм, ­— подсказал Цертеньхоф.