Чтение онлайн

– Нет, мы все обсудили сейчас. Пошли домой, я очень замерзла и устала.

Они пошли по улице. Саманта впереди, а Патрик сзади. Шел, осознавая, что он натворил. Пусть даже Саманта не знает, где он был и с кем, но судьба и без этого разлучила их. Они идут вместе, но уже не вместе. Пока Саманта сидела у статуи, то приняла такое решение. Может, теперь она не будет думать о сопернице, а направит свои мысли на то, чтобы забыть о чувствах к Патрику.

Рано утром друзья отправились дальше в путь. Джон заметил напряжение в отношениях Патрика с Самантой, но ничего не стал спрашивать. По дороге они попросили одного фермера подвезти их. Саманта и Элисон устроились в повозке, а Джон и Патрик сели с хозяином впереди.

– Далеко ли путь держите? – спросил фермер.

– Мы путешествуем, – ответил Джон. – Перпетуи красивый город, но нам нужно двигаться дальше.

– Город то красивый, но жить в нем трудно. Если у тебя нет за душой ни гроша, то скитаться тебе по шинкам, да столы вытирать. Да и жену порядочную тяжело найти. Одни…. Ну вы поняли. Процветает здесь запретная любовь. Но я вижу вам жен искать не нужно. Вон, какие красавицы с вами. А в работе лучше двигаться дальше, ближе к центру. Ведь путешествовать без денег тоже нельзя.

– А чем вы зарабатываете на жизнь? – спросил Джон.

– Вожу людей в город, на базар, на ярмарки. Вот и весь доход. Жена моя умерла. Детей нет. Что мне одному нужно. Погулять тоже есть где. А если ласки пожелаю, так это в любом шинке можно найти.

Саманта молчала. Элисон уже смирилась, что она осталась без волос. Теперь на ее голове был красивый платок, и это подчеркивало ее большие глаза и длинные ресницы.

– Саманта не думай, что я ничего не понимаю, – начала Элисон. – У вас с Патриком что-то произошло? Если тебе трудно об этом говорить, то можешь молчать, только не грусти, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты всегда улыбалась.

– Элисон так всегда не будет. После того, как мы покинули тюрьму, на моем пути встречаются только одни неприятности. Я уже очень устала от этого, – сказала Саманта и Элисон обняла сестру. – Я хочу обычных приключений, но не таких, когда судьба играет с моей жизнью.

– Саманта ты все придумала. Просто происходит все, так как должно быть. Что у вас с Патриком?

– Нас с Патриком нет. Есть Патрик, и есть я. Я не хочу больше об этом говорить. Главное, что моя любимая сестра со мной.

Патрик услышал слова Саманты. Он посмотрел на нее долгим взглядом и отвернулся. На душе, словно кошки скреблись, но исправить ничего уже невозможно.

– Куда мы теперь? – спросила Элисон.

– Я могу довезти вас до Френча, а дальше вы уже сами, – ответил фермер.

– Значит, едем во Френч, – сказал Джон.

– Но надолго я вам не советую там оставаться. Это город рабства. За любую мелочь, даже самую маленькую могут сослать в тюрьму. Не так глянули на человека, и вы уже можете оказаться на острове, – сказал извозчик, и у всех мурашки по коже забегали, когда услышали о тюрьме. Снова возвращаться туда, откуда вышли, не очень-то хотелось. Но рассказывать фермеру свою историю они не стали, а молча поехали во Френч.

Спустя несколько часов в раскачивающейся повозке, путешественники прибыли к месту назначения.

– Вот и прибыли. Ну, счастливо вам путешествовать, удачной дороги, – попрощался фермер, развернул лошадей и поехал обратно в Перпетуи.

Друзья остались стоять на холме, внизу которого виднелся небольшой городок.

– Ну, в путь! – сказал Джон и стал спускаться вниз. Саманта и Элисон обогнали парней и пошли вперед. Патрик и Джон шли сзади.

– Патрик я, конечно, не хочу вмешиваться, но меня просто распирает от любопытства. Еще вчера было все отлично, что опять между вами произошло?

– Мы расстались.

– Вот это новости. Вас что вообще нельзя оставлять наедине? У меня создается такое впечатление, что вас опасность сводит, а мир разводит.

– Ты не представляешь Джон, какую глупость я вчера совершил.

– Не представляю. Это уже становиться интересней.

– Джон хватит смеяться, я тебе говорю о серьезных вещах. Вчера мы с Самантой поссорились, я погорячился и ушел. Ну, зашел в одну таверну, выпить вина. Там познакомился с одной девушкой, Пенелопой. В общем, я совершил глупость.

– Еще, какую глупость! А Саманта об этом знает?

– Нет, я ей ничего не говорил. Я встретил ее возле статуи, с которой то все и началось. Саманта ждала меня пол ночи, потом мы пришли в корчму вместе. Она мокла под дождем, ожидая меня, а я так поступил. Да еще изменил Саманте с незнакомой девушкой.

– Что я могу сказать: ты идиот! Если Саманта ждет тебя, мокнет под дождем, значит, любит. Она изменилась, в последнее время стала более ласковой и внимательной по отношению к тебе. Патрик ты же об этом мечтал, все время пока мы сидели в тюрьме. А теперь что? Разбирайся сам, я здесь бессилен.

– Только ничего не говори Саманте.

– Никогда я о таком не скажу.

Они попали в центр города Френча. Люди были одеты очень бедно. На рынке были полупустые прилавки.

–Неужели этот город и, правда, такой бедный? – спросил Джон.

– Странно! Все люди полураздетые и голодные, – сказал Патрик, увидев, как женщина нашла под прилавком огрызок и начала его есть. Вдали они заметили, что ведут пленных, закованных в цепи и под прицелом. Когда пленных проводили мимо, одна девушка набросилась на Саманту и стала кричать:

– Саманта! Боже, неужели это ты? Ты что меня не помнишь? Я Агафия. Помнишь?

– Сэм кто она? – спросил Патрик, оттягивая девушку от Сэм.

– Не знаю. Я тебя не знаю, – крикнула Сэм уходящей толпе.

– Но она ведь тебя знает, – сказал Джон.

– Может, какая-то нищенка услышала, как вы меня называете. И решила выдать себя за мою знакомую, чтобы украсть что-нибудь, – ответила Саманта. Снова показалась эта незнакомка, которая шла вместе со стражником в направлении Саманты.

– Этого нам еще не хватало! – возмутился Джон.

– Эта девушка говорит, что знает вас, – начал говорить стражник. – Если это так, то мы можем отпустить Агафию, под вашу ответственность.

– Я не знаю ее, – возмутилась Сэм. – Какаю такую ответственность, если я не знакома с этой девушкой.

– Саманта как ты можешь так говорить? Мы с тобой были лучшими подругами много лет назад, – сказала Агафия.

– Послушайте Агафия, по-моему, моя сестра с самых пеленок была моей подругой и остается ею до этого дня.