Между двух огней
Шрифт:
– В том-то и дело, что нет! – я напрягся. Малышка Лиз не стала бы волноваться по мелочам, - Ее нет в радиусе двадцати миль вокруг поместья! Ни я, ни Кеннет ее не слышим!
Соня недоверчиво прищурилась, а я прислушался к себе. Связь с нашей новоиспеченной альфой я чувствовал. Только вот создавалось впечатление, что нить натянута до предела и вот-вот порвется.
– Собери всех, - бросил я в сторону Лиз, - мы отправимся на поиски.
Я знал, что этот день будет не простым. Но я надеялся, что хоть утро пройдет без происшествий. Наивный, наивный Драй.
– Бесполезно, - Элизабет покачала головой, - ночью выпал снег. Ни следов, ни запаха, ничего.
Не сказав больше ничего, она вышла. Мы с Соней молча одевались, а я все думал, куда же могла деться Лора. Теперь она была вожаком, и мы не моги ничего делать без нее. Хотя, кроме приказа убираться из этого места, она больше ничего не говорила. Значит, нас тут ничего не держит. Ничего, кроме нее самой.
– Где она может быть? – Соня бросила на меня быстрый взгляд, продолжая одеваться.
– Понятия не имею. Ты же знаешь Лорейн – эта девчонка непредсказуема. Скорее всего, пума снова перехватила контроль и носится где-нибудь.
– Тогда бы Кеннет ее почувствовал. Тут что-то другое.
– Ты чувствуешь? Связь с альфой…
– Чувствую.
Когда мы спустились вниз, все уже находились там. Даниэль крепко держала в руках новорожденного сына, для которого до сих пор не выбрали имя. Брюс ни на шаг не отходил от жены и просто светился от счастья. Ребенок был слаб, но он был оборотнем. А, значит, он выживет. Лиззи и Кеннет сидели рядом, и, закрыв глаза, одинаково морщили носы, пытаясь, по-видимому, дорваться до сознания нашей исчезнувшей альфы. Роберт разговаривал с какими-то незнакомыми мне людьми. Их было трое: двое парней, выглядевших чуть ли не ровесниками Лиз, и девушка, которая, обняв себя руками, внимательно слушала то, что говорил ей Роб. Единственным, кто не сидел на месте, был Дамьен. Он мерил огромными шагами гостиную, и постоянно беспокойно поглядывал в окно, за которым снег валил огромными хлопьями, плотной пеленой скрывая чернеющий невдалеке, лес.
– Наконец-то, - Роберт был взвинчен и напряжен. Похоже, ему не нравилось то, что ситуация постепенно выходит из-под контроля. – Драй, познакомься, это Энн, Стив и Йен, - он по очереди указал на каждого из оборотней. Мы с Соней одновременно кивнули им.
– Вам нужно уходить отсюда, - Энн серьезно посмотрела на меня, - серых становится все больше. Единственное, что мы можем сделать сейчас – это отступить.
– Мы и сами собирались бежать, как только бы дождались вас. Но у нас форс-мажор – наша альфа пропала.
– У вас поменялся вожак? А где Эбан?
– Стив вопросительно посмотрел на Соню, удивленно подняв одну бровь.
– Погиб. Еще три месяца назад, - Соня как-то странно оглядела комнату, произнося эти слава.
– Тут был кто-то чужой.
– Этого быть не может.
– Я знаю. Но что-то не то. Чужой запах.
Девушка высвободила свою руку из моей, и, взмахнув светлыми волосами, резко развернулась и направилась в другой конец комнаты. Я видел, как беспокойство зажглось в ее глазах.
– Ее нет.
– Чего нет?
– Крови моей нет! - она бессильно опустилась на свободное кресло, - Если она попадет к серым, можно будет сказать, что мы проиграли войну.
Все непонимающе наблюдали за всей этой картиной. Но время шло, и нам нельзя было медлить. Я принял решение. Если эта сумасбродная девчонка не может позаботиться о своей стае, то это смогу сделать я. Она не выбирала меня своей бетой, но выбор не так уж и велик: либо пришлый Роберт, либо слишком неопытная Лиз, либо Соня, либо я. Но я не собираюсь взваливать на девушку мужскую работу. И плевать, что она чуть ли не в семь раз старше меня.
– Северная стая, слушайте меня, - я старался, чтобы мой голос звучал как можно увереннее, - через два часа мы покинем это поместье. Идите собирать вещи. Только самое необходимое.
– Куда мы пойдем? – Энн задала вопрос, который волновал всех собравшихся.
– Можно ко мне домой, - неуверенно подала голос Лиззи, - это относительно недалеко. За три дня ускоренного темпа доберемся.
– Даниэль не выдержит. А малыш – тем более, - Брюс был прав. Черт.
– Значит, мы разделимся. Элизабет и Дамьен отправятся с Даниэль и Брюсом на самолете. Вы прилетите раньше и позаботитесь о том, чтобы поместье было готово выдержать атаку серых. Это значит никаких посторонних. Все остальные – со мной и Соней бегом. Кеннет покажет дорогу.
В гостиной уже в который раз за все это время повисло молчание. Все понимали, что нам ничего больше не остается. И все, похоже, были согласны с моим руководством. Хотя нет, не все.
– Ты собираешься сбежать, и бросить Эл тут одну? – голос Дамьена набатом отразился от стен комнаты.
– Она знала, что делает. К тому, же, она наша альфа. А, значит, она сможет найти каждого из нас, если захочет.
– Одна она не уйдет от серых, если наткнется на них!
– Ты предлагаешь подвергать всех опасности, оставаясь здесь, и ждать пока эта взбалмошная идиотка возьмет свою звериную половину под контроль и вернется?! – честное слово, еще немного, и я бы вцепился ему в горло. Только холодное прикосновение Сони привело меня в чувство. Не время сейчас выходить из себя.
– Нет… - мой бывший альфа не находил слов.
– Значит, ты либо катишься искать свою Лорейн, либо закрываешь рот, и выполняешь мои приказы, - в моем голосе было столько стали, что я сам удивился..
– Я иду с вами, - Дамьен развернулся и вышел из гостиной.
– Отлично. Через два часа выходим.
Огненные покинули гостиную один за одним. Остались только мы с Соней.
– Мне нужно побыть одной. Прости.
– Конечно.
Соня оставила меня одного, и я смог, наконец – то, собрать все свои мысли в кучу. Боги, что происходит с этой стаей?
Соня.
Драй дал стае слишком много времени на сборы. Единственные, кому оно могло понадобиться, это Даниэль и Брюс. Теперь у них только добавилось забот. Их новорожденный сын был их самым большим счастьем. Но как же не вовремя этот малыш выбрал время появиться на свет. Он сумел выбрать самый неподходящий момент для своего рождения. Прямо, как это умеет делать Франциско. Нужно будет предложить им назвать его Генри.
Я подошла к туалетному столику и взяла с него «Сердце вампира», оставленное там накануне. А ведь у нас с Диего тоже могли бы быть дети.
Мы никогда не говорили об этом - были слишком молоды, наивны, думали, что будем жить вечно. Никто даже представить не мог, что так скоро мы окажемся на залитом кровью полу в поместье Ремаев, Диего будет умирать у меня на руках, и я ничего не смогу сделать. Мы мечтали обвенчаться и долго спорили, как именно должна пройти свадьба. А нас обвенчал полуживой от страха священник. Обвенчал тогда, когда впору было давать последнее причастие. А потом были долгие дни скорби и боли. Но они прошли, уступив место еще более тяжким. Но теперь у меня был Драй.