Между двух огней
Шрифт:
— Я хочу стать единовластным хозяином поместья. Все счета, которые я открыл для Лорейн, должны быть закрыты, а средства с них переведены на мой основной счет.
— Хорошо, — кивнул Брем, но я еще не закончил.
— Вы должны найти мне человека, который, подобно вам, будет вести все мои дела, когда вас не станет.
— Мой сын с легкостью может меня заменить.
— Тогда введите его в курс моих дел. Еще одно распоряжение. Я хочу, чтобы Лорейн унаследовала мое состояние не ранее, чем через пять лет после моей смерти. До того она может проживать в поместье и распоряжаться малым счетом.
— Я все сделаю, сэр, — пообещал Брем. — Что-нибудь еще?
— Да. Попросите вашего водителя сильнее нажимать на газ — из-за него я опаздываю в аэропорт.
Лорейн.
Я обратилась и бросила взгляд на девушку. Ожидая увидеть испуганную девочку, стоящую на коленях, я увидела огромную мохнатую рысь. Она ее выпустила. Я почувствовала, что волчица занервничала. Я посмотрела на зверя и махнула головой в сторону соседнего леса. Рысь кивнула. А девочка еще и контроль сохранила. Неожиданно. Я пошла вперед, а она позади меня. Она слишком долго держала ее в себе, и теперь рысь голодна. Я ушла влево, между деревьями, и уже через несколько минут гнала в сторону Лиззи достаточно крупного зайца.
Я не знала, как охотится рысь, но надеялась, что умная девочка сама все поймет. Я остановилась. Заяц бежал в нужно направлении. Тут я увидела то, что заставило удивиться еще больше — она засаду устроила! Выскочив из-за какого — то невысокого кустика, она начала большими прыжками догонять зайца. Двух вполне хватило. Глядя, как ест Лиззи, я проголодалась сама. Непритязательной мне хватило и пары ворон. Устроившись у небольшого источника, я утолила голод. Когда я доедала вторую ворону, рысь вышла в поле моего зрения. Вся ее морда была в крови. Я обратилась.
— Тебе стоит умыться, — сказала я, — я не думаю, что тебе самой понравится твой внешний вид после обращения. Он, знаешь ли, будет достаточно пугающий. Рысь вопросительно посмотрела на меня. — Просто подпрыгни, и представь, что приземляешься уже на ноги, — сказала я улыбнувшись. Мне и самой надо бы умыться. Лиззи опустилась рядом со мной и зачерпнула полную пригоршню воды и умылась. Ее миленькое платьице было бесповоротно испачкано кровью. — Ты как? — спросила я, заинтересовано глядя на нее.
— Сносно, — ответила она, поднимая на взгляд. В ее глазах я видела, что она не настолько проста и наивна как кажется. Обратиться с первого раза, да и еще вернуться назад. И от Кеннета она смогла закрыться. Эта девочка была сильна.
— Обратимся, или пойдем к вашим так?
— Так пойдем. Мне нужно с кем-то поговорить, а единственной, кто смог мне помочь в трудный момент была ты. Я тебе доверяю.
— А мы не распугаем местных своими вампирскими прикидами? — улыбнулась я.
— Кеннет говорил, что кроме нашей стаи сюда редко кто забредает. Так что можем пугать, — мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Ее искренний смех однозначно располагал к себе. Я и не заметила, как она мне рассказала всю свою историю.
— Я ехала из колледжа домой. Посреди пустынной части дороги на мою машину напала пара оборотней. Водителя убили сразу, а надо мной хотели поиздеваться. Я пыталась убежать, и была тяжело ранена. От испуга и болевого шока я потеряла сознание. Очнулась уже в поместье МакКрауэнов, — слова давались ей тяжело. — Оказалось, что меня спасли Кеннет и Рик, отбив у Серых. Отец, узнав о том, что меня обратили, публично отказался от меня, думая, что я бастард, — Лиззи помрачнела и продолжила. — Единственной из семьи, кто продолжала поддерживать со мной связь, стала моя старшая сестра Сьюзан. По предложению Рика я осталась жить в поместье МакКрауэнов. А Кеннет. Он такой милый, постоянно носился со мной, как с ребенком, развлекал меня. С ним мне хорошо, — она тепло улыбнулась.
— Понятно, — мои губы тоже растянулись в улыбке. — А вот, смотри, наши идут. Волновались, наверное, что нас долго не было.
Франциско.
Такси, которое я взял, остановилось незадолго до поместья МакКрауэнов. Я не хотел, чтобы стая, все как один, высыпали на улицу, чтобы поглядеть на странного оборотня, вернувшегося с того света. Рассчитавшись с водителем, я вышел и направился в лес. Я решил для начала встретиться с Соней, и уж потом со всеми остальными. Я помнил тропу, ведущую к дому, и вскоре оказался на месте. Точнее не совсем на месте.
Дело в том, что прежде, чем я вышел к поместью, в воздухе повеяло ароматом Сони, и я направился вслед за ним. Она стояла недалеко от семейного кладбища, где так давно состоялся наш откровенный разговор по душам. Тогда она оплакивала своего первого мужа, Диего, я же переживал из-за Лорейн. Как и всегда она была одета во все черное. Несмотря на прошедшие годы, она все еще носит траур.
— Соня, — тихо позвал я.
Девушка повернулась. Глаза ее расширились от удивления, а из груди вырвался судорожный вздох, как у Лорейн при нашей первой встрече.
— Диего?
— Соня? — я растерянно смотрел на нее.
Она, словно слепая, неуверенно направилась ко мне но, не дойдя пары шагов, внезапно покачнулась. Я кинулся вперед и едва успел подхватить ее. Соня была в обмороке.
Лорейн.
Наше с Лиззи возвращение было сопровождено всеобщим ликованием. Глаза Кеннета возбужденно сияли. Не в состоянии сдерживать себя, он бросился навстречу нам. Мне оставалось лишь послушно посторониться. Впрочем, я не долго была одна — Дамьен не оставлял меня в одиночестве.
— Как она? — он кивнул на смущенно улыбающуюся девушку.
— Прекрасно. Такое ощущение, что она была рождена, чтобы стать оборотнем.
— У всех свой дар, — пожал плечами Дэм.
Прежде сдержанные северные сейчас не скрывали своих чувств. На лице Койота застыло горделивое выражение.
— А где Соня? — я заметила, что хозяйки поместья не было на месте.
— Она на кладбище, — Дамьен моментально стал серьезным. — Увы, ей пришлось пережить то же, что и тебе — ее муж, Диего-старший, умер на ее руках сразу же после объявления брака действительным. Она до сих пор не может излечиться — кровь нимфы в ее жилах никогда не смирится с потерей возлюбленного.
— А что с ним произошло? — шепотом спросила я, боясь, что северные услышат наш разговор.
— Соня должна была выйти замуж за предыдущего альфу, но он оказался мерзавцем, каких свет не видывал. В общем, Диего пришлось защищать жизнь Сони, и он сделал это ценой собственной жизни. Он был при последнем издыхании, когда священник обвенчал их. Он не мог уйти прежде.
— Грустная история, — моя кожа покрылась мурашками. Страшно представить на их месте нас с Драйем. — А что?..
Конец вопроса повис в воздухе, потому что я увидела Франциско, приближающегося к дому. На руках его без чувств была Соня. Северные, почувствовав появление другого оборотня на своей территории, обернулись.