Чтение онлайн

— Дядя, я даже не знаю, что сказать.

— Подожди, я не закончил. Твоей маме возвращаться к Сусу нельзя, они убьют друг друга. У вас дома тоже мало места. Так что вопрос решен. Второй момент: я знаю, что у вас проблемы с деньгами.

Марием покраснела и замотала головой:

— Нет-нет, дядя, пожалуйста!

— Я не закончил. Я единственный брат твоей мамы. На протяжении многих лет мы были неразлучны, я ее очень люблю и знаю, что она нуждается в моей помощи. Я открыл в банке счет на ее имя. На счету есть некая сумма, и я хотел бы, чтобы ты в любом случае контролировала расходы. Денег на самом деле немного, но они поддержат ее некоторое время. Это карточка.

Он протянул конверт.

— Пароль в конверте. На тебя выписана доверенность на право распоряжения банковским счетом, получение информации из банка, пополнение счета. Лучшим вариантом было бы, если бы ты снимала каждый месяц определенную сумму и присылала ей. Мне так было бы спокойнее. Твой брат еще мал, а у мамы тараканы в голове.

— Хорошо, дядя, ты можешь на меня положиться. Спасибо.

— И еще одно. Я все-таки был бы рад, если бы вы нас как-нибудь навестили в Италии. У нас большой старый дом в пригороде Милана, всем места хватит. Тебе бы было интересно. Я не думаю, что маленькая любознательная девочка с большими удивленными глазами сильно изменилась.

Марием улыбнулась. Дядя тоже улыбнулся и потрепал ее по голове. Потом, нахмурив брови, направил руку во внутренний карман пиджака.

— Вот, — он вытянул визитку и протянул ей. — Это наши электронные адреса, наш домашний адрес, телефоны. Возьми. Держи меня в курсе всех событий, хорошо?

— Да, дядя.

— Пиши все. Нужно будет больше денег — говори. Кстати, — заметил он, когда они выходили из машины. — Расскажи мне про своего мужа, он же мой племянник. Я, к сожалению, не смог приехать на свадьбу, и видел только фотографии, которые показала мне мама. Ты была очень красивой невестой. Хотя глаза у тебя на всех фотографиях были грустные, я не увидел в них счастья. Свадьба для коптской девушки — самый счастливый день в ее жизни. Раз и навсегда. Пара должна быть полностью уверена в своих чувствах, чтобы решиться на свадьбу. Ты любишь его?

— Какой-то частью души…

— Неправильный ответ. Любят всей душой и всем сердцем, а не частью.

— Дядя, у меня не было выбора.

— Выбор есть всегда. Посмотри, к чему это привело. Ты пожертвовала собой, чтобы обустроить как-то свою жизнь и жизнь матери, и что? В итоге один брат в больнице, мать ушла от тетки, а у тебя искажается лицо, когда ты говоришь о своем муже. Скажи, что он за человек?

Марием опустила глаза. Она поняла еще в больнице, когда после долгой разлуки встретила дядю, что от него ничего не укроется.

— Он… ленивый, эгоистичный человек, который преследует свои интересы. А преследует ли? Иногда мне кажется, что его вообще ничего не интересует. Он не работает, сидит дома, ждет на диване перед телевизором, пока ему подадут…

— А ты не подавай. Приходи с работы, скажи, что устала, иди в комнату, не готовь. Если он не может быть мужчиной, защитником, кормильцем, добытчиком, наконец. Возможно, он не мужчина. А если не мужчина, значит, пусть готовит, стирает, моет и сидит дома.

— Так годами ждать, самой проще сделать.

— Потом тебе придется годами ждать, чтобы он хоть что-то предпринял… понимаешь?

— Возможно, ты прав, но у нас так не принято.

— Не принято, но и не принято, чтобы мужчина не работал и лежал как мешок.

Девушка опустила глаза, не зная, что ответить.

— Родная, ты совершила ошибку — вышла за него. Теперь что, всю жизнь терпеть его извечные лежания перед телевизором?! Перевоспитай. В конце концов, сейчас в полно западной литературы на эту тему. Читай и учись. И быстрее. Хотелось бы нам с твоей мамой внуков увидеть, — улыбнулся дядя.

— Дядя!

— Да.

— Спасибо, — сказала Марием и улыбнулась. Она была рада общению с дядей и благодарна за совет. Ее чувства и мысли уже давно беспокоили ее, но она не решалась высказать их.

Виктор улыбнулся в ответ.

— Мне кажется, дядя, что тебя послал Бог как палочку-выручалочку или волшебную фею из сказки, знаешь?

Виктор замялся:

— Ну, — он улыбнулся, — думаю, до феи мне еще далеко. Ты знаешь, мы же семья, мы должны помогать друг другу, а твоя мама была моим лучшим другом всегда, и она — моя любимая сестра. Думаю, то, что я делаю сейчас для вас, не идет ни в какое сравнение с тем, как твоя мама успокаивала меня, когда меня бросила невеста, и внушала уверенность в хорошем будущем. Несопоставимо с тем, как она меня защищала и просила, чтобы меня не наказывали родители. Помню историю, когда я потерял данные родителями деньги, а она предложила родителям забрать взамен все ее сбережения из копилки. Самое дорогое, что у меня есть — мои воспоминания, и, кажется, я никогда не рассчитаюсь с твоей мамой за то, что она всегда была лучшей сестрой. И сейчас есть. Если бы я знал, что ей так тяжело, я бы приехал раньше. И еще, прошу тебя, своди ее к хорошему врачу, к лучшему. Пусть он скажет, это временное помутнение или лучше положить ее в госпиталь.

— Хорошо, дядя. Я обещаю.

Они подошли к двери, и Дина вышла к ним. Сгорбившаяся от горя, с морщинами, темными кругами и мешками под глазами от недосыпания, с преждевременно поседевшими волосами, собранными в пучок, она выглядела старше своих лет. Казалось бы, совсем недавно, когда ее муж был жив, она была цветущей молодой женщиной. Это было каких-то пару лет тому назад, а сейчас она выглядит лет на пятнадцать старше своего возраста.

Дина обняла Марием и прижала к себе. По ее лицу катились слезы. В каждом седом волоске, каждой морщинке на лице отражались вся накопившаяся боль и страдания.

Дядя уехал через день. В квартире остались только Марием с мамой и ее младший брат Мина. Он учился на третьем курсе университета, всегда был очень тихим и скромным. В последние дни он стал еще более замкнутым и все больше отдалялся от них.

Мина был папиным любимым сыном, отец в нем души не чаял и очень баловал его. Конечно, смерть отца стала для него еще большим стрессом, чем для других детей, но Дина старалась окружить его любовью и теплом. Отец не успел дать Мине напутствия на будущую жизнь, не научил, как подобрать жену и как ухаживать за ней, как общаться с женщиной, да и просто как быть мужчиной: отвечать за свои поступки, чувствовать ответственность за семью. Мать же была не тем человеком, который мог бы рассказать об этом. Все решения всегда принимал отец, а мама как хорошая жена не спорила и помогала. «Женщина и мужчина — единое целое, они должны дополнять друг друга. Хорошая жена не будет спорить с мужем, она поможет детям принять его точку зрения. Женщина — хранительница очага, мать, хозяйка дома. Мужчина — глава семьи и мозг» — вот ее принципы.

Именно поэтому после смерти мужа она осталась как без рук — ее половина умерла. А Мина через некоторое время остался без обоих родителей. Нет, Дина первое время очень старалась, но потом поняла, что все выходит из-под контроля, сын становится неуправляемым, и прекратила попытки. Пока она не смирилась со смертью их отца, она говорила: «Твой папа не делал бы это, делал бы то», — или: «Твой отец никогда бы не позволил сделать так», — но однажды Мина ответил: «Откуда ты знаешь, ты не мой отец», — и благие намерения матери иссякли. Она перестала с ним разговаривать.

Марием знала об этом, но что она могла сделать? Денег в семье не хватало. Университет оплачивался из денег, полученных от сдачи квартиры, оставались еще какие-то деньги на продукты. Или не оставались. Через некоторое время старший брат предложил младшему брату устроиться на подработку после учебы, через друзей нашел работу для обоих. Трудились всего три дня в неделю, поэтому совмещали учебу с работой вполне успешно.

Мать не часто пересекалась с детьми: каждое утро она ходила в церковь, а каждую субботу проводила на могиле у мужа, возвращаясь только поздно вечером.