Между миров: как я влюбился в инопланетянку
Шрифт:
Потом туман начал сгущаться, и я очнулся. Что это было, сон или видение? Как же все явственно мне почудилось, а главное зачем, почему, ведь у меня был совсем другой вопрос. – Боже, да что это со мной, ведь это мне показали картину из моего будущего! И там было плохо Владу, и он наверняка бы разбился, погиб сам и погибли бы сотни людей, не окажись я рядом. Все правильно, я должен быть там, где я сейчас только, что был своим сознанием. Значит мне не только дали ответ, а еще и прикрепили доказательства того, что мое место в авиации. Я вздохнул и улыбнулся, а ведь мне тоже хочется летать, просто я как-то не думал, что это и есть мое призвание. Но посмотрев картины, как я понял из нашего общего с Владом будущего, я осознал, что и здесь наши дороги не расходятся, более того, нам просто необходимо держаться как можно ближе друг к другу.
На следующий день, я объявил, что поступаю в авиационный, и попросил не расспрашивать меня о причинах моего решения. А просто принять как данность, решения своего я не изменю и это не в угоду другу, а просто так нужно именно мне. Родные мои восприняли эту новость по-разному: мама заохала, отец гордо посмотрел на меня и сказал: одобряю сын! Сестра изумленно воскликнула: я так и знала, это он за Владом бежит! А бабушка погладила по голове, засмущалась набежавшей слезы и проговорила: вот и вырос мой внучок, совсем взрослый!
Так началась наша очень серьезная подготовка к вступительным экзаменам. Мы осознавали в полной мере, что нужны углубленные знания физики, математики, всех точных наук. С гуманитарными, мы надеялись справится самостоятельно, а вот ведущие предметы, доверили вести специалистам. Конечно же и физическая составляющая была очень важна, мы усердно тренировались и приводили свое тело в надлежащий вид и состояние. Родители, увидев мое рвение, не могли нарадоваться, так как раньше я особо не заморачивался на своем физическом развитии.
За оставшийся год, мы подтянули все предметы и как оказалось наши усилия были не напрасны. Великолепный результат по ЕГЭ, не дал шансов нашим соперникам обойти нас при поступлении в вуз, который теперь уже вдвоем выбрали мы. И вот мы студенты, конечно же престижнейшего учебного заведения. Гордости и радости было хоть отбавляй, но мы прекрасно понимали, что это только первые шаги, и что дальше будет очень сложно, но ведь я не один, со мной мой лучший друг и конечно вдвоем у нас все получится. Столько нового нам открылось, оказывается быть взрослым, то есть не школьником не так уж и просто, так как теперь ты отвечаешь за все сам, никто не будет стоять сзади и говорить: ты выполнил домашнее задание, давай учи! Нет, теперь ты сам осознавая, что это тебе необходимо знать, бегаешь на лекции и семинары, выполняешь курсовые и лабораторные. Ты и только ты в ответе за то, какие знания ты вынесешь из своего пребывания в стенах учебного заведения. И Влад и я это прекрасно понимали и вовсю старались, не только не отстать, а даже выйти вперед, четко осознавая, что профессия летчика гражданской авиации, требует не только обширных знаний, но и дисциплины, которую нужно воспитывать в себе, так как никто тебе не обязан постоянно напоминать, что ты выбрал очень сложную и ответственную специальность!
После первого года обучения, который я прямо скажу, дался нам обоим сложно, мы выдохнули и отправились работать в строй отряд. Возводить птичник, некоему фермеру, в Подмосковье. Его владения находились совсем недалеко от Москвы, но мы ехали как будто на другой конец страны, очень серьезные и деловые. Родители наши не переставали гордится нами, так как видели, что мы очень ответственно и серьезно относимся не только к учебе, но и решили не прохлаждаться в городе, а подзаработать, так как Влад должен был помогать матери, да и мне блеснуть самостоятельностью тоже очень хотелось!
И вот, сельская местность, поле, покрытое ромашками и душицей, орущие петухи по утрам, Москва река, во всей ее красе и наши палатки на берегу. Здорово, нас человек двадцать, девчонок всего трое. Это наши, университетские, с другого факультета. Мы очень радовались, что выбрались из города на природу, всем было весело, как будто и не ждала нас тяжелая работа. Фермер, который нас ожидал, оказался простым хорошим мужиком, суетился, чтобы получше обустроить нас, и накормить. Все занимались каким – то делом, расставляли палатки, кто-то сооружал навес для кухни, кто-то собирал хворост, а некоторые уже осваивали место для купания. В общем картина была больше похожа, что туристы обосновываются на отдых, чем на то, что это рабочая бригада, в преддверии тяжелой работы.
На следующий день, наш прораб, то есть человек, который руководил стройкой, разбудил нас ни свет ни заря, ударами о какой-то металлический предмет, звук напоминал удары колокола, все заспанные и недовольные повылазили из палаток. Но прохлаждаться никто не позволил, быстро и очень громко скомандовав, наш начальник уже приступал к завтраку, который был, как ни странно, уже готов. Мы даже не услышали, как две местные женщины, еще затемно пришли в наш лагерь, развели огонь и начали кашеварить. Почувствовав манящие запахи, ароматных оладушек, мы кинулись в речку умываться и приводить себя в порядок. Наши поварихи только посмеивались, наблюдая как один за одним, чуть ли не бегом обосновывались за столом пара десятков молодых людей.
На первое конечно же была гречневая каша, на второе оладушки со сметаной и ароматный кофе. Не дав толком передохнуть после принятия пищи, наш прораб повел всю команду за собой на участок, где предполагался птичник, то есть курятник, но очень даже внушительных размеров. Нашей команде начинающих строителей, предстояло с нуля начинать стройку, то есть с фундамента. Ну что же, надо значит надо! Прораб, довольно пожилой мужчина очень быстро взял все в свои руки и работа, вначале с проволочками, а затем все более и более уверенно закипела. На обед, мы почти бежали, так как, работая с бетоном и не выпуская лопату из рук приходилось затрачивать очень много сил. Аппетит, у всех был отменный, и все, что нам приготовили уминали с удовольствием и невероятной скоростью. И опять работа до самого ужина. – Да, – переговаривались мы, возвращаясь после первого рабочего дня, еле волоча ноги, – наверное, мы здесь долго не протянем. Уж больно тяжелой оказалась предложенная нам работа: таскать носилками раствор и распределять по канавам, которые, рыл небольшой экскаватор.
Но после ужина, как ни странно, появились откуда-то силы, уже в потемках все побежали купаться, а потом, включив телефон, устроили импровизированную дискотеку. Смеялись, наперебой приглашали наших красавиц танцевать и даже умудрились посидеть и попеть песни у костра. Время подходило к полуночи, а нас было не унять. Но все-таки решив, что утром нас будет не добудится, мы разошлись по палаткам. Дни полетели, к работе стали привыкать, вжились в роль чернорабочих строительного дела, и даже начали давать кое какие советы прорабу, и он с интересом и вниманием прислушивался к будущим специалистам гражданской авиации. Так работая и в то же время наслаждаясь природой и вольным воздухом, таким непривычным городским жителям, мы возвели фундамент и стены сооружения, которое в дальнейшем превратится в птичник и разместит своих кудахтающих, и кукарекающих обитателей! Прошло полтора месяца, наша смена закончилась, и мы собирались домой. Возмужавшие и загоревшие, очень довольные и гордые, обдумывали, на что же потратить, первые такие трудные, но свои, деньги. Зарплата оказалась приличной, но тратить просто так, на всякую ерунду не хотелось! Влад сразу сказал, половину отдаю маме на расходы, а вторую откладываю на машину. А что же мне делать со своими деньгами? Я пока не знал, но чувствовал, что это мои с таким трудом заработанные деньги, должны принести какую-то пользу не только мне, но и всем членам нашей семьи.
Приехав в Москву, я объявил моим родным, что полностью жертвую свой заработок на то, чтобы отец вложился в автокредит и поменял наконец свою старенькую Ладу, на, что ни будь приличное. Радости в глазах отца было столько, что я чуть не заплакал, глядя на него, он как ребенок засуетился, и начал отводить глаза, наверное, либо слезу пустил, либо непривычно из улыбался, так как по натуре был очень сдержанным человеком и чувств своих не показывал. Мама, только и сказала: как же сынок, себе то хоть оставил? Сестра и та проявила интерес и сказала: я рада, кое-что и ты понимаешь! Бабуля, ласково посмотрев, проговорила: а ведь ты мой родной, прав, кто же поможет родителям как не ты и правда повзрослел, я горжусь тобой!
Так наша семья стала обладателем новой Нивы, ну бесполезно было спорить с моим предком, что возьми ты хоть подержанную, но иномарку, что ты: это же Нива, совсем новая, я верю только отечественным автомобилям и всегда мечтал о такой. В общем никакие уговоры и заверения на него не подействовали, но вглядевшись в его лицо, а особенно в выражение, которое излучало столько счастья и гордости, я успокоился и принял это чудо отечественного автопрома! Его машина, он счастлив, доволен, а это самое главное! Некоторое время мы просто отдыхали и наслаждались каникулами, как когда-то в школе. Гуляли в парке, вечерами я все так же, как когда-то приходил в гости к моему другу и его маме, и мы все втроем обсуждали, что же интересного появилось на просторах интернета, связанного с нашей излюбленной темой. Инна Михайловна, так зовут маму Влада, была все так же моложава и стройна, и все так же очень воодушевлялась, когда начиналось обсуждение нового времени, в котором, как оказалось мы живем.