Между молотом и наковальней 2
Шрифт:
– А как вообще поживаешь?
– Да как? Нормально, работаю, записался на курсы повышения квалификации, по вечерам читаю. А так скука. Вон из дома кенты пишут и звонят, рассказывают, что на выборах в Думу творится. Кандидаты водку машинами подгоняют, продуктовые пакеты раздают. У нас стреляют, особенно в Тольятти. Пару раз цеплялся языком с соседями по малосемейке, да мне чуть по голове не настучали.
– И за что же это?
– Да ляпнул, что сидим тут, как при эсэсэсэре, всё у нас понятно, кто будет от партии, кто от беспартийных, тишь да гладь. Так мужики взбычились, типа я могу к себе на пешкарусе хоть завтра улепётывать. Я их спросил, что их так напрягло? Ведь свобода слова у нас. Так они на пальцах расставили всё по местам: кто тот кандидат, кто стоит за этим будущим депутатом. И что нам надо делать, чтобы не превратить нашу сегодняшнюю стабильность, в соседский бардак. Это они на меня.
– Вот братик и я же тебе говорю, пока не освоишься, даже не пробуй высовываться. У нас тут не стучат, но на заметку возьмут. Были тут такие, что бучу развели и хотели нас подставить под раздачу. Но Костя с ними разобрался и следов от них не осталось. А тебе чего не хватает? Отработаешь на испытательном, семью перевезёшь и будет моя сноха спокойно сидеть дома, не боясь по вечерам отпускать детей погулять во дворе. А племяши выучатся и будут нас радовать своими успехами. Ну хватит болтать, присаживайся, пообедаем, скоро Гриня придёт, сейчас позвоню ему на трубу.
– Что за труба?
– Да на неделе ему от завода телефон подарили, работает от аккумулятора, можно носить с собой. Гриня радостный ходит. Не понимает, что теперь он сам себя на привязь посадил. Выключить телефон ему нельзя, вдруг с завода позвонят, и мне удобно, всегда могу ему позвонить, узнать где он и при нужде за хлебом отправить или ещё за чем.
– Ну ты мудрая, сестра моя. Я хотел себе трубу покупать, теперь подумаю, а стоит ли это делать?
– Ну хватит лясы точить, ешь давай.
***
Как и обещал Константин, все партии получили свои проценты. Коммунисты набрали 20%, "Наш дом-Россия"- 15%, ЛДПР- 11%, "Власть народу"- 4%, остальные партии наагитировали ещё меньше. Другой вопрос, за какую партию отдал свой голос губернатор Поволжской области? Но узнать ответ на этот вопрос не мог ни один человек, а супруга вообще не ходила на избирательный участок. Просто не пошла. И глядя на неё многие женщины проигнорили эти выборы. Все готовились к мартовским дебатам.
Коммунисты выдвигали на пост губернатора Поволжской области проходного кандидата, Филатова Владимира Тимофеевича. Сначала планировали выдвинуть Витькиного отца, но он решил не обострять и взял самоотвод.
Жириновский тоже не стал быковать и совсем проигнорировал наши выборы.
Но про властные нашисты решили попробовать пободаться, выдвинули своим кандидатом Грушина Николая Павловича.
Предвыборная компания и агитация шла непривычно для этого времени тихо и чинно. Каждый кандидат приезжал на собрание, чего-то обещал и в тишине также спокойно уезжал на следующее мероприятие.
А что могли предложить бывшие секретари райкомов областей, которых в целом никто толком и не знал? Один из них хорошо так с душой катался на севере области, второй на юге, а Сурскую часть и Поволжск никто не мог сдвинуть, не то что расшатать.
И только Усов приезжая на сход граждан не собирался ничего обещать. Ему это было не интересно. Он просто предупреждал о ом, чтобы народ готовился к серьёзной и сложной работе, освоению новых технологий и продукции, о том, что не хватает и что для достижения надо предпринять.
После отъезда губернатора народ уходил не просто впечатлённый, но и воодушевленный перед теми картинками, которые им нарисовал их настоящий и будущий руководитель.
***
– Мне к Бугровой. Она лежит в VIPе.
– Ходють тут разные, а после них полы грязные.- даже бурчание уборщицы не смогло испортить настроение всесильного начальника "кровавой гэбни". Ему было всё равно, чем недовольны или довольны все вокруг. У него родился сын. Хоть на УЗИ и назвали пол плода, но так оно вернее.
– Доброе утро, господин Бугров. Одну минуту, Вас проводят.
– А можно побыстрее?
– Зоя Михайловна с Вашим сыном никуда не уйдут. А вот и санитарка, можете пройти за ней.
– Благодарю Вас, сестра.
Предварительно переобувшись в местные тапочки, Степан, чуть ли не в припрыжку кружил вокруг пожилой сопровождающей. Женщина, пряча улыбку показывала путь новоявленному отцу. А папаша шёл и думал, что первым подарить своей любимой женщине: цветы или документы на новый дом, который подарил Костя? А может просто обнять? А пакеты? А цветы, куда их деть?
И только открыв дверь в отдельную палату, где прибывали его жена и ЕГО ребёнок, все вопросы просто растаяли. Букет и продукты взяла санитарка, их место в объятиях мужа заняла счастливая мать. Пусть без макияжа и причёски, с не накрашенными ногтями и не в обычной фирменной одежде. Это была самая любимая и любящая сейчас женщина. И силу любви она почувствовала в буквальном смысле физически.
– Осторожно, медведь, раздавишь же.
– Ой, прости, милая, забылся. Отвык за три дня.
– Опять уезжал куда-то?
– Да, по делам в Москву смотался.
– Костя?
– А то, как же. Надо было разрулить дела по авиазаводу. Довезли немного денег и теперь мы полностью владеем акциями предприятия.
– Так, кому я самолёты буду продавать?
– Стоп, пока сын не встанет на ноги, тебе я запрещаю думать о работе.
– Как скажешь, мой господин. Доктор сказал, что через месяц буду в норме и мы вернёмся к этому разговору.
– Как через месяц? Я сказал, как сын пойдёт. А что через месяц уже будет можно?- Вдруг до него дошёл смысл слов Зои.
– А ты думаешь, я смогу больше ждать?
– Моя желанная, как я скучаю.
– Спасибо, дорогой за этот центр.
– Да что там, это всё Костя.
– Знаю, кто и что делал. Если бы не ты, то навряд ли строители успели к нужному сроку.
– Веришь, дорогая, я даже не угрожал никому.
– Да знаю я, что происходило, после твоего разговора. Твои парни приходили к поставщикам и тихо так шептали о том, что ожидает этих самых умных и хитрых вместе с их семьями.
– И кто тебе об этом рассказывает?