Между нами никаких секретов
Шрифт:
Управление вернулось к инстинкту выживания. Он чуть повернулся, чтобы посмотреть ей в лицо, и похотливо улыбнулся, снова полностью погрузившись в свой грязный образ.
— Ты решила принять душ со мной, детка?
— М-да… — ответила она, с блестящими глазами, неестественно расширенными зрачками и покрасневшими от укусов губами.
Матиас повернулся на сто восемьдесят градусов и оказался перед ней. Он должен снова её трахнуть, он знал это. Надо было немедленно и эффективно избавиться от проблемы.
Матиас взял Оксану за запястья и втянул в душ.
— Позволь показать тебе, как я сожалею, что пришлось трахнуть ту дуру.
— Её зовут Оливия.
— Мне плевать на имя. Мне плевать на неё, и на любую другую.
На губах у женщины появилась злобная, возбуждённая улыбка.
Матиас в очередной раз сделал это — убедил сумасшедшую в том, что он на её стороне, влюблен в неё и хочет больше всего на свете.
Ожидая, Оксана приняла позу: наклонилась вперед, уперлась ладонями в скамью из зеленого мрамора, которая украшала просторную и элегантную душевую кабину. Матиас выдохнул с облегчением, довольный. По крайней мере, ему не придётся вновь трахать и смотреть ей в лицо. Он зажал член в кулак и пару раз провел вдоль, пока тот не стал твердым. Потом посмотрел на полку, где стояли шампуни и жидкое мыло, и поискал глазами презервативы, которые всегда держал под рукой.
— Стой спокойно, — приказал строгим голосом. Он взял презерватив, зубами разорвал пакетик и быстрым умелым движением раскатал по члену.
В следующую секунду он «похоронил» себя внутри демона, заключившего его в тюрьму из денег, наркотиков и секса. Проникая в неё без всякой деликатности, Матиас схватил Оксану за мокрые волосы, и с жестокостью притянул к себе, чтобы смотреть в глаза. Трахал молча. До тех пор, пока она не закричала от удовольствия и боли. Пока в очередной раз, он не наполнил женщину собой и своей ненавистью, замаскированной любовью.
ГЛАВА 8
Скарлетт разглядывала отражение своей фигуры в зеркале, и с трудом узнавала, что видела. «Возможно, переусердствовала», — сказала она себе, пока проверяла глазами туфли, юбку и топ. И все же, когда она выбирала этот наряд, он выглядел идеальным. Сейчас ей казался чрезмерным даже её макияж: Аманда переборщила с подводкой и тушью, не говоря уже о губах, красных как кровь. Единственным, всё ещё узнаваемым, оставались длинные распущенные волосы. Скарлетт согласилась со своей подругой, что облик, безусловно, сделал её чувственней, чем обычно, и тем не менее, она испытывала неловкость.
— Какого черта ты собираешься делать, Скарлетт? — вызывающе спросила она ту, другую, которая смотрела на неё из зеркала.
Аманда приблизилась к подруге сзади и заметила выражение сомнения.
— Перестань беспокоиться! По сравнению с другими гостями, ты будешь выглядеть как училка, поверь мне.
Скарлетт улыбнулась ей:
— Ты права. В конце концов, кого я волную?
— Кевина! Знаешь, как сильно он воодушевится, увидев тебя такой!
— Я так оделась не для него.
— Слушай, если ты сделала это для себя, то ещё лучше.
Скарлетт замолчала на некоторое время; на лице появилось выражение вины, а в сердце — желание доверить кому-то свои мучения.
С тех пор как Аманда упомянула об этой вечеринке, она ничего не делала, кроме как думала о Матиасе. Он, как правило, посещал модные клубы и принимал участие в таких эксклюзивных мероприятиях. Скарлетт была уверена, что увидит его снова. По этой причине сразу же приняла приглашение подруги, и по той же причине вызывающе оделась и накрасилась.
В конце концов, его имя сорвалось с уст, как вздох.
— Я сделала это даже не для себя. Я так оделась для Матиаса Кроуфорда.
— Матиаса Кроуфорда? — удивилась Аманда.
— Да. Думаю, он не пропустит такое событие.
— Ты всё ещё думаешь о нём?
— По сути, с тех пор, как ты рассказала про вечеринку, я ничего другого и не делала.
— Я решила, ты его позабыла.
— Я не могу. Ты была права. Он погубил меня навсегда, — горько улыбнулась Скарлетт.
— Неужели тебя так потрясла дружба, которая длилась чуть больше месяца? Я поняла, парень тебе очень понравился, но не ожидала, что несколько дней вместе и пара поцелуев могут заставить тебя влюбиться. А теперь есть Кевин. Мне казалось, что с ним всё складывается хорошо. Он также стал первым, с кем ты переспала.
— Моим первым мужчиной был Матиас, Аманда. Это произошло до того, как он исчез два месяца назад.
— Ах...
Скарлетт села рядом с подругой, которая тут же предложила ей сигарету, хотя и знала, что та не курит. Не моргнув глазом, Скарлетт взяла её, а потом, кашляя, попыталась сделать первую затяжку.
Доверившись Аманде впервые, она закрыла глаза и вспомнила:
— Мы занимались любовью, Аманда, и это был невероятный, сюрреалистический, безупречный опыт.
— Ты мне ничего не рассказывала.
— Я не хотела об этом говорить. Даже простое воспоминание меня разрывало. Я думала, что справлюсь, но этого не произошло.
— Как насчет Кевина?
— С Кевином я стараюсь. Он хороший, привлекательный, загадочный, но он не Матиас.
Внезапно Аманда стала серьезной.
— Ты уверена, что хочешь пойти на эту вечеринку? Если он придёт, то будет со своей невестой, а ты будешь в дерьме.
— Я должна увидеть его снова. Даже в последний раз.
— Ты говоришь так сейчас, но позже попадёшь под влияние сильнее прежнего.
— Вероятно ты права. Но такой случай не представится вновь, и я схожу с ума. Не смогу жить спокойно, зная, что у меня имелся шанс встретиться с ним, а я этого не сделала. Я постараюсь себя контролировать. Постараюсь быть спокойной и не причинять боль Кевину.
— Ты уже это делаешь, но не имеет значения. Возможно, встреча с Матиасом в его новом облике миллионера поможет тебе двигаться вперёд.
— Быть может.
Тогда Аманда решила развеять мрачную атмосферу, создавшуюся за последние минуты.
— И вообще, если он придёт, у него случится сердечный приступ. Будет кусать свои локти за то, что позволил тебе сбежать.
Скарлетт подумала, что на самом деле она никуда не двигалась. Она просто ждала его возвращения, и это огорчило её ещё больше.
* * *
Скарлетт сидела возле маленькой сцены, где Кевин, Джордан и другие ребята из группы разбирали инструменты, готовясь развлекать гостей в первой части вечера. Аманда сидела рядом с ней, а напротив стоял энный напиток. Перевалило за два часа ночи, и вечеринка была в полном разгаре, но Матиаса не было видно даже тени.