Чтение онлайн

Стартую за ним, в два прыжка сокращаю расстояние и толкаю дверь, прежде чем та захлопнется.

– Это вообще-то моя ванная! – рычу несдержанно, потому что он… он… да он, черт возьми, без майки стоит!

– Вэлкам. – Пропускает меня внутрь, намеренно играя мышцами. – В моей затеяли генеральную уборку, не ждали так рано.

И я не ждала!

И вот что ты с ним сделаешь, если он не собирается уходить?

Сжимаю-разжимаю пальцы за спиной, напоминаю себе, что приехал Жаров не из-за меня и скоро свалит в Америку свою, а значит нечего так много думать о нем. Оборачиваюсь к умывальнику, что справа, их здесь, слава богу, как раз два. Мажу зубную пасту на щетку и ужасаюсь от черных разводов под глазами, которые вижу в зеркале. Не жалея себя, тру лицо, пока Ярик вешает на крючок компактный несессер с миллионом разных кармашков, где аккуратно разложены мелкие тюбики. Чистюля и педант, как и раньше, блин. У него всегда и склянки, и книжки чуть ли не по цвету расставлены были.

Но какой же красивый! Засматриваюсь на косые мышцы по бокам, которые и без планки острым рельефом выступают на плоском животе. Ярик похож на самое сочное яблоко на витрине. Только явно червивое.

– Эй, полотенце мое! – вскрикиваю.

– Ну для лица же, надеюсь?

Я закатываю глаза и отворачиваюсь. Так и хочется съязвить, какое место им вытираю и куда ему следует идти, на деле же молча тянусь к свежим полотенцам на верхней полке. Только поддеваю их пальцами, как сзади примагничивается Жаров – я это ощущаю по мурашкам на спине.

– Белье тоже клевое, – шепчет, а после вкладывает в руки всю махровую стопку и выходит.

Кобелина! Швыряю с психом полотенца в закрытую дверь и стучу ногами по полу. Бесит! Как же он меня бесит!

Залезаю под душ с четкой установкой позвонить Сереже: узнать, не обижается ли тот, и напомнить про кемпинг. Прямо после работы нужно его набрать, лишь бы хоть на несколько дней сбежать и не видеть эту родинку-уродинку!

И торс, торс! – горланит либидо, что б его.

Вот только ни красивый пресс, ни заискивающий тон не сотрут старые обиды. Те живут слишком глубоко во мне, как бы я ни старалась их выкорчевать.

Получасовой заплыв в душевой кабинке сродни сеансу у психотерапевта. Я спускаюсь вниз чистая, обновленная, уже припудренная и с высоким хвостом. Может, поэтому доброжелательности во мне куда больше.

Анна, наша экономка, суетится с завтраком, мама танцует вокруг Ярика, что сидит на прежде пустующем стуле, а дядь Вова… тот не изменяет себе. Уже с утра с ноутбуком и чашкой прожженного горечью кофе, будто и не его сын приехал впервые за четыре года в отчий дом. И нет, я не защищаю Ярика, просто папа у него… он сложный. Чувств и эмоций в нем, как воды в пустыне. Не знаю, чем он маму таким покорил, она вообще последний в мире романтик, но я в любом случае рада за них.

– Ритусик, – и да, только маме разрешено называть меня так без скандала, – садись позавтракай с нами, Анечка наготовила целый пир.

Обычно я сбегаю с этих ритуальных посиделок, максимум впопыхах запихиваю в себя бутерброд, а в автобусе допиваю горячий шоколад. Но сейчас за каждым моим шагом к спасительному выходу внимательно наблюдают.

– Рита, не дури. Давай с нами, потом отвезу.

– Не надо, дядь Вов. Вы же помните? Мне нравится ездить на автобусе.

Это и правда удобно. От нашего дома до остановки всего пять минут, а там я сажусь в пустой мини-бас и полчаса еду до города, разглядывая симпатичные пейзажи за окном под любимую музыку. Я как раз собиралась оценить новую подборку.

Только за меня все уже решили: Ярик демонстративно отодвигает стул, Анна ставит четвертую тарелку.

– Ладно, десять минут, – решаю не устраивать спектакль в первый же день.

Сажусь я, правда, рядом с отчимом, напротив Яра, вешаю рюкзак с пуантами за собой и двигаю посуду ближе. Не вижу, но слышу эту дурацкую усмешку.

Мама спрашивает у дядь Вовы какую-то ерунду, и за столом становится так живо. Все же они с отчимом очень красивая пара, а из истории их знакомства можно написать сценарий для голливудского фильма.

Почему? Потому что Владимир Жаров – совладелец компании по производству строительных материалов «Теплониколь», которая находится на сто каком-то – не помню точно – месте в списке «Форбс» и имеет заводы в Литве, Беларуси, Германии и где-то, наверное, еще. Так говорит «Википедия», не я. Но я все это вызубрила, когда они начали встречаться, чтобы не выглядеть в глазах отчима глупой дурочкой.

У них с мамой закрутилось довольно быстро и без всякой драмы. Жена дядь Вовы много лет назад умерла от рака, и с тех пор, как пишут в интернете, он не был связан серьезными отношениями. Зато в маму влюбился с первого взгляда – сам так сказал.

Я своего отца никогда не знала. Вместо имени в моем свидетельстве о рождении прочерк, даже отчество от дедушки. Мама случайно забеременела после короткого курортного романа с военным, а после так и не нашла его, сколько ни искала. И да, я более чем спокойно все это пережила. Мама ведь всегда делала для меня, что могла и даже больше. Представляете, как дорого обходятся маленькие балерины? Особенно для учительницы английского языка, но настолько хорошего репетитора, что ее посоветовали великому и ужасному Жарову-старшему, перед которым трепетала вся школа.

А вот почему его сын учился с нами в простом учебном заведении, никто не понимал. Даже я, пока не узнала дядь Вову ближе, пока не узнала, как тот дотошен и требователен во всем, что касалось Ярослава.

Сам отчим был из простых. Он выучился на инженера-физика, но уже на третьем или четвертом курсе основал с другом собственную компанию. Теперь, видимо, того же от сына ждал. И хотя Ярик неплохо учился, играл в школьной команде по футболу, он всегда был, по словам отца, недостаточно хорош. Меня это бесило, но я, конечно, не лезла. Прежде всего, боялась, а в остальном мне дядя Вова очень даже нравился. По крайней мере, он был похож на того сильного человека рядом, которого мне не хватало.

– Кристина тут обмолвилась, что ты отказался участвовать в сезонном драфте, – выдергивает из мыслей строгий голос отчима. Он всегда становится таким, когда говорит с Яриком.

Я хочу спросить, что за драфт, но стесняюсь показаться тупицей, поэтому тихо забиваю в поисковике и пытаюсь найти смысл в наборе слов. Вроде бы это отбор спортсменов какой-то. Серьезный, видимо.

– Да, я решил, футбол не то, с чем я хочу связать жизнь.

– Может, стоило прислушаться к тренеру? Если шансы хорошие для выпускника были.

– Может, и стоило. Уже-то что говорить?

– Предложение еще в силе.

– Ты за моей спиной с тренером общался?

Ну вот опять начинается. Четыре года прошло, ничего не изменилось. Стоит им оказаться рядом, как тотчас сталкиваются лбами и бодаются, как два...

– Мальчики, будете ванильный чизкейк? – мама пытается остудить градус в комнате, ставит посередине свежий пирог, к которому я тут же тяну руки.

– Нет, спасибо, не люблю ваниль, – Ярик отвечает тоном до хрена уверенного в себе самца и с легким акцентом – заслушалась бы.